Страшный суд начался (Второе пришествие богов…) - Дэникен Эрих фон (читать книги без регистрации полные .TXT) 📗
Прошу прощения, досточтимые господа! Но ведь это же доказанный факт, что шахта именно ведет в камеру царицы, точнее — уходит из нее вверх. Кто из здравомыслящих станет отрицать это? Ни в одной нормальной голове, кроме разве что перегруженных научными познаниями, не могла родиться абсурдная идея о том, чтобы доставлять в камеру царицы сокровища или тем более саркофаг через коридор сечением 20 х 20 см. За таинственной дверью шахты Гантенбринка вполне может (но не обязательно) находиться еще одна камера, точно так же имеющая какой-то другой вход, как и камера царицы. В зависимости от точки зрения и положения наблюдателя будет справедливо сказать, что шахта Гантенбринка ведет и из камеры царицы и в камеру царицы. И, независимо от этого, существует другой, отдельный вход, через который можно попасть в камеру царицы. Итак, за дверью, перекрывающей шахту Гантенбринка, может скрываться особая камера, вход в которую перекрыт каменным блоком или наглухо замурован. Прошу прощения за напоминание, но обе шахты, ведущие из камеры царицы (южная из них и есть шахта Гантенбринка), были точно так же замурованы вплоть до конца XIX в. И, если бы мистер Диксон не нанес свой эпохальный удар киркой, мы и сегодня не подозревали бы о существовании обеих шахт и никакой робот не смог бы отправиться на экскурсию в шахту Гантенбринка.
Рассмотрим другой вариант. Если бы робот проник в шахту Гантенбринка откуда-нибудь сверху, ему точно так же пришлось бы остановиться перед камерой царицы, как сегодня, когда он пытался выбраться из нее снизу. И все высокоумные ученые тотчас решили бы: все, дальше пути нет, ибо там нет ничего. За преградой просто ничего не может быть. И никто не взял бы на себя труд попытаться просверлить блокирующий камень или хотя бы растворить его кислотой. Это не наука? Простите, но где же любопытство, где жажда исследований, когда нам априори и категорически заявляют, что за дверью шахты Гантенбринка ничего нет? И всякий, кто придерживается иной точки зрения, будет тотчас объявлен мечтателем и фантастом, которого не стоит принимать всерьез.
В самом конце шахты Гантенбринка робот зафиксировал два металлических крепления, расположенных прямо на двери. То, что речь идет о металле, не вызывает никаких сомнений, ибо одно из них, слава богу, сломано и лежит перед дверью на полу. Поскольку во времена Хеопса человеку была известна в лучшем случае медь, можно с высокой степенью вероятности утверждать, что перед нами — медные крепления.
![Страшный суд начался<br />(Второе пришествие богов…) - i_033.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/6/2/1/8/5/8/621858/1534135555/i_033.jpg)
В каких-нибудь двух метрах перед дверью лежал сломанный металлический предмет (компьютерная анимация).
Однако и гипотеза, что это медь, лопается как мыльный пузырь. Но уважаемый профессор Шадельманн и его доблестные сподвижники на ниве археологии и тут нашли вполне «естественное» и «разумное» решение. В беседе с радио- и тележурналистом Торстеном Зассе профессор заявил:
«Для чего он (медный обломок. — Э. ф. Д.) мог служить? Мы с самого начала предположили, что речь идет о накладных элементах. Судя по толщине, я бы даже сказал, что это скорее всего — иероглифы. А если это иероглифы, они, естественно, имеют некое символическое содержание. Мы должны попытаться выяснить, что же они означают. И здесь сразу же вспоминается цветок лотоса. Цветок лотоса — это символ юга, вполне возможно — южной оконечности горизонта. Или, не исключено, это древнеегипетский знак шуут, своего рода солнечный зонтик, который непременно держали над фараоном, когда тот принимал участие в праздничных процессиях. Вполне естественно предположить, что солнечный зонтик мог служить графическим знаком души фараона, когда он возносится на небеса».
Благое небо! Великая пирамида — это уникальный анонимный объект. Не только бригада строителей и архитекторов, но и руководители работ, надсмотрщики, жрецы и даже сам фараон сочли себя недостойными увековечить свои имена на ее стенах. Не сохранилось ни единой надписи, рассказывающей о работах и запечатлевшей имена. Никто из создателей пирамиды не оставил ни единого слова, ни знака, способного дать ответ о строительстве пирамиды. В самой пирамиде не сохранилось ни единого иероглифа. На стенах нигде не найдено никаких надписей, которыми так изобилуют стены и своды прочих усыпальниц Древнего Египта. Хеопс, которому обычно приписывается возведение Великой пирамиды, по всей видимости, был суровым деспотом, которому пришло в голову увековечить память о себе в этой величайшей постройке на свете. Однако он и его приближенные почему-то забыли начертать на стенах пирамиды восхваления в честь ее инициатора. Не существует одного-единственного знака, увековечившего имя фараона Хеопса; более того, не сохранилось никаких упоминаний о героических деяниях этого фараона. Нет панегириков в честь богов и богинь, отсутствуют обычные восхваления предков, а на сводах не начертаны привычные молитвословия. Все стены, коридоры и камеры в пирамиде Хеопса облицованы гладко отполированным камнем и даже в древности на них не было начертано никаких тайных иероглифов. Короче, анонимность, доведенная до совершенства.
Однако стоп! Оказывается, в конце шахты Гантенбринка можно видеть иероглиф «шуут», позволяющий фараону со своим солнечным зонтиком отправиться в дальний путь в страну предков и не получить при этом солнечного удара. Что ж, возможно, кому-то эта версия и нравится. Кому-то — только не мне.
В нижнем правом углу дверцы, перекрывающей шахту Гантенбринка, недостает крохотного треугольника. Там зоркий глаз камеры робота заметил небольшую бороздку черной пыли. Профессор Штадельманн видит в этом «остатки металлической облицовки двери».
Если следовать версии авторитетных специалистов, согласно которой шахта Гантенбринка представляет собой всего лишь «игрушечный коридор», который к тому же перегорожен блокирующим камнем, то получается, что в этой шахте просто не могло быть ни малейшего ветерка, ибо там, словно в запечатанной гробнице, царил полнейший покой. Из двух металлических крепежных элементов на двери левый более чем наполовину сломан. Что же касается кучки черной пыли, то она, наоборот, находится в правом углу. Быть может, здесь потрудились духи пыли? Если же оба металлических крепления за долгие тысячелетия одновременно подверглись ржавчине и осыпались пылью, то пыль должна бы лежать прямо под ними, у нижней кромки двери. Однако ничего подобного мы не видим. Вероятно, из обломленного правого уголка тянет легкий сквозняк. Но даже самый слабый сквозняк — это свидетельство того, что шахта Гантенбринка имеет продолжение. Либо за загадочной камерой находится камера, в которую ведет какой-то пока неизвестный вход. К тому же пятимиллиметровый луч лазера робота «УПУАУТ» проник под нижнюю кромку двери. Получается, что дверца, блокирующий монолит или камень не слишком плотно прилегают к полу. Разве это не наводит на размышления? По всей видимости — нет, поскольку египтологи едины во мнении, что это — «игрушечный коридор». Поэтому необходимы дальнейшие тщательные исследования.
В письме от 5 августа 1993 г., адресованном в газету «Frankfurter Allgemeine Zeitung», директор Египетского музея Берлина Дитрих Вильдунг писал:
«У египтологов есть все основания быть благодарными знатоку техники (Рудольфу Гантенбринку — Э. ф. Д.). Однако последний не смог устоять перед соблазном публичной шумихи и сенсационных слухов и, ничего не подозревая, позволил увлечь себя в болото мистицизма пирамид и сокровищ мумий. Вскоре в фокусе внимания публики появился Эрих фон Дэникен, который тотчас счел черную пыль у нижней кромки каменной плиты недвусмысленным свидетельством того, что за ней находится мумия фараона Хеопса. А там, где покоится мумия царя, где-то поблизости должны находиться и несметные сокровища, еще со времен Геродота будоражащие воображение окружающих. Итак, автоматика тривиальной археологии набирает обороты, и скептически настроенных специалистов провозглашают отсталыми ретроградами, которые никак не желают расстаться с закосневшим балластом традиционалистских взглядов».