Землянка для наемников (СИ) - Солнечная Тина (книги серии онлайн .TXT, .FB2) 📗
— Ты не злишься?
— Я злюсь всегда, ты знаешь. Но сейчас… наверное, меньше обычного.
Он хотел что-то ещё сказать, но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалился Риан.
— А я слышал слово «беременна»! — выпалил он с порога, остановился и уставился на нас. — Ви?
Я просто кивнула. И тут же он подбежал, словно поймал джекпот, поцеловал меня, отталкивая Саэта, а потом отстранился.
— Всё! Пеку торт. Не лезьте! Сам!
— Скажите, что он не добавит туда… — начала я.
— Всё будет идеально, мамочка, — подмигнул он и унесся обратно.
— Мамочка, — повторил Саэт, будто пробуя слово на вкус, и усмехнулся.
Я улыбнулась. Я — мамочка.
Глава 41
— Мы идём, — твёрдо сказал Келлар, как только в доме улеглись радостные вопли.
— Куда? — удивилась я, ещё держась за живот, будто боялась, что от лишнего движения кто-то там внутри проснётся.
— К врачу. Сейчас. Пока остальные не додумались притащить тебе сладкое, солёное и обмотать оберегами.
Я фыркнула, но не сопротивлялась. Он был непреклонен. И в его глазах читалась тревога — та, которую он всегда умел маскировать под раздражение. Сейчас не маскировал.
Медицинский центр на их планете выглядел слишком приличным, чтобы не вызывать доверие. Белоснежные стены, полупрозрачные двери, никакого запаха антисептиков — почти космос, а не медицина.
Меня встретила приятная женщина с длинными антеннами и нежно-зелёной кожей. Келлар шёл рядом, не выпуская мою руку ни на секунду, пока она проводила нас в диагностический отсек.
— Вы первая женщина с Земли, забеременевшая от ранкаров, — мягко сказала она, подготавливая сканер. — Это очень интересно. Волнуетесь?
— Я волнуюсь, — перебил Келлар. — Так что, пожалуйста, давайте уже узнаем, всё ли с ней в порядке.
Я закатила глаза, но промолчала. Меня положили на мягкую кушетку, на живот наложили тонкие гибкие сенсоры. Пространство над животом засветилось — и на прозрачной панели проявилось… два крошечных, но чётко различимых силуэта.
— О… — выдохнула я.
— У нас двойня? — спросил Келлар, осев в кресло.
— Поздравляю, — кивнула врач. — Сердцебиение ровное, рост соответствует сроку. Оба малыша развиваются хорошо. Смотрите.
Она развернула панель ко мне. Я не знала, как вдохнуть — он застрял в горле. Там, внутри меня, шевелились две крошечные жизни. Два светлых пятнышка, два сердца. Мои дети. Наши дети.
— Ты в порядке? — тихо спросил Келлар, и его пальцы легли на мою ладонь.
— Нет, — прошептала я. — Я в абсолютном восторге.
Он молча притянул меня к себе и поцеловал в висок. Не сказал ни слова. Только дышал рядом, пока я всматривалась в экран и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Словно мир стал шире. Глубже.
И как же прекрасно было не прятать это больше.
— И ещё кое-что, — добавила врач, когда я уже собиралась сесть, — у вас… мальчик и девочка.
Я застыла. Словно кто-то нажал паузу внутри меня.
— Правда? — выдохнула я.
— Абсолютно, — кивнула она. — У девочки чуть более высокий ритм сердца, а мальчик уже ведёт себя как упрямец. Свернулся в клубок и не хочет показываться. Но анатомия не врёт.
Келлар рассмеялся. Не громко — скорее хрипло, с каким-то почти благоговейным изумлением.
— У нас… мальчик и девочка, — повторил он. — Виола.
Я кивнула, не в силах пока говорить. Потому что внутри всё горело. Так много чувств сразу — и ни одного слова, чтобы их описать.
— Вот их снимки, — сказала врач и вывела на экран два серо-голубых контура. Там, крошечные, — два тела. Два хвостика. Малюсенькие и аккуратные, как запятые.
— У них уже есть хвосты? — ахнула я.
— Начальное формирование. Учитывая особенности отцовской ДНК, они будут ранкарцами. Это значит — повышенное внимание, особенно во втором триместре. Вам пропишут витамины, и я составлю график осмотров.
Она протянула мне браслет с голографической лентой.
— Установите его — и система будет напоминать о визитах. Синхронизируется с любым коммуникатором.
Я взяла браслет дрожащими пальцами. Всё это было… так реально. Осязаемо. И в то же время — словно сон.
— Я не знаю, — прошептала я, — что сказать.
Келлар посмотрел на меня — глаза полные чего-то необъяснимого. Гордости? Благоговения? Может, любви?
— Ничего не говори, — ответил он. — Ты и так сделала так много для нас, девочка.
Он протянул руку, помогая мне подняться, и сжал мою ладонь.
— А теперь домой, мама двойняшек.
И я засмеялась. Потому что это прозвучало так по-настоящему. Так правильно. Так…
Прошла ещё неделя, полная купания в любви и заботе. Я почти отучилась просыпаться в одиночестве — кто-то из них всегда был рядом. Кто-то гладил по животу, кто-то приносил завтрак в постель, кто-то просто держал за руку, пока я дремала. А иногда и все сразу.
Кажется, гнездование началось вовсе не у меня — мужчины с головой ушли в подготовку. Уже был выбран угол под детскую, а вчера Вэлк и Саэт спорили о цвете стен, будто это дело государственной важности. Я посмеивалась, глядя на них, но не мешала. Им и правда было важно.
Сегодня же меня ждал особенный день. Я собиралась в гости к той самой малышке, которую спасла. Её мать прислала приглашение ещё пару дней назад — вежливое, красивое, написанное от руки, с пометкой: «Мы будем очень рады видеть вас в нашем доме. Лина спрашивает о вас каждый день.»
Я немного нервничала. Всё-таки идти без мужей… снова. Они, конечно, провожали взглядами, одобряли, но внутри у меня всё равно что-то скреблось. Мне не нравилось, что их нельзя взять с собой. Мне вообще всё чаще не нравилось, что в этом мире столько правил — особенно тех, что мешают быть вместе с теми, кого любишь.
Перед выходом Келлар накинул мне на плечи лёгкую накидку.
— Если что-то пойдёт не так — сразу вызывай нас, — сказал он.
— Всё будет хорошо, — улыбнулась я. — Я ведь просто в гости.
— Ага, один раз ты уже сходила в гости, — пробормотал Риан.
— Поэтому мы будем рядом. На связи. В пределах минуты. — добавил Саэт.
— А я оставлю тебе один из маяков, — Вэлк вложил в ладонь крошечное устройство. — Если почувствуешь хоть малейшую опасность, просто сожми. И мы тебя заберем.
Я кивнула, улыбнулась… и ушла. Под пристальными взглядами пятерых мужчин, которые не могли пойти со мной — и не хотели отпускать.
Я добралась до дома без приключений, хотя сердце всё равно колотилось чуть сильнее, чем следовало бы. Дом оказался не таким, как я себе представляла. Не холодный и вылизанный до стерильности, как большинство здешних построек, а уютный и живой — с выкрашенными в тёплые тона стенами, с зеленью в горшках на ступенях и мягким светом, льющимся из приоткрытой двери.
Когда я подошла ближе, дверь отворилась шире, и на пороге появилась та самая женщина — высокая, статная, в светлом домашнем платье. Волосы убраны в идеальную причёску, но в её глазах — всё то же, что я уже видела в тот день на станции. Благодарность. Честная и прямая.
— Виола, — сдержанно, но тепло произнесла она. — Спасибо, что пришли.
— Спасибо, что пригласили, — улыбнулась я. — Для меня это много значит.
— Для нас это значит больше. Проходите.
Я ступила через порог, и тут же из глубины дома донёсся радостный визг.
— Ви-ооо-лааа!
Малышка — та самая сестра спасённой девочки — вылетела ко мне со всех ног и буквально врезалась мне в живот. Я чуть присела, осторожно обняв её. Инстинктивно прикрыла живот рукой, но та, кажется, вообще не собиралась отпускать.
— Мы ждали! Очень ждали! У нас есть печенье! И чай с цветами! И мама сказала, ты теперь герой. А ещё…
— Лина, — мягко, но строго остановила её мать. — Дай Виоле хотя бы снять обувь.
— Ну ладно, — хихикнула девочка и побежала вперёд, а я разулась и шагнула дальше в дом.
Внутри пахло выпечкой и каким-то пряным ароматом — может, корой, может, травами. Всё было так по-домашнему, что у меня защемило сердце. Комнаты обставлены не вычурно, но с любовью: мягкие кресла, на стенах — семейные рисунки и фотографии, даже кое-где раскиданы игрушки. Живой дом. Настоящий. Такой редкий для этой планеты.
