В погоне за тайной века - Пасецкий Василий Михайлович (версия книг txt) 📗
![В погоне за тайной века - Пасецкий Василий Михайлович (версия книг txt) 📗](/uploads/posts/books/59779/59779.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
В погоне за тайной века - Пасецкий Василий Михайлович (версия книг txt) 📗 краткое содержание
В погоне за тайной века читать онлайн бесплатно
Василий Михайлович Пасецкий
В ПОГОНЕ ЗА ТАЙНОЙ ВЕКА
![В погоне за тайной века - i_001.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/2/2/5/9/4/222594/1413989225/i_001.png)
ПРЕДИСЛОВИЕ
Научно-популярные работы В. Пасецкого, посвященные «героям Севера», хорошо известны советскому читателю.
Всегда базирующиеся на документальном материале, нередко до сего времени не бывшем в научном обороте, они характеризуются доступностью изложения и хорошим литературным вкусом.
Книга «В погоне за тайной века» продолжает этот жанр с тем отличием, что здесь новые документальные данные впервые становятся известны читателю через научно-популярное издание.
В самом деле, многие ценные документы, которые впервые приводятся в очерках этой книги, могли бы явиться основой научного исследования. Между тем автор, исходя из правильного понимания сущности и значения научно-популярной литературы, с помощью этого жанра обогащает нашего массового читателя новыми подлинно научными сведениями.
Первая часть книги посвящена участию русских моряков и ученых в отыскании Северо-Западного прохода. Этому вопросу в литературе по истории отечественных географических исследований отведено лишь несколько страниц, а в зарубежных исследованиях и десяти строк не отыскать. Автор книги поставил перед собой задачу показать глубокий интерес русской научной общественности к решению труднейшей географической задачи того времени. Обследуя фонды Центрального архива Военно-Морского Флота, автор обнаружил проекты лейтенантов Лескова и Романова. Он обратил внимание, что в нескольких письмах И. Ф. Крузенштерна к государственному канцлеру Н. П. Румянцеву шла речь о плане посылки экспедиции для поисков Северо-Западного прохода в 1824–1825 годах. Но сведения были весьма скупые, дававшие лишь толчок к дальнейшим поискам. Решено было обследовать часть семейного фонда адмирала, которая хранится в Центральном государственном историческом архиве Эстонской ССР в Тарту. Вскоре автор держал в руках том писем Румянцева к Крузенштерну; кожаный переплет «дела» как будто говорил о том, что получатель весьма ценил эти письма, принадлежавшие перу бывшего министра иностранных дел и вместе с тем видного культурного деятеля первой четверти XIX века.
Почти все письма посвящены обсуждению путей поисков Северо-Западного прохода. Двенадцать лет из месяца в месяц Румянцев и Крузенштерн возвращались к этой теме…
Необходимо было разыскать письма другой стороны, выступавшей, выражаясь современным языком, в роли главного теоретика. Еще раз просмотрены фонды ленинградских архивов — но там почти ничего нового не нашлось. Не более результативны были поиски и в рукописном отделе Государственной публичной библиотеки имени В. И. Ленина в Москве, в основу которой было положено уникальное книжное собрание Н. П. Румянцева. Оказалось, что переписка Румянцева хранится в Центральном государственном архиве древних актов. Среди нее отыскалось и дело Крузенштерна, и дело о снаряжении экспедиции на бриге «Рюрик» для поисков Северо-Западного морского прохода. В этих документах нашлись новые неизвестные факты, и, пожалуй, самой интересной явилась находка проекта русской экспедиции в Баффинов залив для отыскания Северо-Западного прохода со стороны Атлантики.
Затем в Архиве Военно-Морского Флота было обнаружено несколько десятков писем английских ученых и полярных исследователей к Крузенштерну и черновики некоторых ответов нашего мореплавателя, которые свидетельствовали о том, что Крузенштерн являлся мировым непререкаемым авторитетом в области арктических и морских исследований.
В итоге в распоряжении автора оказался обширный неопубликованный материал, доказывающий, что инициатива возобновления поисков Северо-Западного морского прохода в XIX веке принадлежала русским морякам и ученым и что они первыми выяснили неосновательность утверждений тех географов и картографов, одни из которых рисовали сушу на месте Центральной Арктики, а другие соединяли перешейком Азию с Америкой. Как это ни странно, но из поля зрения исследователей выпали главные выводы экспедиций О. Е. Коцебу и М. Н. Васильева, которые впервые на основе своих наблюдений установили не подлежащее сомнению существование сообщения между Тихим и Атлантическим океанами вдоль северных берегов Америки.
Одновременно автор показал, что было бы несправедливо ограничивать интерес России к поискам Северо-Западного прохода лишь экспедициями Коцебу, Васильева, Кашеварова, что надо учитывать исключительно большое число проектов, разработанных и учеными, и моряками, и декабристами.
На строго документальной основе автор показывает, что в России проявляли глубокий интерес к решению трудной проблемы Северо-Западного прохода и доказывает, что русские моряки внесли значительный вклад в теоретические разработки этого интересного и сложного географического вопроса.
Вторая часть книги содержит четыре очерка. Она повествует о людях разной судьбы, которые ревностно трудились, изучая Север.
Строго и лаконично небольшое повествование о путешествии к берегам Северного Ледовитого океана ученого Михаила Адамса, добывшего для науки первого мамонта и серьезно убежденного в том, что мамонты еще поныне обитают и что их отечество надо искать по сухопутью к северу от Новой Сибири, которая якобы соединяется с Америкой.
Неожиданные открытия таит очерк, посвященный полярным плаваниям Федора Литке, который, по утверждению некоторых географов, своими заявлениями о тяжелой ледовитости Карского моря якобы отодвинул на несколько десятилетий практические задачи по освоению западного участка Северного морского пути. И опять автор убедительно, на основе документальных материалов доказал, что эти представления основаны на недоразумении. Наоборот, Литке был инициатором единственной в первой половине XIX века экспедиции из Архангельска к устью Енисея и к восточным берегам Новой Земли.
Очерк «Мечта Карла Бэра» повествует о горячей привязанности этого великого ученого к Северу. На протяжении более сорока лет его мысли занимала далекая Арктика. Он не только дважды побывал в ее пределах, но и помог своим коллегам снарядить несколько полярных экспедиций. О неугасимом горении великого сердца, отданного во имя науки и человечества, убедительно рассказано в скупых строках очерка.
Самый большой очерк этой книги, «Право на память потомства», посвящен несправедливо забытому исследователю Севера Михаилу Францевичу Рейнеке. Этому ученому не везло в жизни, не повезло ему и в трудах географов. Авторы крупных современных историко-географических монографий проходят мимо его дел и тем более мимо его жизни. Пожалуй, о Рейнеке больше знают и пишут литературоведы и военные историки, чем географы. В. Пасецкий решил исправить эту несправедливость. Собрав в архивах Ленинграда и Москвы обширное эпистолярное наследство Рейнеке, его дневники и другие документальные материалы, он рассказал о жизни этого человека, который был дружен с такими учеными, как Гумбольдт и Бэр, и такими деятелями России, как Павел Нахимов и президент Академии наук Федор Литке. Михаила Рейнеке связывала многолетняя дружба с декабристской семьей Бестужевых. Он являлся одним из организаторов Русского географического общества и инициатором посылки многих экспедиций в неисследованные районы России. Личность М. Ф. Рейнеке и его тридцатилетняя деятельность во имя развития отечественной географии заслуживают достойного освещения в истории русской науки.
В книге подробно освещены восьмилетние исследования Рейнеке в Белом море и на берегах Мурмана и рассказано, какими лишениями заплатили русские моряки за то, чтобы составить для России первую совершенную карту Белого моря и значительной части берегов севера Европейской России. Эти исследования завершились не только составлением навигационных и географических карт. На основе их Рейнеке создал «Описание северного побережья России», переведенное на несколько европейских языков.