Газета "Своими Именами" №14 от 23.11.2010 - Автор неизвестен (читать книги онлайн бесплатно полностью без сокращений TXT) 📗
Прослужив более 30 лет, объездил Союз вдоль и поперек, сотни воинских формирований, не слышал никогда и нигде, да и сам никогда не упоминал о требованиях присяги, распекая подчиненных за их прегрешения. Все и всегда выговаривают подчиненному, что он нарушил устав, свои обязанности, инструкции, приказы, и никогда - присягу.
Возможно, это звучит кощунственно, но пишу я о том, что есть на самом деле, несмотря на то, что многим это покажется дикостью. Я тоже не говорю, что это хорошо, нормально, я не отрицаю, что это дикость, но то, что есть, то есть. Нравится все это нам или нет.
Читая «Историю» С.М. Соловьева, был крайне удивлен тем, что сплошь и рядом государственные мужи принимают присягу пред одним государем и тут же изменяют с другим или одновременно присягают сразу нескольким государям, заранее зная, что исполнять данную клятву не будут. Сплошной торг, поиск только выгоды и ради нее готовы присягать кому придется и по многу раз, и также многажды нарушая. Я саму «Историю» С.М. Соловьева назвал бы историей принятия присяги и ее нарушений.
Договор соблюдается, пока он выгоден. В чем выгода офицера соблюдать такой договор? Односторонний, безо всякой ответственности другой стороны, государства.
Кто поступает в военные училища? Воистину, как в первые годы Советской власти – армия рабоче-крестьянская. Но в Гражданскую назвать армию рабоче-крестьянской можно с большой натяжкой: офицерский состав красных был на 40-50%, наверное, из бывшего офицерства царского, много из дворянства.
В военных училищах нельзя увидеть детей, чьи родители занимали положение работников райкомов, горкомов партии, исполкомов. То же касается областного масштаба, не говоря уже о республиканских и союзных структурах. Нет детей руководителей министерств, главков, предприятий и производств, главных специалистов этих предприятий, работников НИИ и КБ, профессуры вузов, представителей судебной системы, дипломатического корпуса, работников творческой интеллигенции: артистов, художников, музыкантов, работников средств массовой информации. Шаром покати и от представителей богом избранной нации.
Так кто же учится в училищах, кроме рабочих и колхозников? Это дети, родители которых на должностях обслуги: торговые работники, парикмахеры, работники гостиниц, кадровых аппаратов, кассиры, счетоводы, писаря, секретарши и т.п. Родители, имеющие высшее образование, в училища направляют своих детей: учителя, военные, инженеры, занимающие самые первичные инженерные должности, т. е. те, кто стал интеллигентом в первом поколении и еще не понял, что собой представляет офицерская служба. Много детей военных. Почему военные направляют своих детей в училища? Они-то уж лучше всех знают военную жизнь, и все равно их дети тоже становятся офицерами. Потому это так происходит, что военные, кроме своей жизни, больше ничего не знают, они боятся гражданской жизни, она им абсолютно не знакома.
По качественному составу обучающихся в училищах можно привести такие примеры. Непосредственно занимаясь приемом в одно из училищ в течение шести лет, а в последующем в шесть училищ на протяжении 10 лет, привожу такие данные: конкурс всегда приблизительно один и тот же - 5-7 человек на место. Казалось бы, есть из кого выбирать. Но из сдавших вступительные экзамены без “4”, на отлично, мы набираем только 5-10 % от необходимого количества приема; 10-20% - без “3”; 40% - без “2”. Итого: мы принимаем 55-70% юношей, удовлетворительно прошедших конкурс. А 30-40% мы вынуждены принимать с “2”. И это при самых минимальных требованиях к знаниям абитуриентов.
Те, кто своих детей не посылает в военные училища, прекрасно осведомлены о жизни офицерской. Когда я уговариваю таких людей послать своих сыновей в училище, устрою в любое, то все крутят пальцем у виска, ты, что, мол, дурак, нам такое предлагать? У этих людей уже есть твердое убеждение, что офицером может служить только дурак или тупица, который не смог поступить даже в самый непрестижный вуз, без конкурса. А что с дурака взять? Тем более требовать осознанного чувства ответственности за защиту страны.
(Я все время пишу, что родители не направляют в училища детей, как будто дети сами не решают этот вопрос. Решение поступать в военное училище формируется за многие годы до поступления, и именно родителям принадлежит в данном вопросе решающая роль. Есть лишь единичные случаи, когда решение поступать или не поступать принимает юноша вопреки воле родителей, поэтому я и не учитываю волю поступающего.)
Об “огромной” зарплате военных, о погоне за длинным рублем. Миром правят мифы. Один из таких - о высокой зарплате офицера, в который еще многие верят. Привожу несколько примеров “высокой” зарплаты, на которую “страна отрывает от себя”, «ничего не жалеет».
Ю.И. Мухин как-то в газетной статье или в какой-то из своих книг отметил, что, когда он заканчивал институт, один из заводов приглашал его на работу с окладом в 300 рублей. Это зеленого выпускника! Такой оклад в то же самое время офицер мог получить лишь в звании полковника, прослужив 20-30 лет.
Зима 1983-84 гг. Из Яворовского полигона во Львов добирается на попутках подполковник. В кабине грузовика разговорились с водителем, лет под 60. Речь зашла и о пенсии военных. Подполковник объяснил из какого расчета состоит пенсия: на ту пору это 50% от всего денежного содержания офицера плюс 3% за каждый год выслуги после 25 лет службы, но не более 75 от денежного содержания. Вам скоро на пенсию, - говорит водитель, - будете получать хотя бы 2 тысячи рублей в месяц? Представьте себе, если сможете без смеха, глаза этого подполковника, у которого оклад был очень высокий по занимаемой им должности в одном из Главных штабов в г. Москве и составлял чуть более 300 рублей.
Полковник Н. в отставке, работает начальником отдела в одной организации - НИИ. В его подчинении инженер, который проработал в этом НИИ вместе со своей женой несколько десятков лет. Простой инженер, не имея никакой научной степени, не занимая высоких должностей, сумел за это время купить две кооперативных квартиры, 3-комнатные, построить лучшую по советским временам на участке дачу. Родители у них тоже не зажиточные. У полковника вопрос: «Откуда деньги, Зин»? У полковника оклад был много лет на треть больше инженера, но он, полковник, даже во сне не мог себе представить сравниться с инженером. Оказывается, оклад инженера - простая формальность, он всегда получал в 2-3 раза больше, как минимум: за сдачу любого этапа ОКР, НИОКР, КР и т. п., за постоянные переработки вечером, в выходные, за подработки в сторонних организациях вплоть до ЦК и кабинета Брежнева. Но на стороне работали в рабочее время, и оплата шла и от своей организации, и от сторонней. Каждый год на протяжении многих лет на 3-4 летних месяца составлялась бригада строителей на стройки коровников, свинарников и т.п. в северных районах страны. Там они зарабатывали очень хорошие деньги. А на работе как? - «Мы брали отпуска за свой счет», - был ответ. Но полковник проверил по приказам - не было отпусков за свой счет на несколько месяцев никому. Значит, что-то перепадало начальству - за то, что им ставили рабочие дни.
Не осуждаю я ни этого инженера, ни порядков того времени. Многие офицеры тоже могли бы строить коровники и работать на стороне, молодые, да руки тоже что-то умеют делать. Но всего этого, любой возможности подзаработать офицер лишен навсегда, как и навсегда лишен какой-то хотя бы мизерной премии раз в десятилетие.
Полковник М. получил назначение в Москву в начале 80-х. У них с супругой более сотни только самых близких родственников: родных братьев и сестер с их семьями. Понятно, что тогда все ездили в Москву за шмотками, мебелью, продуктами. Кроме родственников у них множество просто знакомых, соседей по прежнему месту службы, сослуживцев и т.п. И вся эта армада хлынула к ним. Бывало, по 16 человек ночевало в двух комнатной квартирке. Но раз они ездили “побираться” в Москву, то это не были люди большого материального достатка, большого служебного положения. И все, без исключения, и молодые, и уже пожившие, удивлялись материальному положению полковника (до Москвы-то никто к нему не ездил по захолустьям): это так живет советский полковник???!!! Кстати, первую в своей жизни квартиру он, «зажравшийся», получил на 17 году службы: 27 кв. метров на семью из трёх человек. Потом в Москве - 30 метров. Где проживает до сих пор.