Очерки о гомеопатии (Записки врача гомеопата) - Попова Татьяна Демьяновна (книги бесплатно без регистрации полные txt) 📗
Первый лекарственный патогенез ликоподиума был разработан под руководством Ганемана и опубликован в «Хронических болезнях». В 80-е годы прошлого века его проверили соотечественники Ганемана Губер и Мартин и получили аналогичные результаты.
Гомеопатический препарат готовится из спор растения, содержащих жидкое невысыхающее масло, основной компонент которого — триглицериды олеиновой, стеариновой, пальмитоновой, миристиновой, арахиновой кислот.
Мне кажется, ликоподиум вылечил такое множество людей, страдающих заболеваниями печени, что ему пора уже соорудить памятник. Может быть, в стиле модерн в виде этого органа из розового гранита с надписью: «От благодарных пациентов». Это было бы гораздо осмысленнее, чем малопонятные металлические конструкции, украшающие улицы некоторых современных заокеанских городов.
Одна из основных жалоб, определяющих назначение ликоподиума, — вздутие живота (от которого, как говорится в Салернском кодексе здоровья, проистекают четыре серьезных недуга). В самом деле, такое болезненное явление может одолевать людей при самых разных обстоятельствах: нарушение функции печени и почек, неправильном солевом обмене, эндокринных заболеваниях.
Ликоподиум — прекрасное средство для коррекции нарушений, наступающих при старении. Это вполне согласуется с ролью, которую современные исследователи отводят нарушению солевого обмена в процессе склерозирования сосудов.
У «ликоподийного» больного часто наблюдается плохо развитая мускулатура, нездоровая кожа, преждевременные морщины, угнетенное настроение, склонность к заболеваниям органов дыхания. И еще один ценный для гомеопатического назначения симптом — правосторонность поражения. Ликоподиум чаще бывает показан при правосторонней почечной колике, правосторонней пневмонии, кистах правого яичника, увеличении правой доли щитовидной железы, тромбофлебите и лимфостазе правой ноги, а также при процессах двусторонних, но начинающихся справа. Таким образом, ликоподиум считается правосторонним гомеопатическим лекарством.
Плаун в лесу — очень радостное зрелище. Его стелющиеся веточки как-то по-особому зелены, отчего растение сразу выделяешь среди других. Одно такое «семейство» плаунов, росшее в смешанном лесу на границе Украины и Белоруссии, запомнилось мне особенно. Небольшой пригорок, скорее, даже холмик с несколькими камнями, обнимала сеть веточек плауна, повторявших причудливые очертания камней. Мой восторг подогревало, конечно, и сознание того, что передо мной «гомеопатическое» растение.
КОШЕНИЛЬ
Сперва о розах расскажу,
Не о карминных косметичных,
По-королевски поэтичных,
Благоуханных, беспечальных,
На стеблях длинных, стройных, бальных.
![Очерки о гомеопатии (Записки врача гомеопата) - i_044.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/1/8/3/2/6/118326/1333273600/i_044.jpg)
Растения представляются нам более естественным и в каком-то отношении более приятным источником лекарств, чем животный мир. Однако если мы пренебрежем последним, то лишим себя многих полезных препаратов. Яды змей и пчел завоевали прочное место в ряду лекарственных веществ. С большой заинтересованностью стали говорить в последнее время о яде пауков, о морских животных — таких, как губки, кораллы, морские ежи и звезды, вспомнили бобровую струю. В гомеопатической фармакопее лекарств животного происхождения довольно много, но в практическом обиходе их стало меньше. Часть из них забыта, а в некоторых странах даже запрещена к применению. Основанием для такого запрета чаще всего служило отсутствие таких лекарственных веществ в общепринятой фармакопее. Нельзя недооценивать и эмоциональную подоплеку — отвращение к лекарствам, сделанным из всякой «гадости». А как бить с вакцинами, изготовленными из микробов? Эмоции в отношении микробов, конечно, более тусклы, с ними мы встречаемся только «под большим увеличением».
На мой взгляд, нет ничего зазорного в том, чтобы лечиться лекарствами, приготовленными из колорадского жука, таракана, божьей коровки или постельного клопа, если их не надо съедать в натуральном виде. Чем они хуже шпанской мушки, речной губки бадяги или оленьих пантов? Кстати, настойку из тараканов как мочегонное лекарство применял С. П. Боткин, основатель крупнейшей русской терапевтической школы.
Кошениль — насекомое из подотряда кокцид, называемое еще кактусовой вошью. Живет она на кактусах типа опунций, главным образом в Мексике, разводят ее также на Канарских островах и острове Ява. Из нее добывают натуральную краску кармин — килограмм из 175 млн женских особей. До XIX в., когда появились анилиновые красители, кошениль культивировали очень широко. Теперь натуральную карминовую краску применяют только в пищевой и парфюмерной промышленности, а также в гистологии.
Свое название кошениль получила, видимо, по наследству от красной краски, изготовляемой из другого насекомого — дубового червеца, паразитирующего на средиземноморском дубе, который так и называли кошенильным дубом — Quercus coccinea. Греки полагали, что кошениль — это болезненные наросты на дубе.
Под названием «кермез» кошениль упоминается в «Фармакогнозии» Бируни. В народной медицине ее применяли при коклюше. В Большой медицинской энциклопедии, выпущенной в 30-е годы, также есть упоминание о применении кошенили при коклюше: по 0,1 г на прием несколько раз в день.
Гомеопатический препарат из кошенили называется коккус какти, он введен в фармакопею после испытания Австрийским гомеопатическим обществом, члены которого испытали и переиспытали многие лекарственные вещества, применяемые в гомеопатии. Коккус какти особенно успешно применяют при заболеваниях органов дыхания и почек. Характерный симптом для его назначения — кашель до рвот с трудно отделяемой слизью и ощущением постоянной помехи в горле. При заболевании почек и мочевого пузыря — мутная моча с солями мочевой и щавелевой кислот в осадке.
Для повышения профессионального мастерства врачу-гомеопату полезно самому иметь большую семью, поскольку в условиях клиники, где больного можно наблюдать ежедневно, гомеопатический метод пока применяется мало. Болезни близких дают врачу печальную возможность видеть достаточно широкий диапазон заболеваний в непосредственной близости и создают мощный стимул к их преодолению. Успехи лечения оставляют приятные следы в памяти, а неудачи заставляют интенсивно искать необходимое лекарство. Именно так был введен в мою практику коккус, когда я никак не могла справиться с примитивным, казалось бы, катаральным воспалением дыхательных путей у одного из своих детей. Практическое знакомство с результатами действия лекарства помогло мне быстрее «освоить» этот препарат.
У А. П. Чехова были собаки по кличке Бром и Хина, в нашем семействе для таких «крестин» используются названия гомеопатических лекарств. У нас были собаки под кличкой Ная, Буфо, Этуза, Рус, Арсен, Апис, кошки назывались Цина, Дрозера. Кок-кусом был жесткошерстный фокстерьер, пес с очень своеобразным характером. Не совсем правильное воспитание превратило его в домашнего тирана с собственными взглядами на все происходящие в доме события, причем эти взгляды большей частью расходились с нашими. Для моей семьи и близких знакомых ассоциация названия лекарства со спесивой, неуправляемой собакой также могла способствовать быстрейшему выздоровлению, так как всегда вызывала веселый смех, а смех, как известно, — тоже целебное средство. Т. Сиденхэм, английский врач, один из основоположников клинической медицины, писал: «Прибытие паяца в город значит для здоровья жителей больше, чем десятки мулов, нагруженных лекарствами».