По горам и пустыням Средней Азии - Федоровский Николай Михайлович (читать полные книги онлайн бесплатно txt) 📗
— Но как обстоит дело с запасами плавикового шпата? — спросили мы.
— Ну, как видите, — широким жестом взмахнул геолог, показывая на плавиковую скалу и окрестности. — Видимые запасы не меньше полумиллиона тонн [3], а дальше, — дальше покажут разведка и глубокое бурение.
Мы пошли дальше к реке Кок-Су, что значит Голубая вода.
Воды реки Кок-Су, берущей начало в недалеко лежащих ледниках, вполне оправдывают свое название: они яркоголубого цвета. Вдоль ущелья расположено несколько террас. С одной из этих террас река Кок-Су низвергается вниз в виде водопада, красиво сверкающего белой пеной под знойным солнцем.
На обратном пути, недалеко от селения Брич-Мулла, я поднял лежавший у скалы ружейный патрон. Это был английский патрон.
— Как у вас с басмачами? — спросил я, показывая патрон.
Спутники неохотно поддержали разговор на эту тему.
— Да, здесь много шаек, одно время они даже занимали Брич-Муллу. Но вам еще предстоит познакомиться с басмаческим движением довольно близко. Вы едете в район Ферганы, где еще продолжается война.
На следующий день мы возвращались в Ташкент старым путем, сначала на арбе, а последние сорок километров — на автомобиле.
Да, сложный путь проделывает плавиковый шпат: от Аурахмата на ослах до Брич-Муллы, потом на верблюдах до Ташкента, и лишь отсюда по железной дороге он уже спокойно доезжает до Москвы.
Тяжелым бременем ложатся транспортные расходы. К сожалению, это обычное явление в горной промышленности. Полезные минералы часто находятся в местах, удаленных от путей сообщения и от жилых мест. Таковы месторождения Средней Азии и Казахстана. Отсутствие хороших дорог является здесь главным препятствием в использовании минеральных богатств в социалистическом строительстве.
Крупнейшее месторождение корунда, снабжающее весь Союз, расположено в Казахстане, в 240 км от железной дороги. Месторождение графита, лучшее в Союзе, находится в Сибири, в Тункинских горах, в 250 км от жел.-дор. пути. Месторождение радиевых руд, куда нам предстояло поехать, находится в 60 км от жел.-дор. станции, по горной трудной дороге.
Из Ташкента на станцию Федченко
Ташкент — это значит каменный город. В старинных книжках есть упоминание о Танкенте, когда-то могучем и славном азиатском городе. Но этот город лежал где-то в другом месте. До сих пор археологи не могут отыскать старинной столицы Азии. Современный Ташкент, хотя и достаточно почтенен но возрасту, но значительно моложе этого древнего мифического Тан-Кента.
Один горный инженер рассказывал, что во время своих поездок он познакомился со старинной арабской рукописью, где было приблизительно указано местонахождение древней столицы Азии.
— Немало долин и горных ущелий пришлось проехать, — рассказывал он, — прежде чем я добрался до тех, примерно, районов, которые были указаны в книге. Но развалин города я не нашел. Была уже осень, и по утрам начинались заморозки. На камни ложился иней, погода портилась, пора было собираться в дорогу. Однажды утром, в одну из последних ночевок, я поднялся в шесть часов и взошел на близлежащий холм. Вдруг странная картина поразила меня: внизу, на огромной, почти ровной площади, вокруг которой амфитеатром вздымались горы, были видны геометрические фигуры. Какой-то волшебный чертежник вычертил их магической линейкой и циркулем по равнине. Я видел, как передо мной раскинулась схема построек большого города. Вот здесь площадь, очерченная белыми линиями, дальше квадраты белых линий, изображающие дома. Вот какой-то удаленный, более сложный, белый рисунок, повидимому, мечеть. Дальше толстая, белая кайма окружала причудливую сеть белых линий — это, вероятно, крепостная стена.
Солнце всходило все выше и выше, и белые линии пропадали из глаз. Рисунок стирался, и вдруг как будто кто-то огромной губкой прошелся по черной доске: все написанное исчезло. Я понял — передо мной лежали остатки старого города. Он уничтожен почти до основания, но сохранились каменные фундаменты стен, каменные линии крепости и мечети. Рано утром, когда иней покрыл равнину, он дольше сохранился на камнях, более холодных, в то время как всходящее солнце согнало его со всех других мест; чем ярче разгоралось солнце, тем резче выступал контраст между белыми, покрытыми инеем каменными линиями и оттаявшей поверхностью земли. Наконец, горячие лучи растопили и этот иней, и все исчезло. Долина лежала передо мной плоская, ничего не говорящая. К сожалению, нам нужно было немедленно уезжать, мы не могли остаться лишний день. Я записал точное местонахождение и надеялся вернуться сюда в ближайшем будущем. Однако, вскоре разразилась европейская, затем гражданская война, все мои записки исчезли, и я вряд ли мог бы отыскать место древнего города Танкента.
Ташкент резко делится на две части: одна европейская, или русская, другая — азиатская, или старый город.
![По горам и пустыням Средней Азии - img_6.jpeg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/8/7/4/5/178745/1383485283/img_6.jpeg)
Рис. 4. Общий вид старого Ташкента.
Старый город сохранил еще все черты древнего узбекского поселения: кривые улицы, плоские крыши, глиняные дома, лепящиеся тесно и неуютно [4]. Скрип арбы, журчание арыков, крики погонщиков ослов и верблюдов, экзотические чайханы с коврами, кокчаем, изюмом и сладостями.
Новый город весь утопает в садах. Улицы широкие, большие, усажены аллеями тополей, лип, карагача (черное дерево), акаций и т. п. В сущности, это город-сад. Дома уютно белеют в окружающей зелени. Вода орошает сады и течет по улицам в специальных канавках. Вероятно, пройдет небольшое сравнительно время, и Ташкент, как и другие города Азии, превратится в идеальный город-сад, равного которому нет нигде в свете. С окружающих снежных гор сбегает чистая, прекрасная вода, а плодородная почва — лесс — обеспечивает развитие пышной, богатой растительности.
По большому каналу в окрестностях Ташкента мы плавали на лодке. К воде вплотную подходили виноградники, абрикосовые, грушевые сады и хлопковые плантации, окружающие город. Все впечатление портила пыль, невероятная лёссовая пыль, которую местные шоферы в шутку называют «пудрой Коти».
Мы попали в Ташкент в момент мусульманского поста Рамазана. В стране только что затихла ожесточенная гражданская война. Еще живо было воспоминание о черносотенце графе Дорере, натравливавшем мусульман на русских, разжигавшем национальную вражду для того, чтобы свергнуть советскую власть, уничтожившую колониальный гнет царского правительства и его прислужников — купцов и торговцев. Местная буржуазия старалась через местное духовенство удержать свою былую власть над народом. Мы еще застали пышные религиозные торжества. В огромные мечети сходились тысячи молящихся.
![По горам и пустыням Средней Азии - img_7.jpeg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/8/7/4/5/178745/1383485283/img_7.jpeg)
Рис. 5. На молитве.
Даже в поезде, в котором мы ехали через станцию Урсатьевскую по направлению к Коканду, нас поразила тишина, царившая в битком набитых вагонах. Но когда наступило двенадцать часов ночи и мы собирались уже спать, тишина сменилась необычайным оживлением. Все вытащили сундучки, корзины, ящики, в изобилии появилась еда, и на всех полках заскрипел на зубах азиатский хлеб — чурек; на станциях осаждали кипятильные баки, пошли громкие разговоры, крики, беседы, споры. Что случилось? Ничего особенного… Просто кончился пост. Сегодня до двенадцати часов ночи правоверные мусульмане постятся, а после двенадцати можно есть, вот все и накинулись на еду; так продолжалось до самого утра.
Мы сошли на станции Федченко в ровной пустынной местности и остались ожидать вооруженную охрану. В Ферганской долине еще кипела борьба с басмаческими бандами.
— Знаете, сегодня вам охраны не будет, — утешил нас хозяин заезжей квартиры Тюя-Муюнского радиевого рудника.
3
Подсчеты разведок последующих приблизились к этой цифре.
4
В настоящее время старый город коренным образом перестраивается.