Второй Шанс Старого Рокера 3 (СИ) - Стародубцев Денис (читаем книги бесплатно TXT, FB2) 📗
— Знаю, что решаемая, — он поцокал языком. — Ладно.
Он встал, пошёл в кабинку и минут пять там с Дэном о чём-то тихо разговаривал. Я не слышал. Потом вернулся.
— Ещё раз! — дал команду он в микрофон.
И вот этот дубль был другим.
Я не знаю, что он ему сказал. Но Дэн сыграл его уже намного лучше.
— Вот, — сказал Гоги. — Ещё раз так же!
— Зачем, если получилось? — спросил Рэм.
— Потому что один раз это может быть случайностью, — усмехнулся Гоги.
Дэн сыграл ещё раз, а потом ещё, и только на восьмом Гоги хлопнул по столу:
— Всё! Следующий!
Рэм, который всё это время сидел на полу в аппаратной, посмотрел на меня.
— Коль, — позвал он тихо меня. — Это всегда так?
Но в ответ я только улыбнулся.
Дальше пошла гитара. Я воткнулся в комбик, и мы начали.
Со мной он управился за двадцать минут и пару дублей.
— Третья струна у тебя садится, — сказал он после второго. — Да и вообще инструмент бы поменять надо.
— Знаю, — коротко ответил я.
— Так поменяй, — сказал он.
— Нет пока возможности, как только — так сразу, — добавил я.
— А ещё сними этот грёбаный пластырь! — фыркнул он.
— Будет кровь, — холодно сказал я.
— Будет кровь, — согласился Гоги. — Зато будет нужный звук.
Я снял пластырь.
— Вот, — довольно заявил Гоги. — Теперь слышно, что ты играешь именно так, как нужно.
Потом была Вика, и вот тут началось.
Сначала скрипка. Три дубля, и Гоги остановил на середине третьего.
— Ты что делаешь? — зарычал он.
— Играю, — коротко ответила она.
— Ты красиво играешь! — продолжил давить он. — Мне красиво не надо!
— А что надо? — спросила она, недоумевая, что звукарь от неё хочет.
— Не криво! — он нажал кнопку. — Давай ещё раз!
Она играла её ещё семь раз. На седьмом Гоги молча выключил всё и сказал: давайте попробуем вокал.
Вика встала к микрофону, надела наушники, и первые два дубля вообще не смогла допеть. На первом она сбилась в середине второй строчки. На втором — на первой.
— Я не могу, — сказала она в микрофон. — Коль, я не могу так…
— Пой, — сказал Гоги. — Хватит ныть!
Третий дубль она допела до конца. Гоги нажал кнопку.
— Я сказал петь в микрофон, а не орать в него, — он потёр лицо. — Девочка, слушай. Ещё раз и тише ровно вполовину.
Четвёртый… Пятый… Шестой…
На седьмом она заплакала. Прямо в наушниках, на последней строчке, и голос у неё поехал.
Гоги выключил микрофон и сказал мне:
— Вот это оставим… Тут хотя бы эмоция есть, а остальное допишем.
Она немного успокоилась, и мы продолжили.
Девятый… Десятый…
На одиннадцатом Гоги остановил её на середине, сказал подождать и минут десять сидел молча, слушая в наушниках то, что уже было. Потом снял их.
— Так, — сказал он. — Всё к чёрту.
Я повернулся к нему.
— В смысле? — спросил удивлённым голосом.
— В прямом, — он подвинулся к компьютеру. — Вокал весь удаляю! Одиннадцать дублей мусора!
В аппаратной стало тихо.
— ЧТО⁈ — Рэм вскочил с пола. — Как удаляешь⁈ Она ж пела там всё это время! Да там же нормально было!
— Нормально для вас, — недовольно фыркнул Гоги. — Такое «нормально» мне нахрен не надо.
Он нажал кнопку связи с кабинкой.
— Девочка! — Вика за стеклом подняла голову. — Всё, что ты пела, я выкинул.
— И-и что мне делать?
— Выйди, — предложил Гоги. — Выйди из комнаты, сходи попей воды, посиди пять минут.
— Да не надо мне, блин, никакой воды! — взбунтовалась наша рыжая скрипачка. — Я только что тут столько сил и эмоций оставила, а вы просто взяли это и удалили! Да не буду я больше ничего петь. Какой смысл, если это всё просто удаляется?
Гоги вообще даже не повёл бровью на её лёгкую истерику.
— Сходи, говорю, попей воды… — сухо повторил он.
— А потом? — буркнула она. — Что потом?
— А потом придёшь и споёшь её уже нормально! — буркнул он.
Он отпустил кнопку, откинулся в кресле и закрыл глаза. Я стоял рядом и молчал.
Рэм встал рядом со мной и прошептал:
— Коль, он больной?
— Нет, — сказал я.
— И тебе нормально⁈ Он же её мучает! — заявил рэпер и указал пальцем в спину Гоги.
Я посмотрел на пульт, где дорожка вокала теперь была пустая.
— Мне нормально, — утвердил я, не показывая, что согласен с его порывом эмоций. Так как я в целом и не был согласен.
Гоги открыл глаза.
— Пацан, — обратился он ко мне. — Сходи с ней, а то, может, она вообще сбежала? Надо будет новую искать, если эта не справится… Ну или сворачивать ваш проект.
В коридоре было темно, горела одна лампа над дверью в тамбур. Вика стояла, прислонившись к стене, и держала в руках стакан воды, из которого не сделала ни глотка. Она не ревела, но была в полушаге от этого.
Рэм вышел за мной, и он был на взводе.
— … Да он просто самодур, Вик! — говорил он. — Это же издевательство какое-то! Коль, ну так нельзя!
— Как нельзя? — спокойно спросил я.
— Ну вот так! — он развёл руками. — Он грубит, орёт и удаляет целые части, которые записаны хорошо. Он сумасшедший, и нахрен мы вообще сюда пришли?
Я всё выслушал. Пусть выговорится. Вика всё так же молчала.
— А теперь, если ты закончил, — сказал я, глядя на него. — Теперь оба меня послушайте.
Они замолчали, а я прислонился к противоположной стене.
— А вы что думали, когда ехали сюда? — спросил я.
— В смысле? — удивился рэпер.
— В прямом, — сказал я, смотря на Вику. — Вот ты сегодня утром ехала сюда. Ты как себе представляла, что тут будет?
Она и дальше молчала.
— А ты, Рэм? — я перевёл свой взгляд на парнишку.
— Ну… — он пожал плечами. — Ну нормально, чтобы всё прошло. Приехали, поиграли, записались — и песня готова.
— Ау, Рэм! — я щёлкнул пальцами у него перед носом. — Проснись. Ты вообще слышал, что тут происходит? Этот человек так делает не потому, что хочет поиздеваться. Он видит в вас потенциал и хочет выжать максимум! Если бы ему было похрен, то мы бы всё с первого раза записали, но кому такая песня нужна? Это нормальный процесс.
Рэм опустил глаза, а Вика продолжила смотреть куда-то на дно своего стаканчика с водой.
— Снимите вы наконец розовые очки, — сказал я. — Вы первый раз на студии. Вы вообще не представляете, как это делается, и это нормально, никто и не должен представлять. Но вы почему-то решили, что вас тут будут хвалить? Что всё будет легко и весело? Это так не работает.
К нам в коридор вышел Дэн.
— Что за споры и без меня? — спросил барабанщик.
Я перевёл взгляд на него, но не ответил.
— Прямо сейчас каждый из вас решает одну вещь, — сказал я. — Либо вы заходите обратно в эту комнату и делаете всё, что он скажет, столько раз, сколько он скажет, либо вы уходите домой и больше сюда не возвращаетесь вообще. Если у нас на старте такая проблема, то что будет дальше?
Вика моргнула.
— Как это — не возвращаемся? — спросила она.
— Так, — сказал я. — Совсем.
— К-Коль, ты чего, — Рэм нервно засмеялся. — Ты нас что, выгоняешь?
— Нет, — сказал я. — Вы сами себя выгоняете, раз не хотите учиться у настоящего профессионала своего дела. Решайте, короче, сами.
Я оттолкнулся от стены.
— Никто никого тут не держит, — сказал я. — Крепостное право отменили сто шестьдесят лет назад.
Из аппаратной донёсся голос Гоги:
— Эй! Вы там долго ещё сопли жуёте⁈
— Идём! — крикнула Вика, сделав наконец-то глоток из своего стакана. — Пойдёмте закончим с этим!
Она бросила стакан в урну.
— Вот! Такой настрой мне нравится! — сказал я.
Рэм что-то буркнул себе под нос, но шёл с нами и в открытую больше не протестовал.
— Я готова, — сказала она, когда мы зашли в аппаратную.
Гоги развернулся.
— Точно? — спросил он.
— Точнее быть не может! — уверенно сказала она. — Давайте уже быстрее приступим!
— Хороший ответ, — он кивнул на кабину. — Иди тогда к станку.