Оторва 13 (СИ) - "Ортензия" (книги бесплатно читать без .TXT, .FB2) 📗
Он посадил меня на табуретку на кухне, сел напротив и сказал:
— Коротко и по существу. Что здесь произошло?
Каренин и Истомин расположились по обе стороны от полковника и тоже вперились в меня взглядами. Особенно Каренин, который часто моргал, разглядывая мой пиджачок с наградами.
Менты особо не пострадали, если не считать синяков и шишек, да у капитана осталась борозда на лбу в виде царапины. Так-то ничего особенного, но крови брызнуло немало. На счастье, никто не порезался стёклами, кроме сержанта, который застрял в дверях, да и там тоже скорее царапина через всю шею.
Врачи скорой обработали ранки и увезли с собой Марину и капитана, который, как оказалось, являлся её родным папочкой, что сразу восстановило картину происшедшего, хотя вопросы к Каренину у меня остались.
Нас развели по разным помещениям, и, пока майор пытался разобраться со своими подчинёнными, вояки решили узнать у меня подробности.
— А потому что со своими бабами разбираться нужно вовремя, — ответила я, глядя на Каренина. — Откуда у этой стиральной доски ключи от твоей квартиры?
Каренин оторвал взгляд от пиджака и попытался сфокусировать его на моём лице.
— Вероятно, унесла с собой, — неуверенно сказал он, — но мы с ней расстались до тебя.
— Разумеется, до меня, — согласилась я, — а иначе я бы тебе уже всю башку расколупала. И вообще, я что, спросила, почему она унесла ключи с собой?
Они переглянулись. Причём все трое.
— А что ты спросила? — полюбопытствовал Истомин.
— Как ты вообще мог позариться на эту клушу? Ни рожи, ни кожи. Не привёл бы её в дом — и ключей бы у неё не было. И этого всего не было, — я образно обвела квартиру руками, — а если бы не бардак в квартире, который я изначально застала, то и менты навряд ли бы пострадали. Удивляюсь, что они вообще живые остались. Тут же шаг невозможно было сделать, чтобы не удариться обо что-нибудь.
— Так, — проговорил полковник, — стоп. Давайте вы свои семейные дрязги будете выяснять, когда мы уйдём, а сейчас меня интересует другое. Что здесь произошло? Кто избил милиционеров?
— Так я и рассказываю, — сказала я. — Как двое, что в комнате, пострадали, я не совсем уверена, но думаю, что дело было так: один, тот, что ворвался в квартиру, побежал на звук разбитого стекла, вот они у дверей и столкнулись и, возможно, приняли друг друга за противников. Свет в комнате в тот момент не горел.
У Корнелюка на лице появилось сомнение, да и Каренин на пару с Истоминым раскрыли рты, а я поспешила подкрепить свой рассказ фактами.
— А вот как пострадали толстый сержант и капитан — тут я была свидетельницей.
— Подожди, — произнёс подполковник, — а где ты была, когда они ворвались в квартиру?
— В ванной, — уверенно сказала я, — сами видите, только и успела, что замотаться в полотенце, ну и высунулась на звук. У меня даже волосы до сих пор мокрые, и я уверена, что товарищи милиционеры подтвердят: именно в таком виде они меня и застали.
Полковник глянул на Истомина и снова вернулся ко мне:
— Так ты сказала, что видела, как пострадали двое в коридоре?
— Точно, — кивнула я, — как раз высунулась из ванной, чтобы узнать, что происходит. Капитан вошёл в квартиру последним, а толстый сержант, увидев меня почти голой, замер на секунду и потом резко откинул голову назад. Помните, как Миронов это делал в фильме «Бриллиантовая рука»? В ресторане был момент, когда он затылком протаранил стену. Ну вот, — сказала я, увидев по глазам полковника, что он этот момент припомнил, — у толстого сержанта за спиной стены не было, а стоял капитан, вот он ему в лицо и зарядил своим затылком. Капитана отбросило в угол дверного проёма, где он ещё раз приложился головой, а потом упал на пол, стукнувшись в очередной раз, но теперь лбом об тумбу и затих. А сержант обвалился в коридоре перед ним. Видимо, и ему досталось сильно.
Полковник почесал свой лоб и сказал, чтобы я сидела и не вставала. Да я и не собиралась. Сам поднялся и вышел из кухни.
— А это у тебя откуда? — спросил Каренин, кивнув на мой иконостас.
Я тоже глянула на награды и, убедившись, что они смотрятся замечательно, перевела взгляд на Истомина. Мне даже показалось, что он уже приготовился слушать о необычайных похождениях Бурундуковой, и буркнула:
— Служу Советскому Союзу.
На рожи офицеров смотреть без смеха было невозможно, и я сама не поняла, каким образом осталась сидеть с серьёзным лицом.
Полковник явился буквально через минуту в сопровождении майора милиции и, остановившись в дверях, спросил:
— Ты с ними разговаривала через дверь?
— Я? — я произнесла это таким удивлённым голосом, что если бы в этот момент на меня смотрел Фокин, то принял бы в артисты без остальных проб. — Нет, конечно. А они что, говорят, что я с ними разговаривала? Да я просто лежала в ванной и пела, вот они, вероятно, и подумали, что кто-то с ними болтает. Акустика.
Глава 40
А собственно, как выяснилось после, всё было смешно до безобразия.
Марина действительно жила с Карениным и всем представлялась его женой. Спали вместе, ели вместе — для меня это было полным кошмаром. Дамочек лучше не нашлось во всём Черноморском, кроме этого «коромысла»?
Собирались на отдых вместе, а когда Каренину отпуск обломился, Мариночка — сказка, а не девочка — забрала отпускные Каренина и поехала сама. А теперь, когда деньги закончились, вернулась в родное лоно, уверенная, что милый Женечка простит взбалмошную, а тут такой пассаж.
И эта полная дура ничего больше не придумала, как пожаловаться папочке. Наплела с три короба про любовь неземную, и отец, тоже нездоровое явление, взяв с собой сержантов, попёр на рожон, полностью уверенный в успехе.
Результат, как говорится, на морде лица.
Но самое непредсказуемое для капитана произошло, когда он вошёл в квартиру. Как я толстому в подбородок заехала, он не видел, а вот как голова сержанта в рожу ему прилетела — запомнил, чем и подтвердил мои слова. А Зубарев и вовсе лапочкой оказался. Не стал болтать про меня лишнее и сам подтвердил, что споткнулся об дверную ручку (двери-то на полу лежали) и попытался поймать равновесие.
Может, так и подумал, кто его знает на самом деле, но он так правдиво это рассказывал, что я и сама начала верить, будто совершенно не участвовала во всей этой вакханалии. Тем более что первый сержант и тот, который пролез через балкон, не смогли вспомнить, что с ними произошло. Слишком быстро всё было. Один в двери влетел, а второй искал, куда наступить, и самого удара не видел.
Вот и выходило, что я вроде как и ни при чём.
Полковник Советской армии пожал руку майору милиции. Чёрт его знает, о чём они болтали, отойдя от нас, но раз уж были друзьями, то и договориться могли.
В итоге нас оставили с Карениным вдвоём разгребать весь мусор. Хорошо хоть у него руки не из задницы росли: входную дверь он приладил на место, правда, временно вместо замка закрепил небольшой крючочек. Сервант поставил на ножки, и я сгребла всё битое стекло на середину комнаты.
Можно сказать, что первая брачная ночь прошла успешно: встретили мы рассвет, таская мешки с мусором на улицу.
Выглядели мы в тот момент как Гарин и Зоя. Но они хоть собирали моллюсков и устриц, а нам досталось битое стекло. Зато работали мы, как и персонажи книги Алексея Толстого, — молча, словно, как и они, получили полное, совершенное одиночество.
Я, конечно, себе первую ночь как-то по-другому представляла, но, учитывая, что Каренин получил пару дней выходных, подумала: наведём в квартире порядок, тогда и начну к нему приставать. Хотя, сказать по правде, я прекрасно знала, что он будет отбиваться как первокурсница, и потому у меня был план «Б».
Я легла на диване в комнате, а Каренин принёс от морячка раскладушку и забаррикадировался на кухне. Глупенький, я и не собиралась сразу брать его на абордаж, давая ему переспать со своими мыслями и подготовиться к тому, что у него есть возможность переспать с Героем Советского Союза. Когда ещё такое представится?
