Пассажирка (СИ) - Серебрянская Виктория (библиотека электронных книг .TXT, .FB2) 📗
Я ошалела от этих слов. Растерялась, не зная, что ответить. И надо ли вообще что-то отвечать. Внутри меня царил какой-то раздрай. А в каюте между тем стало совсем тихо. Даже гипердвигатель, казалось, замер в ожидании моего ответа.
— Я не прошу тебя спасать меня, — не дождавшись моей реакции, грустно усмехнулся Дариан одними уголками губ. — Я прошу тебя быть моей. Здесь. — Он коснулся пальцами моего виска, провел по щеке, словно не веря, что она живая и теплая. — Чтобы все знали. Чтобы ты стала моей парой. Официально. Навсегда.
Он вдруг уронил голову мне на плечо, и я почувствовала, как его тело сотрясает крупная, беззвучная дрожь. Дариан стиснул челюсти так, что желваки заходили ходуном, но не проронил ни звука. Только дыхание стало рваным, горячим, опаляющим кожу сквозь одежду. Пальцы вцепились в меня до боли, до белых пятен под ногтями, наверняка оставляя после себя синяки. Он был весь как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. На миг мне даже стало страшно, что арлинт не выдержит… Но Дариан всегда был сильным. И сейчас тоже нашел в себе силы взять себя в руки. Вот только то, что я услышала от него…
— Будь моей парой, Аглая. — Голос шептал, хрипловатый, сбитый, чужой и одновременно самый родной. — Будь. Пожалуйста. Потому что без тебя тот мир, куда мы летим... Мне ничего без тебя и Марка не нужно: ни карьера, ни власть, ни… жизнь.
Эпилог
Эпилог
— Агги, ты чего? Поторопись! — хмуро окликнул меня Дариан, когда я замешкалась на выходе из шлюза. А я в этот момент лихорадочно обшаривала взглядом док космопорта Арганадала, с которым состыковался доставивший нас сюда крейсер. Не знаю, что конкретно я искала: то ли сына, который бросится мне на встречу с криком «Мама!..», то ли стражей правопорядка столицы Альянса, пришедших нас арестовать. Но ни того ни другого не находила.
Пространство было пустым. Ну то есть вообще пустынным: не было суетящихся техников, не было военных, не было даже оборудования для проверки пришвартовавшегося корабля. Словно мы ненароком залетели в необжитой ангар. Это пугало и настораживало.
Я бросилась догонять Торна почти бегом. А когда настигла ожидающего меня арлинта, с тревогой выдохнула:
— Что-то произошло? Где… все?
Спросить, где Марк, у меня не хватило смелости. Но Дариан и сам догадался, хмуро свел светлые брови на переносице:
— Мы перестраховались, и Кин отправил родителям сообщение, чтобы сидели в загородной резиденции и носа оттуда не высовывали. Там огромная необжитая территория под наблюдением. Прошмыгнуть незамеченным практически нереально. А вот если бы они приехали нас встречать, могли быть провокации. Да и нас было бы гораздо проще отследить. А нам этого не нужно. До тех пор, пока Кин не объявит о своей отставке официально и пока ты не пройдешь модификацию, нам лучше побыть неуловимыми.
Все это Дариан быстро проговорил мне на ходу, крепко удерживая меня за локоть и почти таща за собой на буксире. И это было к лучшему. На последней фразе я непроизвольно вздрогнула и споткнулась. И только благодаря тому, что Торн крепко держал меня за руку, он успел меня поймать и не дал опозориться, пропахав носом бетонное покрытие. А все потому, что я очень боялась процедуры модификации генома. Но мне без нее было не обойтись…
Вот кто бы подумал, что изобретение безумного ученого-генетика, мечтавшего отомстить тем, кто не понял его гения, не оценил его самого, однажды встанет на службу Альянсу, его самому злейшему врагу! А между тем, модификанты, пройдя длинный путь от изгоев, подлежащих безусловному уничтожению, до полноправных граждан Альянса, теперь встречались на всех планетах, во всех социальных и политических прослойках. Теперь модифицирование генома применялось, пусть и не повсеместно, но достаточно часто для достижения самых разнообразных целей: от лечения тех, кто страдал от неизлечимых болезней и которым традиционная медицина была бессильна помочь (увы, хоть и редко, но такое встречалось и в наши дни), до случаев, похожих на мой. Когда один из двух партнеров обладал значительно меньшим сроком жизни, но при этом так или иначе мог принести пользу обществу.
От меня польза была опосредованной: сама по себе я не представляла никакой ценности: пилот-недоучка с криминальным шлейфом в прошлом. Но я была важна для высокопоставленного арлинта, была матерью его сына. И потому мне было жизненно необходимо модифицировать геном. Чтобы Дариану не пришлось хоронить меня лет через сто, а это на данный момент был граничный срок жизни землян, а потом самому еще жить лет триста пятьдесят, тоскуя по утрате.
Пока Дариан меня ждал, пока я его догоняла, нас обогнали по пути вдова Мирабель с доктором и Адриан с секретарем. И если наследник аграрной империи шел хоть и быстро, но с несомненным достоинством, то вдова почти бежала. Но при этом нещадно понукала несчастного доктора Вальера. Я тихо хмыкнула, провожая их взглядом и наблюдая, как Мирабель, будто надсмотрщик понукает медика идти быстрее, подталкивая его в спину. А достойный доктор едва плетется: то ли он уже успел проклясть всех демонов космоса, что связался с киллой, то ли наше маленькое приключение дорого ему далось.
Следом за ними, стараясь не отставать, шли супруги Варга. Старики выглядели совсем крошечными и какими-то бесцветными в этом огромном, пустом ангаре. Они шли под руку, тесно прижавшись друг к другу, словно боялись, что в этой стерильной тишине их может разлучить малейший сквозняк. В их глазах не было возмущения или любопытства — только бесконечная усталость людей, которые слишком много видели на своем веку и теперь мечтали лишь о мягкой постели и тишине, в которой не будет слышно гула реакторов.
Вскоре, мы с Дарианом к этому времени едва ли прошли половину расстояния до выхода из помещения, нас нагнал Ворн, тянущий за собой на прицепе Келена. Я с любопытством покосилась на блогера: цел, нет даже тени от синяков. Но глаза круглые от шока. И смотрят перед собой в пустоту.
— Не жалей его, — тихо обронил мне на ухо Дариан, перехватив мой взгляд. — Его никто и пальцем не тронул. Только побеседовали на предмет того, что можно, а что не стоит сливать в галанет. И поверь, если бы это не было сделано, все наше грязное белье уже было бы достоянием общественности. Ты ведь уже видела пример его действий, поставивший под удар нашего сына.
После упоминания Марка все сочувствие к Келену во мне умерло, словно его и не было.
— Эй! — вдруг долетел до нас раздраженный голос Адриана. — Какого демона здесь происходит? Почему заперта дверь? Мы что, пленники?..
Возмущенный крик Адриана еще звенел в пустоте ангара, когда от корабельного шлюза донесся отчетливый стук трости о бетон. Неторопливый, размеренный и негромкий, он мгновенно заставил всех замолчать.
Старфф словно материализовался из холодного воздуха и полумрака. В этом стерильном освещении космопорта он казался еще старше и суше, чем на мостике своего крейсера. Адмирал неторопливо пересек пространство ангара и остановился возле нас, в нескольких метрах от сгрудившейся группы. И окинул всех взглядом, в котором не было ни грамма сочувствия.
— Вы не пленники, господин наследник, — проскрипел он, едва заметно кивнув Адриану. — Вы —носители ценной информации, которая стоит дороже, чем вся ваша аграрная империя вместе с ее посевными площадями. А за пределами этого ангара… ценность информации имеет свойство падать, если ее обладатель внезапно перестает дышать.
Адмирал обернулся к помощнику, который возник за его плечом, держа в руках стопку тонких планшетов.
— Впереди — новая жизнь, — Старфф снова посмотрел на нас, и на этот раз его взгляд задержался на Келене, который под этим весом словно стал еще меньше. — Но, чтобы в нее войти, нужно оставить старую здесь.
Он взял один из планшетов и лично протянул его вдове Мирабель.
— Это подписка о неразглашении. Полная. Абсолютная. Пожизненная. Все, что произошло на борту «Селестии» и после, до этой минуты, все подробности нашего «круиза», имена, лица и технические детали — этого больше не существует. Для остального мира вы просто потерпели крушение и были спасены патрульным крейсером.
