Вечные Пески. Том 11 (СИ) - Сухов Лео (книги онлайн читать бесплатно .txt, .fb2) 📗
Вот только я не был дружинником. Я был наёмником и шептуном. Да и подчинялся не напрямую Эрегихону, а его племяннице. А Меоли согласно кивнула, когда я сказал, что не собирался всех вырезать. Пусть Эрегихон и прямой, как топор, однако не глупый. Прекрасно понял, что не место и не время высказывать недовольство.
— Возвращайтесь к себе и ждите! — вновь скрипнув зубами, бросил он.
Я слегка поклонился и, вернувшись с Меоли к переханам, поехал обратно. В том, что Эрегихон вновь придумает какую-нибудь пакость, можно было не сомневаться. Он явно пытался что-то провернуть в обход клятвы. И у него, похоже, получалось.
Простояли мы ещё полгонга, прежде чем командование дозрело до начала штурма. К этому времени ко всем участникам подтянулись подкрепления, и численность сторон выросла. Вот только численность сторонников Совета росла явно быстрее, чем всех остальных. И Эрегихону ничего не оставалось, кроме как начать действовать.
Я, понимая, что меня ожидает пакость, приказал своим людям чуть разойтись, освободив в центре строя свободное пространство. И за время ожидания сделал под две тысячи песчаных воинов, собирая разлитую в окрестностях жизненную силу.
Вестовой, принёсший приказ Эрегихона, и сам, похоже, понимал, подо что были подписаны мои люди. А нам предлагалось ни много, ни мало задержать сторонников Совета, дав основным силам время разобраться с лоялистам. Трёхкратное преимущество в численности? Юглы против переханов? Тяжёлый доспех против среднего и лёгкого? Нет, это Эрегихона не смущало. И даже то, что среди нас была его племянница — тоже.
— Он ведь на смерть нас посылает! — возмущалась побледневшая Меоли.
— Любой приказ можно выполнить по-разному, — флегматично заметил я. — Он давал клятву, что не будет пытаться нас убить. А значит, если не наказан, то как бы и не пытается.
— Но что же делать? — жалобно спросила девушка.
Мы с Ситранисом в ответ помолчали, раздумывая, как быть. Против нас стояло почти четыре тысячи регоев на юглах и больше тридцати тысяч пехоты. И последняя меня волновала гораздо больше, чем кучка агрессивных ящеров. С этими я легко бы разобрался своими песчаными воинами. Половина силы югловой кавалерии — в страхе человека и перехана перед этими животными. А если страха нет, то и размен будет даже не один к одному, а один к двум.
Два всадника на юглах на одного песчаного воина с копьём и щитом. А таковых у меня было сделано большинство. Вот как чувствовал, что нужны будут именно такие. И если вспомнить, как любят аристократы сначала бить по врагу кавалерией… Думаю, у меня после такого боя хватит жизненных сил ещё тысяч на двадцать «нашёптышей», а то и на все сорок… Юглы ведь тоже, умирая, жизненную силу будут отдавать, не только их наездники.
Хорошо ещё, мы встали на нужном фланге войска Эрегихона. Менять расположение не пришлось. Просто, когда войско пришло в движение, мы стали разворачиваться к врагу. Вестовые сбивались с ног, со стороны ставки разносились приказы, которые передавали по цепочке командиров. Войско медленно разворачивалось к дворцу, а мой отряд, находясь на левом фланге — вставал напротив сторонников Совета.
Наши враги зашевелились. Лоялисты ровняли ряды, а сторонники Совета строились так, чтобы размести мой отряд одним ударом. И, как я ожидал, вперёд выдвинулась кавалерия на юглах. Страшная сила, способная в местных боях снести любую преграду. Собственно, нас и собирались смести, а пехота уже довершила бы разгром. После чего силы Совета обрушились бы в тыл войску Эрегихона.
Оно как раз прошло забор вокруг дворцового сада. И теперь надвигалось на силы лоялистов. По моему знаку кочевники Тадара, отъехав за спины, приготовили луки. Их задача была засыпать врага стрелами, а лишь потом идти в ближний бой.
Ну а песчаных воинов за стеной из моих людей я переместил так, чтобы встретить бронированных всадников аристократов. Ферт, Ашкур и Мирим готовились каждый к своему шёпоту. Ферт и Мирим должны были поднять каменные шипы на пути кавалерии. Ашкур должен был устроить воздушный вихрь. А я шептал, по мере накопления сил призывая всё новых «нашёптышей».
Со стороны дворца донеслись звуки боя. Это лоялисты вступили в бой с силами Эрегихона. А противостоящий нам враг сдвинулся с места. Мерно двигались шеренги дружинников, кавалерия на юглах приближалась, вырвавшись вперёд.
Если бы враги сделали ставку на обход с флангов, пришлось бы туго. Однако враг всё ставил на один хороший удар. И это была ошибка. Не стоит так делать, когда у тебя подавляющее преимущество в численности. Лучше растягивать и окружать. Хотя… В этой жизни, кажется, только я считаю жизни своих людей.
Всадники на юглах набрали разгон в последнюю сотню скачков. Да и шептуны противника постарались: подняли ветер, бросавший моим людям песок в лицо. Так-то рассчитали всё хорошо… Мои ослеплённые бойцы ничего не могли сделать во время первой сшибки. Да только всё это оказалось бесполезным.
Сначала мои бойцы прыснули в сторону, выпуская на волю плотное подобие строя из моих «нашёптышей». А затем на пути всадников на юглах, прямо перед первым рядом песчаных воинов, из земли выстрелили каменные шипы. Штука не самая крепкая и опасная. Человек — не демон. Придумает, как обойти такое препятствие. Вот только скорость всадникам пришлось, в любом случае, снизить…
И в этот момент в бой вступили «нашёптыши». Они молча, проскальзывая между шипов и выставив копья вперёд, врезались в замешкавшихся врагов. Со стороны сшибки долетел звон, крики и шипение ящеров. Позади строя врагов поднялся ещё один ряд каменных шипов, отсекая пути к отступлению. А в меня сразу полились потоки жизненной силы.
В воздухе замелькали стрелы кочевников, обрушиваясь на подступающую пехоту врага. Всё новые и новые песчаные воины устремлялись в бой. Со стороны противника полетели заговоры шептунов. Видно, там командиры осознали, что происходит что-то странное. Быстро осознали, к слову. В предутреннем сумраке как-то поняли, что их всадники попали в ловушку. И даже попытались переломить ситуацию.
Ферт, Мирим и Ашкур подняли над моими людьми щиты, стараясь прикрыть от вражеского шёпота. Мои люди начали медленно отходить, как и было приказано в самом начале. Я не собирался стоять до последнего, удерживая врага. Моя задача была потрепать его, не дать в первый момент ударить в тыл Эрегихону. Эту задачу мои люди и выполняли.
Когда вражеская пехота добралась до места сражения всадников на юглах и моих «нашёптышей» — и тех и других было примерно равное количество. Моих — тысяча, и всадников — что-то около восьми сотен. К сожалению, выучку регоев, противостоящих моим песчаным воинам, я недооценил. Всё-таки те, умирая, забирали одного-двух «нашёптышей» с собой. И я просто не успевал делать новых.
Пехота противника охватила место боя, беря в кольцо и песчаных воинов и всадников. В это самое время кочевники моего отряда выехали в первые ряды и принялись бить прямой наводкой врага из луков.
А все мои новые песчаные воины принялись скапливаться перед строем моих людей, готовые принять на себя первый удар врага. Если смогу сделать их так много, что они сдержат противника, мои люди должны были разойтись в стороны и нанести удары с тыла и флангов, пользуясь скоростью переханов. Если не получится удержать врага, то моим бойцам предстояло помочь «нашёптышам», стоя позади и орудуя длинными копьями поверх голов.
В любом случае, мне пришлось поднапрячься, чтобы собрать достаточно сил для встречи наступающих рядов дружинников. Шептунам моего отряда тоже пришлось потратить много сил, удерживая защиту над людьми и атакуя врага с расстояния — пока была такая возможность.
И в этот момент враги совершили серьёзную ошибку. Вместо того, чтобы продолжить движение и постараться размазать мой отряд, они решили всё-таки воспользоваться численным преимуществом и разойтись в стороны.
Перестроение такого большого отряда — дело небыстрое. Пока всем донесёшь приказ, пока люди развернутся и займут позиции… Чем дольше враги медлили, тем больше «нашёптышей» вставало из земли, песка и пыли перед моим отрядом. И как бы враг ни расходился, мои песчаные воины растягивали строй не хуже.
