Содержательное единство 2007-2011 - Кургинян Сергей Ервандович (читать полностью книгу без регистрации TXT) 📗
![Содержательное единство 2007-2011 - Кургинян Сергей Ервандович (читать полностью книгу без регистрации TXT) 📗](/uploads/posts/books/72770/72770.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Содержательное единство 2007-2011 - Кургинян Сергей Ервандович (читать полностью книгу без регистрации TXT) 📗 краткое содержание
Содержательное единство 2007-2011 читать онлайн бесплатно
СЕРГЕЙ КУРГИНЯН
СОДЕРЖАТЕЛЬНОЕ ЕДИНСТВО 2007-2011
18.01.2007 : Панорама
Введение
К моему глубокому прискорбию, пришлось потратить много времени на идеологическую дискуссию с некими верхушечными КПРФ-овскими кругами, решившими придать слишком большое значение моей личности. Оправдание только в том, что в ходе этой дискуссии удалось выявить некоторые проблемные узлы, не сводящиеся к лобовой конфликтной полемике. Лично для меня это все было крайне важно постольку, поскольку позволило иначе ответить на вопрос о причинах распада СССР и содержании процессов, развернувшихся как до, так и после этого распада.
Главное, что я понял – ответ на данный вопрос нельзя искать только в сферах академической научности и прикладной теории элит. Такой поиск необходим, но недостаточен. Он должен быть сопровожден поиском совершенно другого типа. Опирающимся на другие методологические основания. Поиском, соединяющим черты художественности и научности. Только после того, как такой поиск даст какие-то ориентиры, можно дополнять найденное научными и прикладными разработками. Без этого мы попадем в "дурную бесконечность".
Поняв это, я предпринял попытку осуществления такого "другого поиска". Эта попытка оказалась достаточно удачной для того, чтобы быть оформленной в виде книги. А вот насколько книга окажется существенной для нашего общества в целом и для нашего клуба – судить не мне. В любом случае, она будет издана в течение ближайших месяцев. Думаю, что к февралю я ее завершу. А дальше все будет зависеть от издателей. Но поскольку издатели – это наша редакция журнала "Россия – XXI", то вряд ли процесс затянется.
На этом – надо подвести черту той дискуссии. Пожалеть о потерянном времени. Преисполниться надежды, что книга окупит временные потери. И начать заниматься текущей политикой. Благо эта политика стремительно набирает обороты. Посмотрите, сколько всего произошло, как сказали бы математики, "в эпсилон-окрестности" Нового года.
И казнь Саддама Хусейна.
И белорусская эпопея.
И туркменские коллизии.
И казахстанские метаморфозы.
И азербайджанские политические подвижки.
И рост напряжения в Киргизии.
Но тут же – и новая доктрина Буша по Ираку (а значит, и не только Ираку).
И нарастание американо-китайских противоречий.
И наши отечественные "мелочи", которые на самом деле – вовсе не мелочи. Я имею в виду задержание Прохорова и многое другое. Вплоть до перипетий расследований и скандалов вокруг разного рода убийств.
Что можно сложить из этой панорамы? И что она представляет собой в действительности? Попытаемся ответить на этот вопрос. Начать я предлагаю с анализа такого крупного события, как казнь Саддама Хусейна.
Часть 1. Казнь Саддама Хусейна
1.1. Ракурс, без которого обсуждение бессмысленно
Я предлагаю рассматривать это событие как часть "войны образов".
Образ – это не только важнейшая эстетическая категория. Образ, наряду с символом, – это еще и религиозная категория. А самое главное, с середины ХХ века образ превращается в ключевую политическую категорию. Это происходит в связи с совершенно новым характером войн, которые осуществлялись в условиях ядерного стратегического баланса между СССР и США. В этих условиях прямое стратегическое столкновение сверхдержав стало невозможным. Но это не отменило военного столкновения, а изменило его характер.
Большая война классического образца заменилась суммой ряда малых войн (периферийных войн, управляемых конфликтов, точек и дуг напряженности), а также качественно новой – информационной – войны.
При этом решающее значение приобретает именно эта качественно новая информационная война, в которой противники обмениваются не ядерными ударами, а образами себя и других. Победа и поражение в подобной войне определяется не захваченными господствующими высотами или столицами воюющих государств. Захвачены должны быть не географические, а информационные территории. В определенных ячейках того или другого сознания (американского или советского, чешского или венгерского, кубинского или афганского) должны разместиться те или иные образы.
Соответственно, образы становятся, как минимум, эквивалентами ядерных боеголовок. А в ячейки сознания их доставляют не стратегические ракеты, а средства массовой информации. Если средства массовой информации не имеют емких дееспособных образов, то они столь же бессмысленны с точки зрения информационной войны, как стратегические ракеты без ядерных боеголовок.
Итак, образы – это уже не эстетика (на что и как воздействует образ Татьяны Лариной) и не религия (первичны ли эйдосы как источники образов). Это уже большая политика. И это главное средство ведения войны.
СССР в целом и его правящие элиты не уловили этот фундаментальный сдвиг. Генштаб советской армии, советское КГБ и даже идеологические подразделения правящей партии не превратились в площадки, на которых яростно обсуждалось качество образов и средства их доставки до нужных адресатов. Обсуждалось по-прежнему нечто другое, сугубо материальное. Что и привело к определенным результатам.
Получив эти сокрушительные результаты, можно либо начать перевооружаться, анализируя опыт собственных ошибок, либо продолжать упорствовать и усугублять ошибки предшествующего периода. Ряд процессов, развернувшихся на постсоветском пространстве (в сумме являющихся, как мы убеждены, именно системным социокультурным регрессом) привели к тому, что ошибки усугубляются. Это видно по всему, что происходит.
И это становится особо понятно в случаях, когда происходящее явно представляет собой эту самую войну образов. А обсуждается происходящее с любых других точек зрения, – но только не с этой.
Казнь Саддама Хусейна, безусловно, представляет собой одно из тех событий, которые демонстрируют невосприимчивость российской элиты и российского общества ко всему, что касается значения образов.
При этом в очередной раз возрастает значение так называемой ключевой проблемы эстетики. А именно – проблемы соотношения образа и реальности. Черпается ли образ из реальности? Является ли он отражением оной? Ленинская теория отражения – это одно из многочисленных теоретических описаний, в рамках которых образ вторичен по отношению к реальности. Характерно, что один из почитателей Ленина, Владимир Маяковский, яростно полемизировал с этой точкой зрения "вождя пролетарской революции": "Театр не отображающее зеркало, а увеличительное стекло" ("Мистерия-буфф").
Этой полемикой задается граница между реалистическим и нереалистическим художественным творчеством. Дополнительно надо обратить внимание на то, что подобная полемика в пострелигиозной эстетике не имеет ничего общего с религиозной полемикой между "реалистами" и "номиналистами". Средневековый реализм – это не реализм Толстого, в котором образы призваны отражать реальность природы и человека. Средневековый реализм апеллирует к другой образности, связанной с надприродной и надантропологической реальностью. Той реальностью, которая в пострелигиозную эпоху приравнена к иллюзорности.
В эпоху информационных войн (а еще точнее – войн образов) данная эстетическая проблема превращается в проблему политическую. Задаются ли образы реальностью, или они производятся в значительной части помимо этой самой реальности?
Если мы всмотримся в то, что связано с казнью Саддама Хусейна под данным углом зрения, если увидим в случившемся (внимание!) ВОЙНУ ЗА ОБРАЗ САДДАМА ХУСЕЙНА, то может быть, мы ответим и на этот, практически очень важный, вопрос.
В любом случае, мне представляется недопустимым игнорировать в таком многоуровневом событии, как казнь Саддама Хусейна, тот уровень событийности, на котором размещена эта самая ВОЙНА ЗА ОБРАЗ.
И я попытаюсь отстоять свою позицию.