Римские войны. Под знаком Марса - Махлаюк Александр Валентинович (книги онлайн без регистрации .txt) 📗
Однако зависимость человека от божественных предначертаний и поддержки небожителей не исключала необходимости самому человеку проявлять свои усилия и волю. Весьма показательно, что в надписях, сделанных в честь полководцев-победителей, часто указывалось, что победа была одержана при ауспициях военачальника, его власти, его водительстве и его счастье. Ауспиции в данном случае означают право и обязанность магистрата, командовавшего войском, выяснять и исполнять божественную волю, выраженную через знамения. С точки зрения древних римлян, военачальник был всего лишь посредником между войском и богами, чью волю ему надлежало неукоснительно выполнять. Но при этом считалось, что победа одерживается под непосредственным командованием полководца, т. е. на основе его личной энергии, опыта и знаний. Вместе с тем, таланты и доблесть полководца были неразрывно связаны с его счастьем, которое представлялось римлянам особым даром. Наградить же этим даром могли только боги.
Право проведения ауспиций и других религиозных обрядов было необходимой и очень важной частью тех полномочий, которыми наделялись высшие магистраты. Жрецы, по существу, только помогали должностным лицам совершать жертвоприношения и прочие обряды. Сами жреческие должности в Риме, подобно магистратским, были выборными, хотя и занимались, как правило, пожизненно. И те, и другие должности часто совмещались, чтобы, как писал Цицерон, «одни и те же лица руководили как служением бессмертным богам, так и важнейшими государственными делами, дабы виднейшие и прославленные граждане, хорошо управляя государством, оберегали религию, а мудро истолковывая требования религии, оберегали благополучие государства».
Связь государственной политики, войны и религии наглядно проявлялась в деятельности особой коллегии жрецов фециалов. Она появилась еще при четвертом римском царе Анке Марции. Рассказывают, что едва только он взошел на престол, как соседние латины расхрабрились и сделали набег на римские земли. Когда же римляне потребовали возместить причиненный ущерб, латины дали высокомерный ответ. Они рассчитывали, что Анк Марций, подобно своему деду Нуме Помпилию, будет проводить царствование среди молитв и жертвоприношений. Но враги просчитались. Анк оказался схож нравом не только с Нумой, но и с Ромулом и решил достойно ответить на вызов соседей. Однако, чтобы установить и для войны законный порядок, Анк ввел специальные церемонии, сопровождавшие объявление войны, и поручил их исполнение жрецам-фециалам. Вот как описывает эти церемонии римский историк Тит Ливий: «Посол, придя к границам тех, от кого требуют удовлетворения, покрывает голову шерстяным покрывалом и говорит: «Внемли, Юпитер, внемлите рубежи племени такого-то (тут он называет имя); да слышит меня Вышний Закон. Я вестник всего римского народа, по праву и чести прихожу я послом, и словам моим да будет вера!» Далее он исчисляет все требуемое. Затем берет в свидетели Юпитера: «Если неправо и нечестиво требую я, чтобы эти люди и эти вещи были выданы мне, да лишишь ты меня навсегда принадлежности к моему отечеству». Если он не получает того, что требует, то по прошествии 33 дней он объявляет войну так: «Внемли, Юпитер, и ты, Янус Квирин, и все боги небесные, и вы, земные, и вы, подземные, – внемлите! Вас я беру в свидетели тому, что этот народ (тут он называет, какой именно) нарушил право и не желает его восстановить».
Произнеся эти слова, посол возвращался в Рим для совещания. Царь (а позже высший магистрат) запрашивал мнение сенаторов. Если сенат большинством голосов высказывался за войну и это решение утверждалось народом, фециалы проводили обряд объявления войны. По обычаю, глава фециалов приносил к границам противника копье с железным наконечником и в присутствии не менее чем трех взрослых свидетелей объявлял войну, а затем бросал копье на территорию врага. Такой обряд должен был подчеркнуть справедливость войны со стороны римлян, и они неизменно его соблюдали. Правда, со временем, в результате завоеваний Рима расстояние до вражеской земли увеличилось. Быстро добраться до границ очередного противника стало очень трудно. Поэтому римляне придумали такой выход. Одному из пленных врагов они приказали купить клочок земли в Риме около храма Беллоны. Эта земля стала теперь символизировать вражескую территорию, и именно на нее главный жрец-фециал бросал свое копье, проводя обряд объявления войны.
Фециалы ведали также заключением мирных договоров, которое сопровождалось проведением соответствующих обрядов. Обряды эти, по-видимому, были очень древнего происхождения. На это указывает тот факт, что приносимого в жертву поросенка фециалы закалывали кремневым ножом. Кремень считался символом Юпитера, и обряд призван был показать, как этот бог поразит римлян, если они нарушат условия договора. При этом фециалы действовали не только как жрецы, но и как дипломаты: вели переговоры, ставили свои подписи под договорами и хранили их в своем архиве, а также следили за безопасностью иноземных послов в Риме. В своих действиях фециалы подчинялись сенату и высшим магистратам. Такого рода жрецов не было у других народов, кроме родственных римлянам латинов.
Не существовало у других народов и особых сезонных военных праздников, какие были у римлян. Большинство таких празднеств посвящались Марсу, самому древнему и самому почитаемому из италийских богов. По словам поэта Овидия, «выше всех прочих богов почитали в древности Марса: Этим воинственный люд склонность к войне показал». Марсу был посвящен первый день и первый месяц года – по старинному римскому календарю год начинался 1-го марта. Сам этот месяц получил название от имени бога. Марса римляне представляли мечущим копья охранителем стад и бойцом за граждан. Именно в марте справлялись главные военные праздники: 14-го числа – день ковки щитов; 19-го – день военной пляски на площади народных собраний, а 23-го – день освящения военных труб, который знаменовал окончательную готовность римской общины к началу войны. После этого дня римское войско выступало в очередной поход, открывая сезон войны, продолжавшийся до осени. Осенью же, 19-го октября, в честь Марса проводился еще один военный праздник – день очищения оружия. Он знаменовал завершение военных действий принесением в жертву Марсу коня.
![Римские войны. Под знаком Марса - i_015.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/9/3/2/6/0/193260/1393016487/i_015.jpg)
Марс
Одним из священных животных Марса был также волк, считавшийся своего рода гербом римского государства. Главным же символом бога служило копье, хранившееся в царском дворце вместе с двенадцатью священными щитами. По преданию, один из этих щитов упал с неба и являлся залогом непобедимости римлян. Чтобы враги не могли распознать и украсть этот щит, царь Нума Помпилий приказал искусному кузнецу Маммурию изготовить одиннадцать точных копий. По традиции, полководец, отправляясь на войну, призывал Марса словами «Марс, бди!», а затем приводил в движение эти щиты и копье. Марсу служили две древнейшие жреческие коллегии. «Марсовы возжигатели» совершали обряд сжигания жертвы, а 12 салиев («прыгунов») хранили святыни Марса и, надев боевые доспехи, исполняли в его честь военные пляски и песни на весеннем празднестве. Шествие салиев должно было показать готовность римского войска к ежегодному походу.
Марс был прежде всего богом войны. Поэтому наиболее древний его храм располагался на Марсовом поле вне городских стен, так как вооруженное войско, по обычаю, не могло входить на территорию города. Дело не только в том, что в Городе действовали гражданские законы, а за его пределами – неограниченная военная власть полководца. По римским представлениям, выступая в поход, граждане превращались в воинов, которые отрекались от мирной жизни и должны были убивать, оскверняя себя жестокостью и кровопролитием. Римляне считали, что от этого осквернения нужно избавиться с помощью особых очистительных ритуалов.