Дикое животное и человек - Гржимек Бернхард (читать книги TXT) 📗
В годы второй мировой войны Б. Гржимек продолжал работать в том же Министерстве продовольствия, но уже в качестве ветеринарного военврача. Ему было поручено лечить больных и раненых лошадей. За уклонение от отправки на фронт и за свои антивоенные убеждения он подвергался непрерывным преследованиям. Чтобы избежать грозящего ему ареста, ученому пришлось некоторое время скрываться вместе со своей семьей в затерянной в горах альпийской деревушке.
Свое осуждение войны, развязанной фашистскими агрессорами, он потом неоднократно будет высказывать во многих книгах; в частности, об этом говорится" в «Предисловии к русскому изданию», помещенном автором в этой книге: «Я счастлив, что не сделал во время этой несправедливой войны ни единого выстрела, если не считать одного — когда пристрелил безнадежно больную лошадь».
В 1945 г., после разгрома фашизма, Б. Гржимек энергично берется за восстановление разрушенного Франкфуртского зоопарка, директором которого его назначают. Дело было не из легких, учитывая общую разруху, но ученый прилагает все усилия к тому, чтобы превратить этот зоопарк в образцовое современное научно-просветительное учреждение. Это ему в конце концов и удается сделать, правда, ценой огромных усилий, нервного напряжения, препирательств с властями, не желающими отпускать средства на такое нужное и полезное, в первую очередь для подрастающего поколения дело.
![Дикое животное и человек - i_084.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/8/4/2/4/9/184249/1386611181/i_084.jpg)
Выступление профессора Б. Гржимека в Колонном зале Дома Союзов в Москве
Что только не приходилось устраивать тогда в зоопарке, чтобы раздобыть необходимые для строительства и закупки животных деньги! И гулянья с фейерверками, и беспроигрышные лотереи, и цирковые представления. То и дело дирекция зоопарка попадала в конфликтные ситуации с властями, а в 1948 году Б. Гржимек был даже внезапно арестован франкфуртским начальником полиции и просидел несколько дней в тюрьме. Однако на последующем за этим судебном процессе он был оправдан «ввиду доказанной невиновности», а начальник полиции некоторое время спустя сам получил два года тюремного заключения…
Франкфуртский же зоопарк под руководством профессора Гржимека стал одним из лучших зоопарков мира, работа в котором ведется на научной основе, благодаря чему в нем удается содержать и разводить такие редкие и «трудные» виды животных, как окапи, гориллы, гривистые волки, снежные барсы, носатые обезьяны, черные носороги, бонобо и геренуки (жирафовые газели). Именно здесь впервые удалось получить в неволе потомство от всех четырех видов человекообразных обезьян и был оборудован специальный «детский сад» для выращивания брошенных самками детенышей.
Шли годы, подрастали сыновья Гржимека. Старший стал инженером по компьютерам, а младший — Михаэль — пошел по стопам отца, увлекся зоологией, начал снимать научно-популярные фильмы, сопровождать отца во время его ежегодных научно-исследовательских экспедиций в Африку. Поначалу эти поездки организовывались просто с целью приобретения новых животных для зоопарка.
«В то время мы еще не задавались целью чем-то помочь, что-либо изменить или спасти — тогда мы приезжали чему-то научиться, увидеть своими глазами, понять. И ни один из нас тогда еще не знал, что этот континент войдет в нашу жизнь на долгие-долгие годы, а одному из нас суждено будет остаться в этой земле навсегда…» («Мы жили среди бауле»).
Что касается сына Б. Гржимека — Михаэля, то он с ранних лет принимал живейшее участие во всех делах отца, сопровождая его в путешествиях. Он был его первым другом и помощником. Отца и сына связывали не просто родственные узы. Как и отец, Михаэль решил посвятить свою жизнь делу охраны природы. Все, кто его знали, говорят, что это был исключительно трудолюбивый, дельный, очень доброжелательный и на редкость славный парень. Когда ему было всего 16 лет, он уже один сопровождал транспорт с животными из Африки в Европу. Он самостоятельно снял фильм «Для диких животных места нет» по сценарию своего отца, за который была присуждена национальная премия «Золотой медведь». Весь гонорар, полученный за прокат фильма, также пошел в «Фонд спасения истребляемых животных». Научившись водить самолет, Михаэль Гржимек принял участие в учете копытных с воздуха, которое необходимо было провести в национальном парке Серенгети. Здесь отец и сын сняли второй свой фильм — «Серенгети не должен умереть», за который получили высшую международную премию «Оскар». И здесь же в 1959 году, во время полета над кратером Нгоронгоро, и случилось несчастье: самолет, столкнувшись в воздухе с грифом, упал на землю и Михаэль погиб. Его похоронили на краю кратера. Надпись на надгробном камне гласит:
«Он отдал все, что имел,
даже свою жизнь, за то,
чтобы сохранить животных
Африки»
Потеря сына была страшным ударом для отца. Но он преодолел скорбь и сумел найти в себе, силы, чтобы продолжать их общее дело. Более того, теперь ему приходилось работать за двоих. Позже он напишет в предисловии к своей книге «Серенгети не должен умереть»: «…за несколько дней до его трагической гибели мы условились работать над нею (книгой. — Ред.) вместе. Неважно, что он не успел написать в ней ни строчки, — во всем, о чем здесь говорится, мой сын принимал живейшее участие, и им проделана большая часть нашей работы. Так что его имя с полным правом стоит рядом с моим на титульном листе. Нам очень хотелось бы верить, что эта книга поможет спасти и сохранить то, ради чего мы трудились. Я же могу только пожелать всем отцам иметь такого сына, каким был мой, — верного помощника и друга, который все понимает с полуслова. Я бесконечно благодарен судьбе даже за те недолгие годы, которые нам посчастливилось прожить рядом».
Но Михаэль Гржимек не забыт. Три школы носят его имя, правительство Танзании учредило специальный «Фонд памяти Михаэля Гржимека». На средства фонда был построен «Международный институт биологических проблем Африки имени Михаэля Гржимека», в который приезжают работать ученые-зоологи, почвоведы, ботаники и другие специалисты со всего мира.
Постепенно ученый увидел своими глазами, что уникальный животный мир этого континента в опасности. В те годы многие еще думали, что Африка буквально кишит слонами, носорогами, крокодилами и т. д., что это «Земля обетованная» для животных, не зная о том, что за годы колониализма европейцы перестреляли почти всех бегемотов («причем просто так, из спортивного интереса, — пишет Гржимек,^-в то время как дети многих негритянских племен умирают от голода!») и многих других крупных животных.
Со всей свойственной ему кипучей энергией ученый включается в борьбу за спасение уникальной, фауны Африки. Он начинает деятельно помогать освободившимся от колониального гнета африканским государствам организовывать у себя новые национальные парки, спасать старые от разорения. Из «Фонда помощи истребляемым животным» щедро отпускаются средства на постройку туристских гостиниц, дорог, приобретение «лендроверов», на оснащение охраны парков Восточной Африки, необходимой для борьбы с браконьерами. Ученый консультирует местную администрацию этих молодых африканских государств по устройству и эксплуатации национальных парков. Он снова взывает к общественности всего мира, призывая вносить свою лепту в помощь самостоятельным африканским странам, которые, несмотря на отчаянную нужду, готовы сделать все от них зависящее для спасения своего уникального животного мира, понимая его ценность для всего человечества. Он ставит это в пример многим «культурным» странам, и в частности ФРГ… Сам он вносит значительную часть своих собственных средств — гонорары за книги и фильмы — в «Фонд помощи истребляемым животным».
Вскоре, его назначают официальным куратором национальных парков ряда стран Восточной Африки, и он начинает бороться против устройства так называемых сафари для заезжих миллионеров, пуговичных фабрикантов и прочих, покупающих лицензии, чтобы, «заскочив» в Африку проездом, пострелять в животных (не будучи даже охотниками) и увезти домой трофеи в виде львиных и леопардовых шкур. Вместо этого по предложению ученого стали организовывать экскурсии туристов в национальные парки Африки и таким образом увеличивать приток столь необходимой валюты в молодые африканские государства. Поток туристов с каждым годом все увеличивался, а на полученные таким способом средства африканцы строят все новые туристские гостиницы, дороги, школы, больницы и т. д., что в свою очередь помогает развитию и повышению жизненного уровня населения.