Броненосный крейсер «Адмирал Нахимов» - Сулига С. В. (полная версия книги .TXT) 📗
Запас угля— 1100 т нормальный и 1200 т полный — позволял крейсеру на скорости 10 узлов пройти 4400 миль. Основной запас хранился в ямах, расположенных под жилой палубой между продольными переборками, откуда уголь легко подавался к котлам. Имелись еще угольные ямы над поясом, которые к тому же обеспечивали защиту борта от снарядов.
![Броненосный крейсер «Адмирал Нахимов» - pic_8.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/8/9/2/4/6/189246/1389462476/pic_8.jpg)
Редкий (возможно, единственный) снимок «Адмирала Нахимова» с поставленными парусами.
Калибр, мм/длина ствола, | Образец | Вес орудия, т/ установки*, т/ снаряда/заряда**, кг | Начальная скорость, м/с | Дальность стрельбы, каб.(угол) | Скорострельность, выстр./мин. |
2C3/30 | 1877 | 13,0/21,2/87,7/32,7 | 599 | 35,0 (12) | 0,4 |
203/35 | 1884 | 13,7/21,4/87,7/52,2 | 664 | 50,0 (15) | 0.4 |
152/28 | 1877 | 4,2/8,4/41,5/13,5 | 543 | 35,0 (12) | 0.4 |
152/35 | 1884 | 6,4/11,3/41,4/22,9 | 645 | 43,0 (15) | 1-3 |
86,9/24 | 1877 | 0,36/1,24/6,9/1,4 | 442 | 18,0 (10) | 1,3 |
63,5/19 | 1877 | 0,11/0,36/2,6/0,4 | 372 | 10,0 (19) | 5 |
47/25 | 1884 | 0,57/1,15/1,1/0,08 | 450 | 10,0 (10) | 43*** |
47/43 | 1896 | 0,23/0,49/1,5/0,4 | 701 | 25,0 (10) | 19 |
37/23 | 1879 | 0,27/0,32/0,5/0,069 | 442 | 10,0 (6,6) | 32*** |
37/23 | 1896 | 0,13/0,17/0,5/0,035 | 442 | 15,0 (11) | 20 |
* орудие со станком;
** орудия системы 1877 г. имели заряд из дымного черного пороха, системы 1884 г. и 37-мм пятистволки — из дымного бурого, а более новые и 47-мм пятистволки — из бездымного;
*** пятиствольные орудия.
Вооружение
По проекту артиллерия крейсера состояла из четырех 229-мм, десяти 152-мм и четырех 87-мм (4-фунтовых) орудий, но достроили его с восемью 203-мм 35-калиберными, десятью 152-мм 35-калибернымиг четырьмя 87-мм 24-калиберными, двумя 63,5-мм десантными пушками Барановского (все Обуховского завода) и десятью пятиствольными револьверными скорострелками Тульского оружейного завода. Минное вооружение включало три 381-мм надводных торпедных аппарата (кормовой и два бортовых) на жилой палубе, 40 сфероконических мин заграждения в минном погребе под карапасной палубой в носу, два минных и два паровых катера, вооруженных торпедными аппаратами, метательными и шестовыми минами. К нему же относились и два боевых прожектора, установленных на крыльях ходового мостика.
203-мм орудия имели поршневые затворы и станки Вавассера с гидравлическим компрессором отката. Накат орудия после выстрела осуществлялся по наклонным салазкам за счет собственного веса. В походном положении орудия со станками откатывались по раме назад и вверх, так что из амбразур стволы выглядывали всего на метр-полтора. Приводы поворота башен и подача боезапаса — ручные. К бортовым установкам боезапас на тележках подавали по продольному коридору на нижней палубе под защитой пояса. Батарейные 152-мм орудия с поршневыми затворами стояли на станках системы штабс-капитана Дуброва с бортовым штыром, относительно которого осуществлялась горизонтальная наводка. В походном положении они также откатывались по раме от борта и разворачивались вдоль него, полностью скрываясь за орудийными портами. Перевод орудия из боевого положения в походное занимал 5 минут, обратно — несколько меньше. Боезапас подавали вручную: на нижнюю палубу через специальные колодцы внутри цитадели, далее — через сходные люки. Стреляли 203-мм и 152-мм пушки дымным порохом, и корабль после каждого залпа заволакивало густыми клубами дыма, мешая наблюдать за падением снарядов и вести частую стрельбу. Тем не менее они значительно превосходили предыдущие русские орудия аналогичного калибра по баллистическим характеристикам, и принятие их на вооружение было большим шагом вперед. Орудия 203/35 в русском флоте несли еще крейсера «Память Азова» (2 установки), «Рюрик» (4) и канонерские лодки типа «Кореец» (по 2), а орудия 152/35 — броненосцы типа «Екатерина II» (по 7), «Император Николай I», «Император Александр II», «Наварин» (по 8), «Двенадцать Апостолов» (4), крейсера «Память Азова» (13) и «Адмирал Корнилов» (10), канлодки типов «Кореец» и «Отважный» (по 1).
Во время ремонта 1898–1899 годов, когда на крейсер поставили новые котлы и сняли парусный рангоут, легкие пушки заменили на скорострельные одноствольные орудия Гочкиса образца 1896 года: двенадцать 47-мм 43-капибер-ных и шесть 37-мм 23-калиберных (на надстройках, верхней палубе, кормовом балконе). На марсах установили по два трехлинейных пулемета. Оставили и две десантные пушки, которые могли стоять на корабельном или колесном лафете и обычно хранились в разобранном виде. Число боевых прожекторов довели до пяти: на специальных площадках на мачтах и крыльях ходового мостика и на крыше средней рубки.
Парусная оснастка
Из-за наличия концевых барбетов, орудия которых должны были иметь возможность стрелять прямо в нос или корму, пришлось отказаться от традиционной трехмачтовой «фрегатской» оснастки — третья мачта просто не умещалась. Поэтому решили, как и на прототипе, поставить оснастку брига с общей площадью парусов 3000 кв. м; затем ее уменьшили до 2000 кв.м. По сравнению с предыдущими русскими крейсерами рангоут и такелаж «осовременили», выполнив мачты диаметром 890 мм из стали (изготовитель — Франко-русский завод в Петербурге), такелаж — из стального троса (Кронштадтский пароходный завод) и заменив юферсы винтовыми талрепами. При ветре 3–4 балла в галфвинд скорость под парусами из-за сопротивления двух гребных винтов не достигала и 4 узлов, а при плавании экономическим ходом 9 —11 узлов, когда в действии находилось 5–6 котлов из 12, паруса при попутном ветре прибавляли всего узел скорости. Очень хлопотным маневром был поворот оверштаг, и большой удачей считался такой поворот «с не особенно большим задним ходом». В целом, как и на «Имперьюз», паруса оказались в большей степени помехой, чем полезным дополнением к паровым машинам.
Парусное вооружение «Адмирала Нахимова» доставило немало беспокойства и высшим чинам Морского ведомства, которые долго не могли решить, как классифицировать новый корабль. Сначала в официальной переписке его называли «фрегатом», как и всех его предшественников — от «Князя Пожарского» до «Дмитрия Донского». Но, осознав нелепость сочетания «фрегатских» размеров и вооружения с оснасткой брига, остановились на вполне современном термине «броненосный крейсер», опередив официальное появление этого класса в русском флоте на целых 20 лет.
Хорошее представление о «пользе» парусов на броненосном корабле дает рапорт командира «Имперьюз»: «Корабль делает поворот оверштаг с левого галса за 12 минут, в затем еще 16 минут требуется, чтобы сдвинуть его с места на новом галсе…
Тщательно учтя экономию угля при использовании парусов, вес рангоута, его сопротивление движению корабля под парами против ветра, трудности в управлении рулем при остановленной машине и, следовательно, опасность столкновения с соседними в строю кораблями, необходимость всегда держать пар в котлах, я решительно считаю, что сохранение мачт и парусов на этом корабле крайне нежелательно. Я полагаю, что они дают минимум пользы при максимуме вреда».
Этот рапорт привел к снятию рангоута на «Имперьюз» и «Уорспайт» и положил конец всяким спорам в английском флоте относительно сохранения парусов на боевых кораблях. Русские же кораблестроители оставили парусный рангоут не только на «Адмирале Нахимове», но и на последующих «Памяти Азова» и «Рюрике». По три мачты для постановки в помощь машине косых парусов предусматривались и на последних, построенных перед русско-японской войной «океанских» броненосных крейсерах «Россия» и «Громобой». Затем, конечно, ненужный рангоут снимали, сокращая заодно и число мачт, но сколь-нибудь значительно улучшить боевые качества, которые при проектировании приносились в жертву парусному вооружению, не удавалось.