Он сказал «нет» - Уоддел Патриция (бесплатные онлайн книги читаем полные .TXT) 📗
Немного помолчав, леди Олдершоу с напускной беззаботностью продолжала:
– Может быть, мы еще увидимся в конце лета на званом вечере у Уолтема. Наверняка этот вечер станет событием года, ведь все жаждут познакомиться с новой леди Уолтем. Маркиз еще никому ее не показывал.
– Они недавно поженились, – заметил Грэнби. – Так что ничего удивительного.
Леди Олдершоу говорила о Маршалле Бедфорде, маркизе Уолтеме, и его молодой жене. Грэнби начал опасаться, что женитьба маркиза положит конец их дружбе, в тот момент, когда Маршалл зашел к нему, намереваясь выпить, чтобы забыть Эвелин Денсуорт. Грэнби проявил отзывчивость и предложил виски, причем двух бутылок оказалось мало.
К сожалению, маркиз все же не выдержал и женился. Он женился на прелестной Эвелин сразу после Нового года.
Леди Олдершоу упорствовала, она продолжала висеть на руке графа и ставила его в очень неловкое положение. Но тут удача улыбнулась Грэнби: к ним подошел Альфред Гадлетт, стройный, изящный и чернобровый. К тому же он имел титул баронета, земли и приличный доход.
– Рад видеть вас, Грэнби, – Гадлетт улыбнулся. – Захватывающее сегодня было зрелище, не правда ли?
– Да, действительно, – кивнул граф. Он воспользовался ситуацией и переместил обтянутую перчаткой руку леди Олдершоу на локоть Альфреда. – Прошу прощения, мне надо забрать выигрыш.
Час спустя Грэнби уже сидел в седле, он направлялся на север. Виконт решил проводить его немного, а утром отправиться своим путем. Их экипажи с багажом и слугами следовали за ними. Друзья договорились ближе к вечеру остановиться в Клив-Хилле – в этой деревушке имелась уютная гостиница, радушный хозяин которой гордился тем, что подавал лучший эль в Глостершире. На следующий день виконт собирался направиться к матери в Херефордшир, а граф – поехать в Уинчком, чтобы посмотреть лошадей.
Приятели, оба голубоглазые и светловолосые, подружились еще во время учебы в Итоне. Престарелый герцог Морленд – ему в те годы было уже за шестьдесят – называл их и еще троих юношей мальчиками.
Во время зимнего сезона, обычно по четвергам, мальчики собирались у герцога поиграть в карты. Эти визиты позволяли капризному старику следить за сыновьями своих друзей. И Грэнби, и Ратбоун могли бы обойтись без сурового надзирателя, но уважение к Морленду все же перевешивало, и молодые люди помалкивали, во всяком случае, открыто не выказывали своего раздражения.
– Если ты склонен и дальше развлекаться с леди Кендрик, то помни: ее дряхлый муж дружит с Морлендом, – посоветовал другу Грэнби. В это время они уже ехали по затененной деревьями дороге, соединявшей Челтнем с Престбери и Саутгемом.
Ратбоун, до этого насвистывавший что-то веселое, тотчас же нахмурился и, покосившись на приятеля, проворчал:
– С тех пор как Уолтем женился, все твое внимание направлено на меня. Найди лучше себе подходящую любовницу, если уж ваши отношения со сладострастной вдовой закончились. Воздержание плохо на тебя действует.
– Думаю, мне придется посетить несколько званых вечеров. Таким образом, я со временем найду себе подходящую даму. И я непременно позабочусь о том, чтобы у нее не было мужа, с которым можно было бы столкнуться в коридоре.
– Ты превращаешься в скучного моралиста, – усмехнулся Ратбоун и добавил: – Боюсь, мне скоро придется присутствовать на твоем венчании.
– Не беспокойся, не придется.
– Тогда найди себе женщину, какую-нибудь другую вдову. Во всяком случае, такую женщину, которая не стремится выйти замуж.
– Не стремится замуж? – Граф с сомнением покачал головой. – Вряд ли такая существует.
– Возможно, ты прав, – согласился виконт. – Но не забывай об увлекательности поисков.
Граф невольно поморщился. Проблема состояла в том, что в последнее время погоня за женщинами перестала его волновать. Наверное, потому, что за ними не надо было особенно ухаживать. Обычно дам притягивало к нему как магнитом. Титул, богатство и репутация неутомимого любовника, обожающего дарить наслаждение партнерше, – все это заставляло женщин бороться за его внимание.
Женщина, голова которой не занята постоянными мыслями о замужестве... Можно ли найти такую в высшем обществе? Грэнби очень в этом сомневался. Все дочери Евы с восторгом относились к браку, хотя порой и утверждали обратное. Даже леди Олдершоу пыталась заполучить его в мужья, а ведь у нее не было никакой причины вторично выходить замуж. Она не испытывала недостатка в средствах, так как унаследовала прекрасное поместье в провинции, роскошный особняк в центре Лондона и имела приличный доход.
– О чем ты задумался? – спросил Ратбоун, нарушив продолжительное молчание.
– Ни о чем, – пробурчал Грэнби. – Скорее бы добраться до гостиницы. Кружка эля и сытный ужин – вот что нам сейчас требуется.
– И сговорчивая горничная, – с ухмылкой добавил виконт.
– Ты неисправим, мой друг.
– Вы также, милорд. – Ратбоун рассмеялся. – День, когда ты не захочешь отведать женских прелестей, станет днем твоих похорон, и какой-нибудь косоглазый священник прослезится, стоя над твоей могилой.
– Надеюсь, так и будет, – с улыбкой ответил Грэнби. – Я не доверяю этим очаровательным созданиям – и в то же время с ужасом представляю, какой стала бы моя жизнь без них.
Кэтрин Хардвик была красавицей и, без сомнения, могла найти себе мужа в первый же выход в свет. При условии, что он когда-нибудь состоится.
– Мы уже говорили об этом, тетя Фелисити. Общество для меня – это паутина глупых правил и сплетен. Мне хорошо и здесь, в Уинчкоме.
– Дитя мое, не утомляй меня, – со вздохом ответила Фелисити Форбс-Хаммонд. Эта почтенная дама, как и подобает заботливой тетушке, намеревалась взять юную племянницу под свое крыло.
– Я была в Лондоне с папой всего лишь два года назад. – Кэтрин тоже вздохнула. – Лондон оказался ужасно шумным, все небо заволокло дымом, а дороги... так и хотелось вымыть их от грязи. Повсюду было слишком много людей. А здесь светит солнце, здесь красивые дороги вьются мимо живых изгородей... И я здесь без помех катаюсь на лошади, когда захочу. А в столице девушка может только смиренно опускать глаза и вести себя так, как будто у нее мозги новорожденного ребенка.
– Ты просто упрямишься, дорогая. Поверь, пришло время ехать в Лондон, – настаивала Фелисити. – В прошлый раз отец уступил твоим просьбам. Должна заметить, что ты победила только с помощью упрямства. Но подобное больше не повторится. Я заручилась словом Уоррена, так что в следующий раз он не станет обращать внимание на твои отговорки. Перестань хмуриться. Мы же не поедем в Лондон прямо сейчас. Придет время, и ты под моим наблюдением войдешь в столичное общество.
Тетушка с племянницей сидели за завтраком, а отец Кэтрин уже ушел в конюшни, чтобы проведать лошадей, которых он обожал почти так же, как свою единственную дочь.
– У меня нет желания выходить замуж, – заявила Кэтрин.
Когда непреклонная Фелисити Форбс-Хаммонд хотела чего-либо добиться, с ней следовало считаться. Сейчас она намеревалась выдать замуж свою любимую племянницу. Этой статной седой женщине с пронзительными голубыми глазами было около семидесяти, но она по-прежнему кипела энергией и менять свои взгляды не собиралась – пусть даже это некоторым не нравилось.
Сегодня Фелисити надела к завтраку темно-синее платье, а кружевной шарфик заколола брошью из черного оникса. Кэтрин через весь стол ощущала изысканный аромат ее духов. В молодости Фелисити считалась красавицей, но, увы, детей не имела, хотя и вышла замуж.
И вот теперь, увидев почти всех племянниц у алтаря, Фелисити наконец-то взялась за Кэтрин – только она еще не обзавелась супругом.
– Выйти замуж – значит обрести положение в обществе, – сказала тетушка, пристально глядя на племянницу. – А ты становишься ужасно несдержанной, когда об этом заходит речь. Никто тебя не принуждает. Просто отец хочет, чтобы ты была счастлива в браке.
– Счастье в браке? – Кэтрин усмехнулась. – Вероника Парнелл обвенчалась два года назад – и несчастна. Ее муж оказался тираном, хотя говорили, что они замечательная пара. А как насчет Сары Уорбек? Через шесть месяцев после медового месяца она застала супруга с одной из горничных. Так что, пожалуйста, тетя, не говорите мне о счастье. Его не может быть в заранее спланированных союзах.