Курочка, открой дверь (СИ) - Лазарев Михаил Петрович (первая книга .TXT) 📗
![Курочка, открой дверь (СИ) - Лазарев Михаил Петрович (первая книга .TXT) 📗](/uploads/posts/books/103851/103851.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Курочка, открой дверь (СИ) - Лазарев Михаил Петрович (первая книга .TXT) 📗 краткое содержание
«Остаток ночи Прохор провёл сидя на крыльце, привалившись спиной к перилам и не сводя глаз с курятника. Но больше ничего не происходило. Шумел листвой ветер, качалась на петлях калитка, по небу на север позли тучи…»
Простой человек или коварный злодей, правосудие или анархия? Существует ли справедливость? Сложные фундаментальные вопросы раскрываются в данном произведении под совершенно неожиданным углом.
Курочка, открой дверь (СИ) читать онлайн бесплатно
Annotation
«Остаток ночи Прохор провёл сидя на крыльце, привалившись спиной к перилам и не сводя глаз с курятника. Но больше ничего не происходило. Шумел листвой ветер, качалась на петлях калитка, по небу на север позли тучи…»
Простой человек или коварный злодей, правосудие или анархия? Существует ли справедливость? Сложные фундаментальные вопросы раскрываются в данном произведении под совершенно неожиданным углом.
Copyright © Михаил Лазарев 2019
Михаил Лазарев
Между небесами и преисподней
Пёс
Милиция
Беда
Прощание
Казаки
Контакт
Курочка, открой дверь
Пробуждение
Гости
Ещё гости
Разговоры
Прибытие
Начало
Ради всеобщего блага
Багровый ангел
Побег
Володька
Во имя господа нашего
Дети
Долгая счастливая жизнь
Alea Jacta Est
Конец
Михаил Лазарев
Курочка,
открой дверь
Между небесами и преисподней
Между небесами и преисподней, на бескрайних просторах зелёного холма стоит хата. Хата просторная, с наличниками на окнах и трубой, огороженная невысоким, но крепким забором, выглядит добротно. Есть и для скотины сарай, и для инструмента, и загон небольшой, и курятник. Всё построил мужик, сам. Звать мужика Прохор. «Густо замешан да крепко выпечен», — говорили про Прохора. Высокий и широкоплечий, немногословный, но дружелюбный. По хозяйству не ленился и соседям помогал не раз. Жил далеко не бедно, но достатком не кичился.
Жил Прохор не один — с женщиной и двумя детками. Детки, Лёша да Маша, были не его, но почитали за отца. Женщина — Наталья — некогда являлась вдовой и наружности была весьма милой. О прошлой жизни говорить не любила, а Прохор особо и не спрашивал. Жили вместе они не первый уже год, и уже не второй и не третий. Казалось, во всём друг дружку устраивали, сильно ни разу не ссорились. Наталья была скромной, в быту толк знала, за домом и огородом следила, готовила сытно и вкусно, детки всегда благообразны и не избалованы, Прохор вниманием не обделён. В ответ и Прохор относился к ним с заботой и уважением. Сам он тоже был когда-то женат, но погибла жена в пожаре в прежнем его доме давным-давно.
И вроде всё шло своим чередом, неторопливо, но уверенно. Корова да козы давали молоко, конь изрядно таскал и плуг, и телегу, порося и кроли прибавляли в весе, картофель и прочие лезли из земли в изобилии. Детки тоже подрастали и не чурались работы. Вот только куры…
Кур у Прохора было немало, штук 40. Двух пород — мясная и яичная. И началось с ними что-то неладное. Куры стали пропадать. По одной-две в неделю. Заметили беду не сразу — не каждый же день их считать, но в воскресенье утром не вышел на выгул один петух. Детки заметили. Сначала сами пытались отыскать, излазили весь курятник и в округе посмотрели, но петушка не нашли. Прибежали в дом, рассказали Прохору с Натальей. Отправились на инспекцию все вчетвером. Действительно — петушка не хватает. И в курятнике нету, и у скотины в сарае, ни в компостной яме, ни в выгребной. Даже в доме проверили — нигде нет. Озадачился тогда Прохор, пересчитал кур. Кур оказалось 36 — совсем нехорошо. Убежать могли, конечно, но раньше ведь не сбегали. Да и загон у них добротный, и курятник — не сбежишь особо. Стал Прохор кур считать регулярно. Спустя 4 дня кур стало 34. А ещё через 6 дней — 33.
Пёс
Внимательнейшим образом обследовал Прохор курятник и загон. Никаких следов проникновения, или взлома, или ног, или лап. Поставил Прохор капканов различных в изобилии, на дверь курятника привесил крепкий замок. Цепь для пса удлинил, чтобы до курятника с запасом хватало. А Пёс цепной был отменным и большим. Беспощадно лаял на чужого, кто смел приблизиться к хате, но без команды никогда не нападал. Шерстью был мохнат и богат острыми зубами в пасти. «Стереги моих кур», — говорил ему Прохор каждую ночь, и Пёс стерёг. Да только в конце очередной недели нашёлся преданный сторож за курятником больной, обессилевший и весь седой. Капканы стояли на месте и выглядели нетронутыми, замок был крепко заперт. Кур осталось 30.
«Что же случилось, Пёс?» — спрашивал Прохор пса. Но тот лишь слабо поскуливал и не мог пошевелить ни единою своею лапою. На теле его не нашлось ни царапины, ни другой раны, только шерсть была бела как снег, а в глазах стояли слёзы и читался животный страх.
К обеду Пёс, казалось, оправился и исправно ел суп из своей миски, виновато поглядывая на хозяина. Но Прохор не винил Пса. Не раз они на пару ходили на кабана и лося, и никогда Пёс не трусил. Всегда он был возле, неистовым лаем своим способный запугать даже ошалевшую кабаниху или даже кинуться на медведя, спасая хозяина. Да и шерсть опять же. Значит, дело с курами было ой как нечисто. С приходом вечера Пёс долго и тоскливо смотрел на катящееся за горизонт солнце, а с наступлением темноты забился в самый далёкий угол своей будки и не вылезал до рассвета.
Милиция
Десяток кур — это уже совсем не шутки. Вызвал Прохор из районного отдела милиции участкового Володю. Участковый был молодым парнем, но весьма толковым. С хуторянами ладил, в каждой проблеме разбирался с усердием. На своём стремительном велосипеде явился на второй день после звонка, всё выслушал внимательно. Осмотрели они на пару с Прохором курятник, загон, для скота сарай. Осмотрели вокруг дома и сам дом. Осмотрели огород. Даже лесок неподалёку осмотрели. Ничего подозрительного. Даже глазу зацепиться не за что. Но ведь десять кур — не шутки. И Пёс. Пёс в прошедшие два дня совсем сник, ел плохо, не лаял по своему обыкновению, из конуры ночью не показывался. Решил Володька загостить пару дней. Прохор был не против. К тому же Наталья и детки не на шутку перепугались из-за Пса, а с милиционером оно как-то спокойнее себя чувствуешь. Всё таки их обучают этому делу.
В тот же самый день повесил Прохор над курятником лампы — четыре штуки. Теперь из окна в кухне всё было видно как на ладони: и сам курятник, и порядка пяти-шести метров вокруг. Володька предложил натянуть тонкой лески и сделать сигнализацию из привязанных к леске железяк. Так и поступили — лишним не будет. Железяки приладили прямо под окном, чтобы слышно было. Испытали — работает на славу. Решили пару ночей посидеть на кухне, будто в засаде. В дальнем углу оставили свечу, так, чтобы можно было едва различать предметы, но и с улицы увидеть, что происходит внутри, было почти невозможно. Сидели, пили чай, говорили вполголоса про житьё-бытьё.
Володька сам оказался из большого города. После армии пошёл он в милицию, по стопам отца. Но долго в городе не задержался. Как это бывает — арестовал не того, кого начальство разрешает, и кого начальству разрешают. Сослали тогда Володьку от греха подальше в район. Но он вроде как и не жалел. Тут проще всё, честнее. Так вот уже четыре года служит службу, притёрся вроде как, и даму сердца себе отыскал, может, и жениться уж пора. Ну да там видно будет.
Рассказал он Прохору, что после звонка навёл справки, поговорил с местными. Ни у кого скотина не пропадала, в дом чужие не залезали, в огород тоже. Вообще никого подозрительного в округе не видели. Позвонил затем начальству — узнать, не сбежало ли кого из колонии-поселения в шестидесяти километрах от хуторов. Ответили, что никто не сбегал, сообщений не поступало. Поделился Володька мыслями, что, может, зверь это или недоброжелатель из соседей. Прохор подозрения отмёл. С соседями в дружбе. Да и опять же, ни зверь, ни сосед такого с Псом сотворить не смог бы. Пёс и сам зверь похлеще многих. Составили планы на утро.