Ни о чем не жалея - Мартин Кэт (книги полностью бесплатно txt) 📗
– Очень приятно, мисс Хармон, – проговорил он, приложившись, как положено, к ручке Кейт. – Мне очень хотелось с вами познакомиться.
– Мне тоже очень приятно... ваша светлость. – Последние два слова дались Кейт с немалым трудом. Со всеми аристократами она с легкостью играла по правилам, установленным английским великосветским обществом, непринужденно награждая их соответствующими титулами, но называть Белдона герцогом, словно он лучше ее, ей почему-то претило.
Темные глаза насмешливо сверкнули. Похоже, герцог об этом догадался.
– Полагаю, вы американка?
– Я родилась в Бостоне. А этот город, смею заметить, находится в Америке. – Кейт с вызовом взглянула на Белдона. – Может быть, вы помните – «бостонское чаепитие» [1]?
Брови Мэгги удивленно поползли вверх, герцог же, едва заметно улыбнувшись, ответил:
– Это было задолго до моего рождения. Кроме того, война уже закончилась, если вы помните, мисс Хармон.
– Да... совершенно верно. И если память мне не изменяет, за ней последовало принятие Билля о правах, провозгласившего всех людей равными. Однако в этой стране, похоже, о равенстве имеют весьма смутное представление, или я ошибаюсь... ваша светлость?
Белдон усмехнулся:
– Еще как ошибаетесь, мисс Хармон. Здесь, в Англии, нам хорошо известно, что такое равенство. Просто мы считаем, что одни мужчины более равны, чем другие. – В пронзительных карих глазах герцога появился насмешливый и вместе с тем несколько странный блеск.
Сердце Кейт исступленно заколотилось в груди, и ей показалось, что даже воздух между ней и герцогом стал жарким. Улыбка герцога сделалась еще шире, на левой щеке появилась премиленькая ямочка, и Кейт вдруг пришло в голову, что этот мужчина, надменный, испорченный – в чем она не сомневалась, – потрясающе красив, независимо от того, носит он титул герцога или нет.
Повернувшись к леди Трент, герцог Белдон проговорил:
– Ваш брат хотел бы с вами поговорить, Мэгги. Я буду счастлив составить мисс Хармон компанию до вашего возвращения.
Бросив взгляд на темноволосого мужчину в другом конце танцевального зала, Мэгги заметила:
– Надеюсь, я оставляю ее в хороших руках? – В ее голосе прозвучало предостережение.
– Вне всякого сомнения, – заверил ее герцог.
– Я скоро вернусь, – сказала Мэгги Кейт и, еще раз взглянув на Белдона, повернулась и направилась к своему высокому красивому брату.
Герцог вновь устремил взгляд на Кейтлин.
– Поскольку мы оба согласились, что война окончена, как насчет перемирия, мисс Хармон?
Кейт не смогла сдержать улыбки. Было в герцоге нечто такое, что делало сопротивление ему невозможным.
– Ладно, перемирие так перемирие, – согласилась Кейт, с легкостью опустив «вашу светлость». – По крайней мере, на некоторое время.
Губы герцога дрогнули, и, взяв с подноса проходившего мимо лакея бокал с шампанским, он сделал глоток.
– Ходят слухи, что вы с вашим отцом последние несколько лет жили на острове у берегов африканского побережья, как я полагаю, вдали от бурной светской жизни.
Кейт вспомнились тяготы примитивных жилищных условий, которые ей пришлось испытать на Санту-Амару.
– Это еще мягко сказано, – заметила она.
– Я видел, как вы танцуете. Для женщины, так долго жившей вдали от цивилизации, просто восхитительно. Вы и вальс танцевать умеете, мисс Хармон?
Кейт окинула герцога оценивающим взглядом. Даже в Америке танцевать вальс считалось большой смелостью. Хотя Кейт никогда его не танцевала, она знала необходимые па. Благодаря отцу она была так же хорошо образована, как и мужчины, и, равно как и мужчины, не видела в этом танце ничего предосудительного.
И, тем не менее, в словах герцога она усмотрела вызов. Похоже, он недоволен тем, что она несколько раз опустила его титул, решила Кейт. Напомнив себе, что она здесь для того, чтобы помочь отцу, и что герцог вполне может стать их меценатом, если с ним по-умному обращаться, она решила больше этого не делать – ничего с ней не случится, если она будет называть его «ваша светлость».
– По-моему, ваша светлость, в данную минуту оркестр играет контрданс. – Кейт повернулась к танцующим, и в этот момент музыка стихла. Словно по сигналу – а Кейт не сомневалась в том, что его подали, – оркестр заиграл вальс.
– Так, значит, вальс вы все-таки не танцуете? – не отставал герцог.
И помимо ее воли на губах Кейт расплылась улыбка.
– Полагаю, можно попробовать... если вы не боитесь, что ваши сверкающие туфли после этого потеряют блеск.
Расхохотавшись, герцог одарил ее очаровательной ухмылкой.
– Думаю, можно рискнуть.
Он вывел Кейт на середину танцевального зала и, положив ей руку на талию, а ее руку себе на широкое плечо, закружил ее с легкостью, какой она от него никак не ожидала. На секунду разговоры стихли и воцарилась полная тишина: десятки любопытных глаз устремились на вальсирующую пару. Но уже в следующую секунду несколько других пар, включая лорда и леди Трент, присоединились к танцующим с явным намерением придать скандальному танцу нужную респектабельность.
– По-моему, у вас появилась настоящая подруга, – заметил герцог, ведя Кейт в танце. – Если Мэгги берет кого-то под свое покровительство, она никому не позволит его обидеть. Считайте, вам очень повезло.
– Я чрезвычайно рада тому, что мы подружились. За годы, что я жила вдали от дома, больше всего мне не хватало женской дружбы.
– Насколько мне известно, ваш отец и лорд Трент тоже подружились? Ю Кейт кивнула.
– Лорд Трент страстно любит историю. Он начал переписываться с моим отцом несколько лет назад, когда было доказано, что ожерелье существует.
– Вы имеете в виду ожерелье Клеопатры? Истинное сокровище, не так ли?
– Да, оно определенно было бы важной находкой. Мой отец не только изучал в течение многих лет все имеющиеся свидетельства о нем, но и почти четыре года занимался его поисками. – Кейт взглянула в красивое лицо герцога, чувствуя, что ей тяжело сосредоточиться. И в самом деле, как можно сосредоточиться, когда крупная теплая рука обвивает твою талию, а мускулистая нога то и дело касается твоей ноги?.. Герцог отличался необыкновенной грациозностью для мужчины такого роста и телосложения и вел Кейт в танце с необыкновенной легкостью. Пришлось напомнить себе, что он герцог и что у них нет ничего общего.
Чарующая музыка начала оказывать на Кейт свое волшебное действие.
– Словно паришь, – проговорила она и на секунду закрыла глаза, наслаждаясь дивной мелодией и прохладным воздухом, овевавшим разгоряченное лицо.
Рука герцога еще теснее обхватила ее талию, незаметно притягивая Кейт поближе.
– Вы великолепно танцуете, – заметил герцог и, когда Кейт подняла глаза, встретился с ней взглядом. – А я-то, дурак, думал, что вы новичок.
Кейт улыбнулась:
– У меня был учитель танцев, показавший мне фигуры вальса, но только сегодня мне впервые удалось применить свои знания на практике. Мой отец – ярый сторонник всевозможного обучения.
Губы герцога – самые чувственные из всех, виденных ею, – чуть дрогнули.
– Это неудивительно, ведь он профессор.
– Да... – едва слышно выдохнула Кейт.
Она попыталась уговорить себя, что не должна испытывать влечение к этому мужчине, однако никакие уговоры не помогали. Сердце продолжало колотиться как сумасшедшее, во рту пересохло. Кейт ничего не могла понять. Ведь она уже не раз танцевала с мужчинами и не могла припомнить ни одного, который сумел бы заставить ее почувствовать себя так, словно она лишилась рассудка.
Когда музыка стихла, Кейт не сразу это заметила, равно как и герцог. Они бы так и продолжали танцевать, если бы не лорд и леди Трент: им удалось вовремя подойти к чересчур увлекшейся парочке, чтобы она не сделалась посмешищем для всех присутствующих.
Белдон улыбнулся лорду Тренту – мужчине чуть ниже его ростом, крепкого телосложения, но тоже необыкновенно привлекательному.
1
Имеется в виду бостонский бунт 1773 года против беспошлинного ввоза англичанами чая в Северную Америку, явившийся одной из причин Войны за независимость g1775—1783 гг. – (Здесь и далее примеч. пер.)