Фланкер - Эмар Густав (читать книги онлайн регистрации .txt) 📗
![Фланкер - any2fbimgloader11.jpeg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/3/1/4/4/9/31449/1333204303/any2fbimgloader11.jpeg)
— Бедняжка! — прошептал ей вслед дон Мигель. — Я уверен, что она пошла с намерением разыскать нам помощь. — И, повернувшись к девушкам, он сказал им: — Не бойтесь, теперь нас много; завтра с восходом солнца мы пустимся в путь, не опасаясь больше грабителей-индейцев.
— Дон Мигель, — ответила донья Лаура, печально улыбаясь, — напрасно вы стараетесь успокоить нас: мы слышали разговор ваших товарищей, они ожидают нападения.
— Почему вы с нами не откровенны, дон Мигель? — спросила донья Луиза. — Лучше прямо сказать нам, чего ждать и чему мы должны подвергнуться.
— Видит Бог, я и сам ничего не знаю! — возразил молодой человек. — Я принял все необходимые предосторожности, чтобы защищать ферму до последней минуты… но надеюсь, что следы наши не будет открыты.
— Вы ошибаетесь в этом, дон Мигель, — перебила его донья Лаура.
— Во всяком случае, — продолжал дон Мигель, не отвечая на замечание Лауры, — если на нас и нападут, то все мы — я и мои товарищи — умрем, прежде чем какой-либо индеец перейдет порог этой комнаты.
— Мы верим вам, — сказала донья Лаура, — и знаем, что для нашего спасения вы сделаете все, что только в человеческих силах. Благодарим вас за вашу преданность. Наша судьба во власти Божией, мы полагаемся на Него. Действуйте, не беспокоясь более о нас… Прошу вас только, охраняйте отца.
— Да, — добавила донья Луиза, — исполняйте храбро ваш долг; мы, со своей стороны, исполним свой.
Дон Мигель, не поняв ее слов, поглядел на нее. Она, краснея, улыбнулась, но ни слова не прибавила.
Молодой человек хотел было что-то сказать, но только почтительно поклонился девушкам и вышел.
Лишь только дон Мигель появился во дворе, Верный Прицел подошел к нему и указал на множество черных точек, медленно приближавшихся к ферме.
— Посмотрите, что там? — сказал он ему.
— Это краснокожие! — воскликнул дон Мигель.
— Уже десять минут я слежу за ними, — продолжал охотник, — но мы еще можем приготовиться к их приему; они будут здесь не раньше чем через час.
Действительно, целый час прошел в ужасном волнении. Вдруг над воротами появилась гнусная голова одного апача и злобно заглянула во двор.
— Трудно составить себе понятие о дерзости индейцев, — насмешливо сказал Верный Прицел; взмахнув топором, он сразу отсек дикарю голову.
Несколько подобных попыток со стороны краснокожих в разных местах укрепления были отражены с таким же успехом. Апачи надеялись напасть на спящих бледнолицых, но, видя такую неудачу, с громкими вызывающими криками в беспорядке вскочили с земли и бросились к изгороди, облепив ее со всех сторон.
Пламя кольцом охватило всю ферму, и пули градом посыпались на краснокожих. Павших нападающих сменили другие, которых снова пули белых уложили на месте. Этих сменили новые, и тут уже завязался рукопашный бой. После получасовой борьбы апачи наконец отступили. Но отдых был недолог. Краснокожие тотчас же вернулись, и бойснова завязался, еще ожесточеннее прежнего.
Вдруг позади индейцев раздались крики, и Вольная Пуля со своими храбрецами налетел на краснокожих как вихрь. Краснокожие, сбитые с толку таким неожиданным нападением, в беспорядке отступили и рассеялись по окрестности. Дон Мигель с двадцатью воинами устремился тогда за ними, желая довершить их поражение. Вдруг он вскрикнул от удивления и бешенства.
В то время как они бросились преследовать апачей, другие индейцы мгновенно появились в пустом пространстве позади них и устремились к дому. Мексиканцы повернули коней и помчались к ферме. Но было уже поздно! Дом окружали враги, среди которых находились Олень и дон Эстебан, бившиеся с неслыханной яростью. Дон Мариано и несколько мексиканцев отчаянно отбивались, защищая дверь в дом. Наконец апачи ворвались в него.
— Вперед! Вперед! — рычал дон Мигель, врезаясь в толпу дикарей.
— Вперед! — вторили ему Верный Прицел и Вольная Пуля.
В ту же минуту в окнах появились обе девушки, настигнутые индейцами, схватившими их за руки.
Вдруг воздух сотрясся от ужасного призывного клича команчей, и множество воинов, впереди которых скакал Летучий Орел, налетели на апачей, которые уже считали себя победителями. Стесненные разом со всех сторон, они вынуждены были искать спасения в бегстве. Таким образом, белые были спасены в ту самую минуту, когда уже готовились не отдаваться живыми в руки врагов, а биться до последней капли крови.
ГЛАВА XXXVIII. Эпилог
Через два часа после вышеописанного жаркого боя солнце осветило очень трогательную сцену, происходившую на полуразрушенной ферме. Бледнолицые и команчские воины, прибывшие так кстати, поспешили уничтожить, насколько это было возможно, следы сражения. В одном углу двора были сложены в кучу тела убитых, прикрытые соломой; караульные команчей стерегли около двадцати пленников-апачей; бледнолицые же перевязывали раны и рыли ямы для убитых.
Под навесом, на соломе, прикрытые покрывалами, лежали двое мужчин и одна женщина. Женщина, уже мертвая, была донья Луиза. Бедная девушка, вся жизнь которой прошла в самоотвержении и постоянной преданности, храбро умерла от руки дона Эстебана в ту минуту, когда выстрелом из пистолета раздробила голову Оленю, схватившему донью Лауру.
Мужчины были дон Мариано и Вольная Пуля. Дон Мигель и Лаура стояли по обеим сторонам от старика, с беспокойством ожидая, когда тот откроет глаза.
Верный Прицел стоял печальный и бледный, склонившись над умиравшим старым товарищем.
— Бодрись, брат, бодрись! — сказал он ему. — Это ничего!
— Гм! — произнес Вольная Пуля, силясь улыбнуться. — Я не знаю, что это… еще минут десять мои, а потом…
Он замолчал и как бы задумался.
— Скажи мне, Верный Прицел, — вскоре продолжал умирающий, — как ты полагаешь, простит ли меня Бог?
— Конечно, простит, друг мой, ты — храброе и чистое создание!
— Я всегда поступал по велению своего сердца. Впрочем, милосердие Бога бесконечно, я полагаюсь на него.
— Надейся, надейся, друг мой!
— А видишь ли, я знал, что индейцам не убить меня — ранил-то меня дон Эстебан… но я разрубил череп этому разбойнику! Негодяй, я должен был бы оставить его издыхать в яме, как волка в западне!..
Голос его постепенно слабел, взгляд стал стеклянным, жизнь быстро угасала в нем,
— Прости ему; теперь он уже мертв и не может более вредить.
— Слава Богу! Наконец-то я раздавил эту ехидну!.. Прощай, Верный Прицел, мой старый товарищ! Мы не будем больше вместе охотиться за бизонами и оленями… не услышат больше апачи нашего общего призывного клика… Где же Летучий Орел?
— Он преследует краснокожих.
— Ах! Он славный малый… Я узнал его еще очень молодым человеком, это было в тысяча восемьсот сорок пятом году… помню, что я тогда возвращался из…
Вольная Пуля остановился. Верный Прицел, склонившись еще ближе, чтобы расслышать его совершенно ослабевший голос, посмотрел на него — он был уже мертв.
Достойный охотник отдал Богу свою душу без всяких предсмертных мучений. Его друг набожно закрыл ему глаза, опустился подле него на колени и принялся горячо молиться за своего старого товарища.
Между тем дон Мариано пребывал все в том же бесчувственном состоянии. Молодые люди держали его за руки и с беспокойством прислушивались к его пульсу. Слуги дона Мариано, стоя в стороне, тихонько плакали.
Вдруг дон Мариано глубоко вздохнул, кровь бросилась ему в лицо, глаза раскрылись и бессознательно оглядели присутствующих… Казалось, старик старался что-то вспомнить. Быстро сев на своем ложе и видя склоненные над ним лица своей дочери и дона Мигеля, он улыбнулся с необыкновенной добротой и, прижав к сердцу их руки, громко проговорил:
— Дон Мигель, охраняйте ее!.. Лаура, ты любишь его, будь счастлива!.. Дети мои, благословляю вас!.. Бог мой! Прости несчастному, причинившему нам столько несчастий! Создатель, прими мою душу!.. Дети мои, до свидания…