Хочу бабу на роликах! - Вильмонт Екатерина Николаевна (бесплатные книги полный формат TXT) 📗
![Хочу бабу на роликах! - Вильмонт Екатерина Николаевна (бесплатные книги полный формат TXT) 📗](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Хочу бабу на роликах! - Вильмонт Екатерина Николаевна (бесплатные книги полный формат TXT) 📗 краткое содержание
Долгие годы она была только… женой. Заботливой, верной, преданной. Безгранично любила своего мужа – известного актера – и думала, что он отвечает тем же. Но оказалось, что все вокруг ложь. И ее уютный мир рухнул в один миг.
Как трудно все начинать сначала! Ведь нет ни дома, ни родных, ни работы. Но она пройдет через все испытания. Станет счастливой, знаменитой, богатой… И главное, самое нужное в жизни – любовь – обязательно вновь согреет ее сердце.
Хочу бабу на роликах! читать онлайн бесплатно
Екатерина ВИЛЬМОНТ
Хочу бабу на роликах!
Анонс
Долгие годы она была только.., женой. Заботливой, верной, преданной. Безгранично любила своего мужа - известного актера - и думала, что он отвечает тем же. Но оказалось, что все вокруг ложь. И ее уютный мир рухнул в один миг.
Как трудно все начинать сначала! Ведь нет ни дома, ни родных, ни работы. Но она пройдет через все испытания. Станет счастливой, знаменитой, богатой... И главное, самое нужное в жизни - любовь - обязательно вновь согреет ее сердце.
Часть первая
ЧУВЫРЛА
Вот интересно, если дорогу перебегает совершенно белая кошка, это к чему? Я замерла, а кошка шла медленно, вальяжно, чуть подрагивая роскошным хвостом. Потом вдруг остановилась, глянула на меня и.., подмигнула! Ей-богу, она мне подмигнула! И так же царственно проследовала дальше. Может, все-таки это к счастью?
Но, по-видимому, белые кошки тоже ничего доброго не предвещают. Когда я вернулась домой, там уже находилась моя свекровь.
- Саша, я не понимаю, у тебя в доме нет лимона? - с места в карьер напустилась она на меня.
- Лимона? Кажется, был в холодильнике, я не помню. А зачем вам лимон понадобился?
- Я хотела выпить чаю. Ты же знаешь, я всегда пью чай с лимоном.
Я натянула уже снятый сапог и молча пошла к двери.
- Ты куда?
- За лимоном!
- Не строй из себя великомученицу! Я обойдусь!
А вот чем ты собираешься кормить Глеба? У него сегодня нет спектакля?
- У него сегодня съемки.
- Так чем же все-таки ты будешь его кормить?
- Это не проблема!
- Нет, это проблема! Это еще какая проблема!
Ему нельзя перед сном наедаться! Да, кстати, кто у тебя в Израиле?
- В Израиле? Никого вроде... А что?
- Тебе звонила какая-то женщина, сказала, что приехала из Израиля и хочет с тобой повидаться.
- А как ее зовут?
- Не помню, сейчас посмотрю, я записала, я этих еврейских имен не запоминаю. Ее зовут Мария Львовна.
Интересно, что уж тут такого еврейского? Кроме разве что древнееврейского происхождения имени Мария? Но я промолчала. Я давно взяла себе за правило не задавать свекрови лишних вопросов и уж тем более не подшучивать над ней. Она начисто лишена чувства юмора.
- Почему ты молчишь? Кто это - Мария Львовна?
- Не имею ни малейшего представления, - честно ответила я. - А что она сказала? Еще позвонит или оставила свой телефон?
- Сказала, что еще позвонит.
- Ну и ладно!
- Но что ей может быть от тебя нужно?
- Да откуда же мне знать, если я о ней первый раз слышу?
Светлана Георгиевна внимательно посмотрела на меня, я бы даже сказала, испытующе. Но я стойко выдержала ее взгляд, ибо и вправду никаких связей с Израилем у меня не было.
- Ну-ну, ладно. Может, это вообще ошибка была.
В конце концов, Александра не такое уж редкое имя.
- Может, и ошибка, - пожала плечами я. И что ей дался этот звонок?
- Саша, я хочу с тобой поговорить! - заявила свекровь.
Вот черт, даже поесть не даст.
- Слушаю вас, Светлана Георгиевна.
- Саша, тебе пора бросить работу!
- Бросить работу? - обалдела я. - Почему?
- Глеб нуждается в хорошем уходе! Пойми, его статус коренным образом меняется, о нем уже говорят, он стал больше зарабатывать, и надо, чтобы дом у него был устроенным, неужели ты сама этого не понимаешь?
- Извините, Светлана Георгиевна, а на какие шиши я буду этот дом содержать? Вы думаете, я много вижу денег от Глеба? Гроши! Он тратит их на свою древнюю тачку, на сигареты, иногда на какие-то шмотки, но живем-то мы на то, что зарабатываю я. И живем более чем скромно. Так что без моих денег мы рискуем просто с голоду подохнуть, - не выдержала я.
- Не преувеличивай своих заслуг, уверяю тебя, если ты будешь сидеть дома и ухаживать за мужем, у вас будет уходить гораздо меньше денег, гораздо! Вот сейчас, например, ты собираешься жарить котлеты из кулинарии, а если бы ты сама купила мясо и накрутила котлет, это обошлось бы куда дешевле. Это раньше покупные котлеты стоили какие-то копейки, а теперь все не так! И надо экономить!
Больше всего мне хотелось послать ее к одной известной матери, но долголетняя привычка заставила меня сдержаться. Ничего, когда-нибудь я все ей выскажу, все! А сейчас промолчу, промолчу, промолчу.
- Саша, ты просто не понимаешь... Скоро к вам начнут с утра до ночи бегать корреспонденты, и что?
Посмотри, в каком виде квартира, в каком виде ты сама! Когда ты последний раз взвешивалась? Когда была у маникюрши? А ведь ты должна будешь появляться вместе с Глебом на всяких светских мероприятиях...
- Размечтались, - буркнула я.
- Это не мечты, Саша, это уже почти реальность!
Поверь, я вполне способна оценить все, что ты в эти годы сделала для Глеба, но... Да ведь он скоро начнет тебя стесняться, а там и найдет себе другую. Моложе, красивее... С его-то данными девчонки начнут на нем виснуть, и ты уверена, что он устоит? Что ты так на меня смотришь? Ты обиделась? Но я же желаю тебе добра!
Нет, я не обиделась, она не так уж не права...
Просто я вдруг отчетливо поняла, что означает сон, который я вижу с завидной регулярностью. Мне снится, что я, как в ранней юности, бегу эстафету и все никак не могу добежать свой этап, а когда добегаю и передаю палочку подруге по команде, чувствуя огромное облегчение, эта самая подруга вдруг со всей силы бьет меня ногой в живот. Значит, мой этап уже подходит к концу, так, что ли? А дальше побежит какая-нибудь ослепительная топ-модель, да?
Но мои горькие мысли прервал телефонный звонок. Я схватила трубку. Глеб.
- Сашка, привет! У меня перерывчик образовался, вот звоню узнать, как дела.
- Нормально, у нас Светлана Георгиевна!
- То-то у тебя голосок кислый. Сочувствую. Но ты уж как-нибудь потерпи, ладно? Сашка, я буду поздно, у нашего оператора сегодня день рождения, мы тут немножко погудим в своей компании. Не жди меня, ужин не готовь! Дай мне на секунду маму, а то обидится - и тебе же будет хуже.
- Некуда, - ответила я и передала трубку свекрови.
Пока она ворковала с обожаемым сынулей, я подумала: ерунда все это, идиотские стереотипы, нет, мой Глеб любит меня и не променяет ни на какую длинноногую красотулю. Слишком многое мы с ним вместе пережили, и он меня почти никогда не подводил. И вообще, он хороший парень, а главное - любит меня. Я это чувствую. Когда он мне звонит, у него так теплеет голос... И ночью нам хорошо вместе, он всегда во сне держит мою руку. И не нужны ему другие, это свекрови нужна другая невестка, более престижная, более эффектная... А ведь она еще не знает, где и кем я работаю, у нее бы от презрения ко мне печенка лопнула. Вот уже несколько лет я служу домработницей в одной богатой семье. Правда, семья вполне интеллигентная и ко мне прекрасно все относятся, но факт есть факт. Кстати, Глеб тоже думает, что я работаю в коммерческой фирме бухгалтером. Я когда-то окончила бухгалтерские курсы, но работы менее подходящей для меня, наверное, и выдумать невозможно. Я и бухгалтерия - две вещи несовместные, как гений и злодейство. Но для Глеба и его мамы это было прекрасной отмазкой. Платят мне в этой семье хорошо, и я вовсе не чувствую себя униженной, ни в коей мере. Вот только они не знают, что муж у меня - артист, в последний год даже приобретший известность, Глеб Ордынцев. Ох, а ведь эта чертова кукла права, мне действительно придется уйти с работы совсем по другим соображениям. Что, если какому-нибудь журналюге вздумается узнать, где трудится жена восходящей звезды? Это будет некрасиво - и не столько по отношению к Глебу, это ерунда, в конце концов, ничего постыдного я не делаю, а по отношению к людям, у которых работаю.