Кто поставил Горбачева? - Островский Александр Владимирович (книги бесплатно полные версии .txt) 📗
После издания книги американского разведчика Питера Швейцера «Победа» [16] отрицать влияние внешнего фактора на развал Советского Союза могут только невежественные или же недобросовестные люди. Но если мы хотим понять, как действительно развивались события и каким образом М.С. Горбачев оказался у власти, необходимо оперировать не домыслами, а реальными, доступными проверке фактами.
Часть первая
От Сталина к Андропову
Глава 1
У истоков перестройки
Плоды советского термидора
Когда в конце XV века Москва освободилась от татаро-монгольского ига и провозгласила себя «Третьим Римом», у многих это могло вызвать лишь улыбку. Но прошло два-три столетия, и на глазах удивленной Европы Московская Русь превратилась в Российскую империю. В XVIII в. русские солдаты маршировали по улицам Берлина, в начале XIX дошли до Парижа.
А пока русская знать почивала на лаврах, в Англии начался промышленный переворот, сделавший необратимым переход человечества от аграрной экономики к индустриальной [17]. В результате произошло разделение всех стран на индустриальные («мастерские мира») и аграрные («мировая деревня»), развернулась борьба между «мастерскими мира» за раздел аграрной периферии, за мировое господство.
Общее представление о некоторых итогах этой борьбы дает таблица 1.
Из приведенных данных явствует, что в середине XIX века «мастерские мира» на 70 % жили за счет собственного производства, а «мировая деревня» теряла около 15 % производимого ею национального дохода, причем первые превосходили вторую по уровню жизни не более чем в два раза.
К середине XX в. «мировая деревня» теряла уже 75 % своего национального дохода, и «мастерские мира» жили главным образом за счет этого источника, в результате чего их уровень жизни превзошел уровень стран, отставших в своем развитии, более чем в 10 раз.
Таблица 1. «Мастерские мира» и «мировая деревня» во второй половине XIX – первой половине XX в.
![Кто поставил Горбачева? - i_001.png](http://litmir.cohttps://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/1/8/0/4/4/218044/1453451193/i_001.png)
Источник: Островский A.B. Октябрьская революция: случайность? Исторический зигзаг? Или закономерность?// Из глубины времен. Вып.2. СПб., 1993. С. 133. Приведенные данные характеризуют только те стран, которые в 1960 г. не входили в состав «мировой системы социализма».
Первоначально главным инструментом эксплуатации «мировой деревни» было внеэкономическое принуждение. Затем такую роль стали играть неэквивалентный обмен и займы.
Так, в 1978 г. западные монополии израсходовали для закупки сырья в странах «третьего мира» 30 млрд. дол., а реализовали его на мировом рынке за 200 млрд. [18]. В 1960 г. внешняя задолженность стран «третьего мира» по долгосрочным кредитам составляла 22 млрд. дол., в 1986 г. – 815 млрд. В 1960 г. обслуживание их внешнего долга требовало около млрд. дол. в год, в 1986 г. – 70 млрд. [19]
Оказавшись в XIX в. перед выбором: или войти в разряд индустриальных держав, или же перейти на положение полуколонии, а может быть, и колонии, Российская империя тоже встала на путь промышленного переворота, на путь индустриализации. Однако ее переход от аграрной экономики к индустриальной, от феодализма к капитализму, происходил настолько болезненно, что привел к революционному взрыву 1917 г. [20]
И хотя этот взрыв был предопределен внутренними причинами, понять его механизм и последствия невозможно без учета внешних факторов, прежде всего влияния германского и американского капитала, особенно это касается двух финансовых империй – Моргана и Рокфеллера [21].
Придя в 1917 г. к власти, большевики провозгласили начало мировой социалистической революции и создали штаб для ее руководства (Коммунистический Интернационал – Коминтерн), а когда эти расчеты не оправдались, в 1924 г. взяли курс на строительство социализма в одной стране.
Между тем условий для социализма в СССР не было [22].
Разгромив сторонников мировой революции (троцкистско-зиновьевскую оппозицию), возглавляемая И. В. Сталиным партия большевиков вынуждена была взять на себя решение той задачи, которую не смогла решить российская буржуазия – осуществление индустриализации.
Первоначально эту задачу пытались решить на путях провозглашенного в 1921 г. нэпа, т. е. в условиях многоукладной рыночной экономии. Однако уже в 1928 гг. стало ясно, что свободный обмен между городом и деревней не позволяет форсировать процесс накопления, форсировать индустриализацию.
В борьбе с представителями правой оппозиции, главным идеологом которой был Н.И. Бухарин, в 1929 г. было принято решение отказаться от нэпа и перевести развитие деревни на рельсы коллективизации [23], в результате которой был создан механизм государственно-феодальной эксплуатации крестьянства [24].
Промышленный рывок советской стране удалось осуществить при поддержке определенной части американского капитала, принявшего участие во всех крупнейших стройках первой пятилетки [25]. Речь идет о продаже не только промышленного оборудования [26], но и промышленных технологий. В решении этой задачи принимали участие сотни американских фирм, а роль локомотива играли уже названые финансовые империи Моргана и Рокфеллера [27].
И хотя мы до сих пор не знаем, на каких условиях это делалось, обычно «лицензиаты уплачивают лицензиарам в среднем 5 % от цены продукции» [28].
Советская экономика включала в себя три вида собственности: государственную, корпоративную (колхозную, кооперативную, партийную, профсоюзную) и личную. С начала 30-х годов главную роль стала играть государственная собственность на средства производства.
Для распределения производимого национального дохода был использован созданный коллективизацией механизм неэквивалентного обмена между городом и деревней [29]. Как показывают исследования, с 1929 по 1953 г. закупочные цены на сельскохозяйственные продукты почти не изменились, цены на промышленные товары выросли в несколько раз [30].
В промышленности были введены регламентированные оптовые и розничные цены. Оптовые были предназначены для расчетов между государственными предприятиями, розничные – для населения. По оптовым ценам реализовались главным образом средства производства (группа А), по розничным – предметы потребления (группа Б). Цены на средства производства были искусственно занижены, цены на предметы потребления искусственно завышены.
Разница между розничной и оптовой ценой в качестве налога с оборота полностью поступала в бюджет. Разница между оптовой ценой и издержками производства составляла прибыль и частично оставалась в руках предприятий. Соотношение между налогом с оборота и прибылью составляло пропорцию примерно 1 к 3, т. е. 25 % приходилось на прибыль, 75 % – на налог с оборота [31].
Размер прямых и косвенных налогов с предприятий, перечислявшихся в казну, определяли специальные нормативы: а) для административных единиц (республик, краев, областей) и б) для предприятий. Примерно 75 % всех доходов поступало в союзный бюджет, около 25 % – в бюджеты союзных республик [32].
16
Швейцер П. Победа. Роль тайной стратегии администрации США в распаде Союза и социалистического лагеря. Минск, 1995.
17
Островский A.B. История цивилизаций. СПб., 2000. С. 200–219.
18
Волков М. Формы и методы современного неоколониализма // Международная жизнь. 1983. № 2. С. 24.
19
Солодовников С.Н. Проблемы внешней задолженности развивающихся
стран. М., 1986. С. 87.
20
Островский A.B. Октябрьская революция: случайность? исторический зигзаг? или закономерность? // Из глубины времен. 1993. № 2. С. 129–161.
21
Там же. С. 161–168. См. также: Дипломат в одеждах арестанта: из берлинских воспоминаний Карла Раде ка // Там же. Вып. 1. С. 84 – 139; Ашберг У. Между Западом и Россией. 1914–1924 гг. Из воспоминаний «красного банкира» // Там же. Вып. 2. С. 3 – 94; СаттонЭ. Уолл-стрит и большевистская революция. М., 1998; Земан3, Шарлау У. Кредит на революцию. План Парвуса. М., 2007.
22
Островский A.B. 1) О времени завершения индустриализации и промышленного переворота в России // Россия на пути к революционным потрясениям. Из истории России второй половины XIX – начала XX в. СПб. – Кишинев, 2001. С. 95 – 108. 2) Была ли наша революция социалистической? // Материалы международной научной конференции «Революция 1917 года в России: история и теория. Санкт-Петербург, Дом Плеханова. 4–5 ноября 2007 г. СПб., 2008. С. 29–33.
23
Как ломали нэп. Стенограммы пленумов ЦК ВКП(б) 1928–1929 гг. Т. 1–5. М., 2000.
24
Сталин И.В. Об индустриализации и хлебной проблеме. Речь 9 июля 1928 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) 4 – 12 июля 1928 г. // Соч. Т. 11. М., 1949. С. 159–160.
25
Островский A.B. Октябрьская революция: случайность? исторический зигзаг? или закономерность? // Из глубины времен, 1993. № 2. С. 174–175.
26
США – СССР. Экономические отношения. Проблемы и возможности. М., 1976. С. 69.
27
Sutton А. С. Westrn Technology and Soviet economic Development. Vol.1.1917 to 1930. Stanford. 1968. Vol. 2.1930^1945. Stanford. 1971.
28
Волынец-РуссетЭ.Я. Международная торговля лицензиями //ЭЮ. 1989. № 11. С. 164. См. также: Мироу К. и Г. Маурер Г. Паутина власти. М., 1984. С. 366–367.
29
Барсов А.А. Баланс стоимости обменов между городом и деревней. М., 1969.
30
Малафеев А.Н. История ценообразования в СССР. 1917–1963 гг. М., 1964. История ценообразования в СССР. Документы и материалы. Т. I–III. М., 1975.
31
Дьяченко В. П. История финансов СССР. 1917–1950 гг. М., 1978. С. 321.
32
Народное хозяйство СССР в 1960 г. М., 1960. С. 757, 781, 783.