На границе чумы - Петровичева Лариса (книги полностью txt) 📗
– Я тебя вытащу оттуда, – твердо заявил Максим, не оставляя возможности для возражений. – Разверну на орбите станцию и открою микро-Туннель – возьмет только тебя.
– Так сейчас делают? – спросил Шани просто для того, чтобы показать реакцию на сказанное. Заберет не заберет – какое это имеет значение?..
– Так уже давно делают, – сказал Максим. – Через неделю все будет готово, ты просто включишь передатчик и подашь сигнал. Чем ты занимался… занимаешься на Дее?
– Работал в инквизиции, – вздохнул Шани. – Сейчас пью. Послушай, Максим, недели мне мало. Нужно закончить тут кое-какие дела… в общем, дай мне десять дней.
– Ладно, – согласился Максим, едва слышно вздохнув. Чего он ожидал, интересно? Что Шани будет называть его папой? Ну-ну. – Пока подготовлю тебе документы.
– Хорошо, – сказал Шани и, протянув руку, выключил передатчик – прощаться он не счел нужным.
Потом он вышел из кабинета и попросил у хозяина завтрак посытнее, а также чернильницу и лист бумаги.
Посыльный, который вскоре побежал во дворец с этим листом – «Государю, лично, как можно скорее», – прочел в нем только одно слово: «Да».
– Сучка, – сказал Крунч Вальчик, шеф-инквизитор, страх и гроза еретиков и колдунов по всему Аальхарну, и ударил в висок молодую ведьму. Хорошо ударил, крепко, хотя и не до смерти: та сразу же обмякла и повисла на державших ее веревках. Забава только начиналась. – Дрянь.
Дряни по метрике уже исполнилось четырнадцать, но выглядела она совсем еще ребенком: черты лица пока сохраняли детскую припухлость, а волосы были мягкими и белыми, и пока не успели потемнеть и загрубеть. Девчонку приволокли из предместья по какому-то пустячному обвинению, и шеф-инквизитор незамедлительно взял ее в оборот – ему нравились именно такие, юные, свежие и напуганные до смерти, и он упивался их ужасом до головокружения, высасывая его до дна, словно драгоценное вино… Вальчик сунулся было в заветный ящичек с инструментами, чтобы продолжить работу с ведьмой, но в этот момент дверь открылась, и в допросную вошла целая процессия. Особенно Вальчику не понравилось то, что были в ней государь Луш собственной персоной и разжалованный из инквизиции еретик Шани Торн. Ох, как Вальчик его ненавидел! Растянул бы собственноручно на дыбе да показал бы, что почем на белом свете! Впрочем, сейчас Торн выглядел так, словно это он тут будет растягивать да показывать – очень уж нехорошее у него было лицо. Государь с охранцами прошел к дыбе и похлопал девчонку по щекам, приводя в сознание. Та застонала, по ее лицу потекли слезы.
– Не надо, – прошептала она. – Пожалуйста, не надо…
– Господин Торн, – произнес государь, и в его голосе прозвучало неподдельное сочувствие, – опознайте потерпевшую.
Шани подошел к дыбе и внимательно всмотрелся в лицо юной ведьмы. Вальчик почувствовал, что по его позвоночнику прокатилась капля пота. Тем временем Шани взял со столика с использованными инструментами окровавленную «розу» (вставить в нужное отверстие, раскрутить, и инструмент раскроется, увеличиваясь в размере раза в три), взвесил ее на ладони, а потом внезапно так засадил Вальчику кулаком в нос, что отдалось по всей допросной.
– Ах ты ублюдок! – взревел Торн некормленым медоедом. – Убью, тварь!
Шеф-инквизитор рухнул на пол, а охранцы кинулись оттаскивать Шани, который, вошедши в раж, добивал Вальчика ногами.
– Паскуда! Сукин сын! Пустите, убью!
С превеликим трудом Торна оттащили, и он кинулся снимать девчонку с дыбы. Та бормотала что-то неразборчивое – видимо, умоляла больше ее не мучить. Государь скинул плащ и набросил на ведьму, зажимая разбитый нос, Вальчик понял, что пропал. Тем временем Шани подхватил девчонку на руки и промолвил:
– Таша, милая… Таша, это я, Шани. Ты меня узнаешь?
Прильнув к груди Шани, ведьма пролепетала что-то жалобное и умолкла, вероятно потеряв сознание. Да кто же она, терялся в догадках Вальчик. Родня Торну? Во-первых, откуда у него родня, у байстрюка, а во-вторых, да хоть бы и так – какая разница? Ведьмачье семя, раздавить и выбросить обоих. Или Торн снова в фаворе у государя – тот даже плаща со своего плеча для еретички не пожалел.
– Таша, девочка, – приговаривал Шани, гладя девчонку по волосам. – Государь, это моя племянница Таша Балай. Осиротела в прошлом году…
– Что? – воскликнул Вальчик, понимая, что давно пора брать дело в свои руки, чтобы не оказаться там, откуда только что сняли ведьму. – Откуда у тебя племянницы, байстрюк? Или, кого попользовал, та и племянница? Государь, не слушайте его!
Луш внимательно посмотрел сперва на Шани, потом на Вальчика, и его взгляд не сулил ничего хорошего. Подбодренный этим взглядом, Торн сурово произнес:
– Что касается моей родословной, то семейство Торнов известно в Аальхарне еще со времен Первого государя. Таша – дочь моей единственной сестры Ирри Торн, в замужестве Балай. А ты – упырь и грязный извращенец, и ответишь за то, что ее покалечил. Государь, я все сказал.
– Идите, господин Торн, – произнес государь, и Шани вместе с девчонкой и двумя охранцами вышел из допросной, задрав нос с видом оскорбленной добродетели. Вальчик запрокинул голову, чтобы остановилась кровь, и гнусаво произнес:
– Сир, неужели вы верите во все эти еретические измышления? – Разбери Гремучая Бездна этого Торна, похоже, нос придется серьезно лечить. – Девку доставили по обвинению в насылании вредоносной порчи на благородных граждан поселка При. И уж простите меня, но все эти разговоры про родственников Торна – вранье и трижды вранье.
– И об этом поговорим, – заверил его государь. – Но сначала о том, что ты подверг не предусмотренным Положением о наказаниях пыткам благородную гражданку Аальхарна, будучи осведомленным о ее невиновности.
И Вальчик понял, что лично для него все кончено.
Через сутки Крунч Вальчик был освобожден от занимаемой должности и заключен в тюрьму. До открытого суда он не дожил – постарался, кстати, Таракан, вовремя переметнувшийся на сторону победителей в игре против своего хозяина.
Шани Торн вернулся на прежнее место службы в том же чине. Столица вздохнула с облегчением.
А Таша Балай осталась вполне довольна вознаграждением, полученным от новоявленного дядюшки. В делах подобного рода Шани никогда не экономил на мелочах.
![На границе чумы - i_012.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/3/0/5/2/8/230528/1420104677/i_012.png)
Глава 15
Костер
– Вставай!
Удар в область печени вырвал Андрея из недолгого сна. Он открыл глаза – над ним возвышался охранец инквизиционной тюрьмы. После дерзкого и успешного побега Шани (из этой же, кстати, камеры) тюремный караул был изрядно усилен: еще двое мордоворотов стояли за решеткой, небрежно поигрывая дубинками и ожидая сопротивления, которого, впрочем, Андрей не собирался оказывать – после пыток и голода он был слишком слаб.
– Вставай, еретик! Ишь, развалился.
Андрей со вздохом поднялся с лежака, ежась от холода. Если не костер, то пневмония, подумалось ему, но от пневмонии хотя бы есть средства… Из соседней камеры уже выводили Нессу, кутавшуюся в рваный платок.
– Давай-давай, падаль, двигай ногами. Его бдительность ждать не будет.
Поднимаясь вслед за охранцами по волглой лестнице, Андрей думал о том, что, какие бы повороты ни делала его судьба, итог все равно был один – зал суда и приговор. И вся его жизнь, по большому счету, умещается в дорогу от тюремной камеры до места казни. Конечно, это все банальная философия, но когда еще ей предаваться? Лучше времени и места, чем дорога в зал пыток, не придумаешь…
Конечно, поначалу Андрей не верил. Обвинения в ереси, в злостном колдовстве, насылании мора на страну – все это выглядело бредом и попросту не могло иметь отношения к реальности. Это было сном. В конце концов, он же лечил всех этих людей, он по сути схватил столицу за шкирку и выволок из отверстой могилы. Но потом его приволокли в допросную и растянули на дыбе, Андрей увидел избитую здоровенными охранцами Нессу, подвешенную к крюкам за большие пальцы рук, а затем в допросную вошел Шани: не земляк, которого Андрей спас от смерти в заснеженном поле и вытаскивал из глубин отчаяния потом, нет – местный шеф-инквизитор, непробиваемо спокойный, циничный и не верящий ни единому слову.