Оторва 13 (СИ) - "Ортензия" (книги бесплатно читать без .TXT, .FB2) 📗

Прасковья Дмитриевна тоже отреагировала на наши голоса и, остановившись на пороге кухни, вопросительно глянула.

— У вас опять от меня секреты? — спросила она.

— Мать, мать, мать, — проговорил Илья Спиридонович, поморщившись, — ну какие у нас секреты? Просто обсуждаем.

— Что обсуждаете? — тут же потребовала объяснений Прасковья Дмитриевна.

— Так, мать, перестань, — ответил Илья Спиридонович и мягко вывел свою любимую за пределы кухни. — Это важно, и потом я тебе всё объясню, но во время нашего разговора мне не нужны лишние вопросы, поэтому постой здесь.

— Я вообще-то пообедать хочу, — возмутилась Прасковья Дмитриевна и попыталась прорваться обратно на кухню.

— Обедать? — переспросил Илья Спиридонович. — Ладно. — Он перевёл взгляд на мою чашку, сиротливо стоявшую на столе: — Ева, идём к тебе.

Не совсем то, чего желала Прасковья Дмитриевна, но сказать, что она привыкла обедать в моей комнате, ей на ум не пришло.

Илья Спиридонович, едва я устроилась на диване, сразу плотно закрыл дверь и уселся напротив в кресло.

— Мы опять возвращаемся к… — он замолчал, прикидывая, как лучше выразить свою мысль. Размышлял не меньше минуты, после чего продолжил, так и не сообщив, к чему возвращаемся: — Ты ведь уже знаешь, что в это воскресенье над мотокроссом опять летало нечто?

— Ага, — согласилась я, — Люся доложила.

— Ты как себя, кстати, чувствуешь? — спросил он. — Кажется, гораздо лучше?

Опомнился. Чувствовала бы себя плохо — лежала бы на диване, скрутившись бубликом, а так да, по сравнению с первыми днями можно сказать: превосходно.

Не стала отвечать, а просто махнула рукой. Мол, и так прокатит, беспокоиться не о чем.

— Ты бы не могла… — Илья Спиридонович почесал затылок, — как бы это точнее выразиться… сузить поиск или ещё каким-нибудь образом определить места его возможного базирования?

— А вам зачем? — полюбопытствовала я. — Если уже определились, что детей этот птеродактиль не отлавливает и в пищу не употребляет, ну и пусть себе летает на свободе. Зачем его в клетку сажать?

— Ева, ну ты ведь должна понимать: пока такое огромное существо летает над городом, недолго и до беды. Люди ведь всё равно нервничают и требуют ответов от правоохранительных органов, и в частности от меня. Мне нужно дать интервью собственному корреспонденту «Комсомольской правды», и статья пойдёт ещё и в центральную прессу. Ты не представляешь, сколько профессуры собралось посетить наш город, и желают взглянуть на живого… — он замолчал.

— А он улетел, — я улыбнулась, — я ещё вчера вечером это увидела. Здесь он был проездом. И всё, улетел.

— Куда? — удивлённо спросил Илья Спиридонович.

— Ну как куда? — сказала я, делая серьёзное лицо. — В Крым, там тепло, там яблоки. А потом дальше, в тёплые страны.

Надо было видеть гримасу на лице товарища подполковника. У ребёнка такая обычно появляется, когда у него отбирают любимую игрушку.

— А вы как думали? — продолжила я. — Лето идёт на убыль, а эта птичка теплолюбивая. Да ещё её тут целой толпой пытаются поймать, вот и махнула подальше.

Илья Спиридонович глянул на меня совершенно недоверчиво, вздохнул и ушёл в прихожую. Повозился, издавая шум медведя в берлоге, но, как оказалось, только обувь снял и протопал на кухню.

Не прошло и десяти минут, как явились новые гости. Я уже и кофе выпить успела, и даже в сон стала проваливаться, когда раздался звонок.

Я не шевельнулась, прикинув: если со мной кто и захочет поговорить, то дорогу найдёт. Так и вышло.

Двери открылись, и Прасковья Дмитриевна сообщила, что меня желает видеть Наталья Валерьевна.

Захотелось ответить что царь потчевать не желает, а наоборот. Закрыть глаза и ни о чём не думать. Но не отвяжется ведь.

Только вздохнуть и осталось, учитывая, что она обещала сегодня сообщить день отъезда. То есть пора было собирать чемоданы.

Наташа поблагодарила Прасковью Дмитриевну, вошла в комнату и плотно прикрыла дверь, после чего глянула на меня как-то по-заговорщицки.

Она не стала садиться в кресло, а устроилась рядом со мной на диване и тихо произнесла:

— Ева, мне срочно нужно твоё нестандартное мышление.

— Чего? — переспросила я.

— У тебя оно есть, — подтвердила Наташа, — я-то уж точно это знаю. Вот мне очень нужно, чтобы ты его сейчас применила.

Я приподнялась на подушках.

— Слушаю.

— Тут такое дело, — начала издалека Наташа, — час назад сообщили, что приблизительно в ста километрах от Кишинёва была замечена огромная птица, которая передвигалась по воздуху с неимоверной быстротой.

Я глянула на Наташу исподлобья. И она туда же.

— И что? — спросила я. — Вы тоже пытаетесь её изловить?

— А кто ещё? — поинтересовалась Наташа.

— Профессура — и наша, и зарубежная, — ответила я. — Илья Спиридонович тоже об этом мечтает. Только даже не представляю, каким образом могу вам помочь. Я даже ни разу не видела этого птеродактиля.

— Это не совсем птеродактиль, — заметила Наташа, — вероятнее всего, это большая или большие летучие мыши. Возможно, только одна, но у меня появилось подозрение, что их гораздо больше. И генетики, антропологи считают, что это прирученные мыши. Кто-то научился их выращивать в домашних условиях или создал лабораторию.

— Так это ещё и не доисторическое животное, — ухмыльнулась я.

— Это не важно. Доисторическое оно или нет.

— Всё равно не понимаю, вам какая разница? — ответила я. — Пусть генетики и занимаются. Где мыши и где Комитет государственной безопасности?

Наташа поёрзала на диване.

— Не в этом дело, — ответила она спустя минуту, — ты можешь поставить себя на место того, кто их выращивает? Как тогда в самолёте. Ты ведь говорила, что смогла посадить себя на место пилота, и потому всё получилось. Мне очень важно первой добраться до него. Ты можешь попытаться мне помочь?

Только не сказала, что это в интересах государственной безопасности. И я, честно говоря, вообще не понимала, почему они возбудились так по поводу якобы летучих мышей. Ну летают себе, и что дальше? На людей не нападают. Амурский тигр каждый год убивает энное количество граждан, не говоря о домашних животных, но его ведь никто не пытается в клетку запереть, а, наоборот, следят, чтобы популяция не вымерла. Медведи — то же самое, а тут мышкой заинтересовались.

Чуть не решилась выдать ей секрет местного динозавра, но в последний момент передумала. Она меня — в Москву, а я ей — технологии XXI века. Переживут как-нибудь, к тому же с моим отъездом и полёты прекратятся. Через месяц все дружно забудут небольшой инцидент.

И жаль, конечно, что кто-то из отдыхающих глазастым оказался. И не только глазастым, но и стукачом.

Я пожала плечами и отрицательно покачала головой.

— Совершенно не представляю, для чего кому-то разводить мышей, — ответила я. — Признаюсь, я их недолюбливаю и точно бы этим не стала заниматься. Фу, мерзость. Да и как вы себе представляете? Ручные летучие мыши! — я хихикнула.

Наташа подёргала себя за мочку уха, я даже подумала: сейчас серёжку оторвёт.

— Я тебя не тороплю, — сказала она, поднимаясь, — но если что-то в голову придёт, сразу сообщи. Номер телефона не потеряла?

Я заверила, что не потеряла, и спросила:

— Мне вещи укладывать или как?

Наташа кивнула.

— Да, — ответила она, — мы до двадцать пятого августа, что бы ни случилось, должны быть в Москве.

Ну, хорошо хоть сроки обозначила. Значит, вполне можно было успеть ещё раз прокатиться к Чёртову когтю. Ну не будут ведь обкладывать весь лесной массив в поисках летучей мышки.

Глава 24

Старший лейтенант Куропаткин Андрей прошёл вглубь казармы и заглянул в бытовку. Увидев своего сослуживца, лейтенанта Санду, сидящего в раздумьях, Куропаткин поздоровался и спросил:

— Игорёк, а ты чего такой смурной?

— Да задолбали эти московские комитетчики уже, — отмахнулся Санду. — А ты что, уже из отпуска и сразу на сутки?