Загадки казацких характерников - Каляндрук Тарас (читать полностью книгу без регистрации .TXT) 📗
Относительно тренировок, то на Сечи такие испытания имеют давние корни и они были значительно сложнее. Черноморцы, называли казака, способного заарканить молодого необъезженного коня (неука), выудить его из табуна и обуздать его под седло, "комонником" (250, 121). Сам же термин "комонник" является очень давним и свидетельствует, что казацкое искусство верховой езды уходит своими корнями еще во времена Киевской Руси, то есть именно тогда, когда фурусия и казаки-мамлюки появились в Египте.
В книге «Тайны боевых искусств Украины» (137) я осветил основные моменты боевой выучки запорожцев, поэтому добавлю только некоторые факты. Особое внимание казаки уделяли выездке лошадей, обучению их в бою не бояться криков и выстрелов, умению выполнять различные команды. Была и специфическая казацкая терминология; например, вольтижировка: «винтование», джигитовка, гарцевание и др. Современники вспоминали, что казаки по несколько раз переплывали туда и обратно Днепр «чтобы кони умели хорошо плавать» (355, 56).
Настоящий казак в бою должен был свободно орудовать двумя саблями на коне, который в разгаре боя мчался, неистово бросаясь в разные стороны. О таком обучение рассказал потомок запорожских казаков Василий Ирклиевский: «…тянется живая изгородь длиной три-четыре километра, с разгонной дорожкой, примерно два-три метра в ширину. По этой дорожке пускают, как правило, дикого коня, голого, без уздечки и седла. За живой изгородью прячутся старшины с кнутами, казака-ученика посадят где-то в конце живой изгороди тоже, чтобы видно не было. Конь вовсю скачет; старшины исподтишка подстегивают кнутами, что придает коню еще больше духа. Казак-ученик, когда конь приближается к нему, должен выскочить из своей засады, ухватиться за гриву коня и взлететь на него
Если сделать так три раза, он считается «саблистом». Конечно, это было тяжело в учении, но — легко в жизни. У «саблиста» было больше шансов выскочить с «незамоченными ногами» из бойни-резни-сечи. На бойню-сечь они ехали, как на свадьбу… Кто не смог выполнить упражнение «саблиста», того зачисляли в обычные всадники.
Если же казак никак не мог стать всадником, конечно таких было мало, его зачисляли в «меченосцы». Упражнения «меченосца» были не такими уже и тяжелыми, в сравнении со всадниками, не говоря уже о «саблистах», но «меченосец» имел мало шансов пережить будь какую бойню. Слабых, убогих, никаких и т. п. зачисляли на хозяйственные работы: пасти коней, скот, заготавливать продукты, дрова, ловить и сушить рыбу, на кухню и вообще по хозяйству» (131, 24–25).
Особенностью техники казацкого фехтования также было применение во время боя элементов перебрасывания сабли из одной руки в другую и наоборот. Поэтому, в отличие от турков или московинов, не получил распространения у украинских казаков темляк — ременная петля на эфесе сабли, которую надевали на руку (скажем. у донцов казаку в 17 лет давали саблю без темляка, а темляк торжественно вручался только в 21 год, после после получения казаком определенного статуса; в Московии существовали специальные наградные орденские темляки). Пренебрежительное запорожское название темляка — «дармовис» [7] — достаточно красноречиво.
Находясь в гостях у первого почетного гетмана Украинского казацтва Владимира Саввовича Мулявы, я услышал интересный случай. Его родное село Жовнино Полтавской области находится там, где Сулла вливается в Днепр, и издавна принадлежало к так называемым казацким силам. Казаки, которые жили в селе во время освободительной борьбы в начале ХХ в. активно боролись против красных орд с Востока. После захвата большевиками Украины, казаки не смирились и продолжали партизанить в Днепровских плавнях, в которые красные оккупанты боялись соваться аж до начала Второй мировой войны. Из своего детства он припоминает рассказ матери Татьяны Бородай, которая однажды была свидетелем интересного поединка. Было это где-то в начале 30-х гг. ХХ ст. Один из казаков из известного в селе рода Василенков, который возвращался из села в плавни, был атакован группой всадников-красноармейцев. Казак шел пешком, был невооружен, поэтому красноармейцы не стали стрелять, а послали одного из своих, чтобы тот шашкой «изрубил врага народа». Трижды на полном скаку красноармеец пробовал на полном скаку рубануть казака, но ни разу ему не удалось это сделать. Казак, наотмашь ладонью, отбивал лезвие шашки и бежал дальше. С последним замахом казак смог не только отбить удар, но и выбить шашку из рук красноармейца и, пока тот снимал винтовку, исчез в плавнях. Возможно, красноармеец хорошо и не владел клинком, но сам факт отбития оружия голыми руками свидетельствует о высоком уровне мастерства потомков запорожцев. Недаром летописец, описывая украинских казаков, указывает: «…Имеют оружие: самопалы, сабли, обухи и пики, и к ним такие мастерские, что наилучший польский гусар и немецкий рейтер приравнен к ним быть не может» (277, 7).
![Загадки казацких характерников - i_038.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/9/5/0/9/1/595091/1509037770/i_038.jpg)
Казачья отмашка. Рисунок В. Цымбала.
![Загадки казацких характерников - i_039.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/9/5/0/9/1/595091/1509037770/i_039.jpg)
Уклонение от аркана. Рисунок А. Шоломия.
Запорожские казаки часто упражнялись в переплывании реки против течения. Именно поэтому отличились на Сечи сыновья Тараса Бульбы, что переплыли Днепр против течения. В сечовой школе большое значение придавали физическим нагрузкам, различным упражнениям и играм, о чем есть много воспоминаний современников (137, 187–193). Зимой тренировались в охоте на лыжах. Ведь лыжи в Украине были известны издавна, о чем еще в XIII в. вспоминали иностранные путешественники (107, 62).
Тренируясь, казаки бились наполненными сеном мешками, стоя или сидя на бревне. Чтобы «поставить» удар, саблей рубили лозу. Воспоминания о рубке лозы даже сохранились в старинных украинских заговорах при ранении для остановки крови: «Шли лекарства через три реки и лозу рубили и розу сажали, и роза не принялась и кровь унялась…» (318, 36). Для проверки правильности удара существовало и такое упражнение: казак должен был срубить лозу или шест так, чтобы шапка, насаженная на них, снова висела там. Практиковалось и фехтование с завязанными глазами: надо было сделать определенное количество шагов и разрубить саблей глиняную кружку, насажденную на шест. Особенное внимание уделялось ориентированию в темноте — ночью и в сумерках. Об этом красноречиво свидетельствуют народные игры, которые позволяют развивать т. н. «шестое чувство», подтверждают воспоминания бывшего запорожца Никиты Коржа, который вспоминал, что на Сечи казаком не считался тот, кто не умел хорошо ориентироваться ночью (300, 255). Особыми секретами тренировок в условиях ночи владели казацкие пластуны. Ведь ночью человек не только имеет ограниченное восприятие реальности, но и должен одолеть сон. Над решением этой проблемы трудятся научные институты многих стран мира, изобретают препараты, которые позволяли воину быть активным ночью. У казаков были свои секреты психофизического тренинга, большую роль в которых играла Луна [8]. «Луна — казацкое солнце», «Для чего у Бога день, как у казака Луна» — эти старинные украинские поговорки подтверждают культ ночного светила у сечевых казаков. С Луной связан и образ святого Юрия, покровителя казачества. По старинной казацкой легенде св. Юрий отсек голову огнедышащему дракону, который хотел поселиться на Луне и забрать у людей лунный свет. Сабля эта была освящена Святым Духом (150, 24). Наш народ издревле уважал ночное светило. Ясная Луна упоминается в древних колядках, сказках, легендах, заговорах, даже знаменитые вареники (символ Украины в мире) — старинная обрядовая еда в честь Луны — своей формой напоминает молодую Луну. Когда Луна имеет полную форму, крестьяне становятся к ней лицом, кланяются и молятся, прося Бога о счастье и здоровье. Владимир Гнатюк записал старинную поговорку, которая бытовала среди украинцев еще в конце XIX в.: «Луна наш божок, а кто же нам будет божеством, если ее не станет?» (65, 146–147).