Трагедия 22 июня: блицкриг или измена? - Мартиросян Арсен Беникович (читать книги онлайн бесплатно серию книг txt) 📗
Между тем тщательное наблюдение за «полетом творческой мысли» генералитета страны наиболее вероятного противника является одной из приоритетных задач не только военной разведки, но и аналитических подразделений Генштаба любого государства, тем более крупного.
Впрочем, бог с ними, с книгами-то, хотя, конечно, они очень важны. Куда резонней сослаться на то, что с 1 сентября 1939 г. все воочию наблюдали, как идеи блицкрига «на деле», то есть огнем и мечом, воплощались в жизнь — ведь тогда началась Вторая мировая война.
…Во многих исследованиях нередко приводится такое признание Жукова, сделанное маршалом уже в послевоенное время: «Самым крупным пробелом в нашей военно-политической стратегии было то, что мы не сделали надлежащие выводы из начального периода Второй мировой войны» [11].
Честно говоря, трудно noнять, что имел в виду маршал. Трудно потому, что он nonpocmy солгал, о чем свидетельствует содержание его же доклада на декабрьском 1940 г. совещании высшего командного состава РККА и исключительно в речи наркома обороны С. К. Тимошенко на том же совещании. Зато естественен mym же возникающий вопрос: а кто, собственно говоря, мешал-mo своевременно ликвидировать этот «самый крупный пробел», если, конечно, он был? Неужели Слалин?! Да нет, факты упрямо свидетельствуют совершенно об ином. Удивительно, но ведь и нарком обороны маршал С. К. Тимошенко на декабрьском 1940 г. совещании высшего командного состава РККА во есеуслышонис заявил: «В смысле стратегического творчества опыт войны в Европе, пожалуй, не дает ничего нового»?! [12] Всего через полгода он такую новизну «в смысле стратегического творчества» узрит, что, едва ли не полностью потеряв управление войсками, начнет настойчиво проситься в отставку — это во время войны-то? — а впоследствии, аж да конца жизни, так и не рискнет написать свои мемуары.
![Трагедия 22 июня: блицкриг или измена? - img_7.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/7/8/5/8/1/178581/1383234315/img_7.jpg)
Первый Главнокомандующий советских войск в годы Великой Отечественной войны маршал Советского Союза С. К. Тимошенко. Именно под его командованием, несмотря на беспрецедентные доблесть и героизм простых солдат и офицеров, наши войска потерпели сокрушительное поражение в дебюте войны. Маршал «ничего нового в стратегическом опыте вермахта» в упор не видел и не желал видеть.., зато как рвался в отставку!..
…В книге Г. А. Куманева «Рядом со Сталиным» со ссылкой на дневниковые записи и воспоминания управделами СНК СССР Я. Б. Чадаева приводится поразительный телефонный диалог между Сталиным и Тимошенко:
— Я вижу, Вы недовольны мной, — слышался густой бас Тимошенко.
— А я вижу, Вы слишком раздражены и теряете власть над собой.
— Раз я плохой в Ваших глозах, прошу отставку.
Сталин отставил om yxa трубку и сказал про себя:
— Этот чepm орет во всю грудь, и ему в голову не приходит, что он буквально оглушил меня.
— Что? Отставку просите? Имейтес в виду, у нас отставок не просят, а мы их сами даем…
— Если Вы находите, дайте сами.
— Дадим, когда нужно, а сейчас советую не проявлять нервозности — это презренный вид малодушия» [13].
И это говорил в недавнем прошлом нарком обороны?! Да к тому же первый Главнокомандующий Вооруженными силами СССР в Великой Отечественной войне?! До создания ГКО и Ставки Верховного главнокомандования во главе со Сталиным именно Тимошенко выполнял зти функции! В первые же часы агрессии попытался оправдаться внезапностью — это документально доказывается, а чуть позже уже нарывается на отставку?! А воевать-то кто будет?! Ну и как, по-Вашему, прав или не прав был Сталин?!
Ну а как прикажете понимать процитированные выше поcлевоенное «признание» Жукова, если тогда, в 194I г., вновь назначенному начальнику Генерального штаба генералу армии Жукову заботливое ГРУ представило подробнейший доклад «О франко-германской войне 1939 — 1940 гг.», в котором детально анилизировались причины молниеносного разгрома англо-франиузских войск германским вермахтом, а будущий маршал накатал буквально чеховскую резолюци:. «Мне это не нужно»?! [14].
А потом — стенания — «мы не сделали надлежащих выводов…»», «самый крупный пробел в нашей стратегии…»?! А как этому «пробелу», да еще и самому крупному, с его же слов, не образоваться, коли нарком обороны и начальник Генштаба занимают солидарную, абсолютно идентичную позицию в важнейшем вопросе об изучении опыта стратегического творчества главного противника?! Как было не образоваться этому «пробелу», если даже доклад для совещания за него, генерала Жукова, писал полковник И.X. Баграмян (впоследствии маршал Советского Союза)?! [15] Как можно было ликвидировать этот «пробел», если сам нарком обороны в своей заключительной речи на упомянутом выше декабрьском 1940 г. совещании высшего комсостава РККА ясно и четко показал (точнее — прочитал), что он точно знает, с чем придется столкнутся при нападении Германии, но ничего адекватного этому заявленному знанию не предпринял?!
Kcmаmu, было бы весьма интересно знать, кого же Жуков имел в виду, произнося «мы», «нашей» и т. д, если даже его блистательную операцию по разгрому японских войск на Халхин-Голе сами же японцы тогда же оценили всего лишь как факт получения ими «аттестата о среднем образовании»?!
Мало кому известно, чтона состоявшемся 1О августа 1940 г. совещании высшего командования Вооруженными силами Японии начальник Морского штаба принц Фусима в присутствии императора Хирохито и под громовой xoxom всех npucymcmвoвaвших на редкость остро саркастически «отделал» начальника японской разведки за призывы п агрессии npomuв СССР следующими словами «Мы получили начальное образование ни Хасане, среднее на Халхин-Голе, как люди азиатские с получением высшего можем подождать…» [16]
Небезынтересно отметить, что начальник Морского штаба Японии принц Фусима фактически разделил мнение Сталина об этих же конфликтах, не зная, естественно, что Иосиф Виссарионович придерживается аналогичной позиции. На проходившем 14 — 17 апреля 1940 г. в ЦК ВКП(б) совещании начсостава РККА по обобщению опыта боевых действий в Войне против Финляндии Сталин выступил 17 апреля (на седьмом, вечернем заседании) с большой аналитической речью по этому вопросу, в которой, в частности, отметил, что «мелкие эпизоды в Маньчжурии, у оз Хасан или в Монголии (т. е. боевые действия на Холкин-Голе.— А. М.) — это чепуха, это не война, это отдельные эпизоды на пятачке, строго ограниченном» [17] . То есть Сталин не считал те события чем-то особенным, тем более в военном смысле. И это действительно было именно так, потому что хотя пушки грохотали весьма серьезно, особенно на Халкин-Голе, тем не менее все-таки это были вооруженные стычки, конфликты сугубо местного, локального характера, а не настоящая война.
Но если командование Вооруженными силами, а вслед за ним и высшее руководство Японии в конечном итоге решили удовольствоваться «аттестатом а среднем образовании» — чему, к славу сказать, очень поспособствовало личное распоряжение Иосифа Виссарионовича о проявлении максимального уважения к воинским традициям японской армии, особенно к ритуалам погребения павших за императора (тем самым создавалось предпосылки для исключения Японии как фактора в планах Запада и Гитлера для двухфронтового нападения на СССР в будущем), то Сталин, ясно видевший, сколь откровенно Запад толкает Гитлера к нападению на Советский Союз, не мог позволить себе такой роскоши, сиречь довольствоваться таким же «аттестатом о среднем образовании» РККА
11
Россия, ХХ век. Документы. 1941г.: В 2х кн. М., 1998. Кн. 2. С. 505.
12
Русский архив, т. 12. Великая Отечественная. Накануне войны. М., 1993. С 339.
13
Куманев Г. А. Рядом со Сталиным. М., 1999. Цит. по; Мухин Ю. Убийство Сталина и Берии. М., 2002. С. 192.
14
Военно-исторический архив. 1998 № 3 С. 250 — 280
15
По данному вопросу см. Баграмян И. Х. Так начиналась война. Киев, 1977.
16
Суворов В. Ледокол-2. Минск, 2002. С. 143.
17
Сталин так прямо и заявил далее: «Япония боялась развязать войну, мы тоже этого не хотели и некоторая проба сил на пятачке показала, что Япония провалилась». Цит. по стенограмме, хранящейся в Российском центре хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ) и опубликованной в сборнике документов В. M. Сойма «Запрещенный Сталин» (M., 2005. С. 373).