Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2 - Соул Джин (книги серия книги читать бесплатно полностью .txt, .fb2) 📗
![Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2 - Соул Джин (книги серия книги читать бесплатно полностью .txt, .fb2) 📗](/uploads/posts/books/127163/127163.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2 - Соул Джин (книги серия книги читать бесплатно полностью .txt, .fb2) 📗 краткое содержание
Небесный дворец встретил Ху Фэйциня настоящим хаосом и ужасной опасностью. Тот, кого некогда звали Господином-с-горы, должен найти способ предотвратить войну двух миров. Но кто поможет ему? Ху Вэй? Загадочная Тьма, о природе которой Ху Фэйциню ещё предстоит узнать? Или странный голос из темноты, назвавшийся Лао Луном? Кто из них друг, а кто враг – решать только ему самому.
Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2 читать онлайн бесплатно
Джин Соул
Девять хвостов бессмертного мастера
Том 2
![Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2 - i_001.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/8/6/7/9/5/8/867958/1701895845/i_001.jpg)
Лисьи меры длины
Лисы измеряют предметы на лисий лад, и нужно заметить, что измерения эти не так уж и точны, потому что у каждой лисы своё собственное мерило.
Лисий коготь – 1,5 см.
Лисий палец – 3 см.
Лисий хвост – приблизительно 1 м, но иногда 1,5 м или даже 2 м, смотря какая лиса.
Лисий чжан – длина лисы от носа до кончика хвоста, приблизительно 2,5 м.
Лисья пядь или лисья пятка – длина, равная отпечатку лисьей лапы, приблизительно 5 см. А ещё лисьей пяткой измеряют площадь.
Давайте решим несложную лисью задачку, чтобы проверить, хорошо ли вы теперь разбираетесь в лисьих мерках?
Задача от Недопёска, который плюхнулся лисьим персиком в песок и оставил в нём ямку длиной 30 см и шириной 25 см. Какова площадь отпечатка лисьего персика в лисьих пятках?
[101] Возвращение в Небесный дворец
Богиня небесных зеркал нетерпеливо мерила шагами площадку Небесной лестницы. Небесный император спустился в мир смертных, чтобы вернуть Первого принца в Небесный дворец. Они уже должны были вернуться, но что-то их задержало. Лёгкая тень предчувствия омрачила её лицо.
А если с А-Цинем что-то случилось? Им ведь так и не удалось определить, в кого переродился Первый принц. Из некоторых людей вытянуть душу даже небесными чарами непросто: если он переродился чиновником или колдуном, или разбойником, душу придётся долго очищать от скверны смертности, прежде чем вынуть её. Некоторые души, – например принадлежащие хэшанам [1], – вынуть вообще невозможно: хэшаны настолько могущественны, что могут силой воли удерживать душу от вознесения. Лучше бы Первый принц переродился обычным человеком.
Императрица подумала, что постарается убедить Небесного императора не отсылать Первого принца обратно в мир смертных, а изменить изгнание на высылку в Нижние Небеса, где живут рядовые небожители, не приближенные к Небесному двору. Жизнь вне Небесного дворца тоже может считаться изгнанием и никоим образом не оспаривает Высочайшую волю.
Вернулся Небесный император. В воздухе у его головы плыл, раскинув руки и запрокинув голову, Первый принц, заключённый в духовную сферу.
– А-Цинь! – вскрикнула богиня небесных зеркал, бросившись к ним.
Небесный император остановил её жестом:
– Сначала войдём. Произошло кое-что непредвиденное. Не стоит никому об этом знать.
– А где стражники? – спохватилась императрица. – Вам пришлось сражаться в мире смертных?
Небесный император поджал губы и промолчал. Он казнил их по дороге в Небесный дворец: они видели и слышали слишком много.
В Южном цветочном павильоне, где жила императрица, в крыле, что занимал Первый принц до своего изгнания, Небесный император опустил бессознательного юношу на постель. Богиня небесных зеркал тут же бросилась к нему. Первый принц был в глубоком обмороке, его пульс и дыхание едва ощущались.
– Что с ним произошло?
Небесный император тщательно затворил двери и сказал негромко:
– Он переродился в мире смертных, но не в человека. Поэтому мы не видели его в небесном зеркале.
– В кого же он переродился? – испуганно спросила богиня небесных зеркал.
– В лисьего демона.
– Что?!
– Тихо, тихо! – недовольно сказал Небесный император. – Я сосчитал его хвосты, их всего восемь, так что ничего страшного, девятихвостым лисом он стать не успел.
– У него же нет хвостов?
– Они запечатаны человеческим обличьем.
– Но как А-Цинь мог переродиться демоном?
– Я не знаю. Вечный судия может менять ранг перерождения, но демоны ему не подвластны. Первый принц переродился демоном по собственной воле. Другого ответа я не нахожу. Я не слишком хорошо знаю мир смертных, но известно, что живые существа могут перерождаться в призраков или демонов.
– Невозможно! – рассердилась императрица. – Его духовные силы очень близки к тем, что были у него до низвержения. Я не чувствую в нём Скверны.
Небесный император неохотно признал, что это так. Тело Первого принца переполняла духовная сила неизвестного происхождения, поэтому он не решился извлечь душу и принёс Первого принца на Небеса в том виде, в каком он пребывал в мире смертных.
– Позовёшь меня, когда он очнётся, – велел Небесный император. – После решим, что с ним делать. Его воспоминания уже должны были вернуться к нему.
Он бросил на Первого принца быстрый взгляд, покривился и вышел, несколькими хлопками в ладоши подзывая к себе слуг.
– Пришлите ко мне Третьего и Четвёртого циньванов [2], – распорядился он, широкими шагами направляясь в тронный зал.
Старших сыновей он вернул ко двору, когда выяснилось, что они учатся усердно и делают успехи в культивации. Они всячески ему угождали, надеясь, что однажды им удастся вернуться к прежнему статусу.
– Первый циньван вернулся в Небесный дворец, – объявил Небесный император, когда сыновья явились на зов.
Лица их вытянулись. Они меж собой поговаривали, как бы хорошо было, если бы младший брат сгинул в мире смертных безвозвратно, и обрадовались, узнав, что он затерялся где-то после перерождения.
– В ближайшее время проведём церемонию Становления, – продолжал Небесный император, кривя рот. – Но прежде нужно сделать кое-что. Пора испытать небесное оружие, которое я дал вам.
Они переглянулись. Поскольку Хуашэнь-хоу практиковала затворничество и не желала брать оружие в руки, Третий циньван получил небесный меч, Четвёртый циньван – небесный лук, и каждому было подарено по своре небесных молний.
– Я обнаружил в мире смертных гнездо Скверны, – сказал Небесный император, и его глаза холодно блеснули. – Вот что вы сделаете…
Он подозвал к себе сыновей и, понизив голос, отдал им распоряжения.
А в Южном цветочном павильоне Первый принц наконец-то открыл глаза.
[102] Ху Фэйцинь приходит в себя
Ху Фэйцинь пребывал в забвении, как ему казалось, бесконечно долго. На деле же прошло всего пять небесных часов. В мире смертных это равнялось примерно тридцати годам, на Лисьей горе время отмерило пять с половиной месяцев.
Придя в себя, он долго не открывал глаза. Голову разрывали наполнившие мозг воспоминания, смешивались с его лисьей памятью, искажали восприятие действительности. Он подумал, что если откроет глаза, то его попросту вырвет. Вернулось всё разом, и мозг не справлялся с таким объёмом информации. Лисья память и память небожителя грызлись, точно озверевшие, одна старалась вытеснить другую, а он тщетно пытался устроить их вместе, чтобы помнить всё и ничего не забыть.
Его всё-таки вырвало, едва он открыл глаза. Кто-то перевернул его на бок и подставил ему миску.
– После перехода так бывает, – донёсся до него отдалённый голос.
Ху Фэйцинь был ещё ослеплён небесными молниями и столпом вознесения, потому видел нечётко. Перед ним маячили разноцветные пятна – так он воспринимал действительность в первую четверть часа. Когда зрение прояснилось, он разглядел, что подле него находилась женщина со сбившейся набок причёской.
Он с трудом выговорил:
– Матушка…
– А-Цинь, – обрадовалась богиня небесных зеркал, – ты меня узнаёшь?
Ху Фэйцинь моргнул в знак согласия. Глаза его заслезились, императрица стёрла влагу платком. Он почувствовал, что к его рту придвинули фарфоровую чашку – губы ощутили прохладу, – и сглотнул медленно закапавшую в рот тёплую жидкость. Это был персиковый нектар.
– Где я? – проговорил Ху Фэйцинь, крылья его носа подёргивались, он принюхивался.
– В Южном цветочном павильоне, – ответила богиня небесных зеркал.