Мой ректор военной академии (СИ) - Тур Тереза (библиотека книг .txt) 📗
![Мой ректор военной академии (СИ) - Тур Тереза (библиотека книг .txt) 📗](/uploads/posts/books/90059/90059.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Мой ректор военной академии (СИ) - Тур Тереза (библиотека книг .txt) 📗 краткое содержание
Жизнь за жизнь, сына - за сына... Что может быть справедливее? Но, соглашаясь помочь свергнутой правительнице, Вероника и подумать не могла, что она теперь станет не только беглянкой, жительницей другого мира. Экономкой в поместье... Но и любимой..
Мой ректор военной академии (СИ) читать онлайн бесплатно
Тур Тереза
Мой ректор военной академии
ГЛАВА 1
- Уважаемые, мне как-то странно озадачиваться вопросами дисциплины. Вы, похоже, не совсем осознали, куда поступили! Это Академия МВД, если кто еще не понял. Вы поступили, чтобы учится - вот и учитесь!
Моя мама называла подобный тон голоса "специальным, учительским" и кривилась, если слышала его в моем исполнении. А что - получалось весьма и весьма мерзко, кто ж спорит. Все во имя педагогического процесса!
Первая лекция по истории России, которую я преподавала в нашем замечательном вузе, проходила классически - первый курс традиционно пытался кому-то что-то доказать, а преподаватели, в том числе и я, их традиционно строили. Как говаривал мой научный руководитель в Большом Университете, который я заканчивала:
- Аспирант - это зародыш специалиста, а вы, студенты первого курса... Я даже боюсь предположить, кто вы относительно разумности и специалитета.
Но мы в свое время хотя бы добровольно признавали свое несовершенство. А эти красавцы и красавицы. Личности... Мало знаем, практически ничего не умеем... А гонору...
Вообще, никто особо не любит брать первый курс... Как выражается мой папенька: "И тут каждый суслик начинает из себя агронома корчить". Так что строить их приходится жестоко, чтобы потом не отчислять. Хотя некоторые экземпляры попадаются на редкость не понятливые - и, кстати, искренне считающие, что им кто-то что-то должен. Казалось бы, должны понимать, куда поступили - название вуза Академия Министерства внутренних дел - говорит само за себя. Не... Не говорит.
Вот на лекции по истории родной страны, которую я преподаю здесь, в Академии, девушка-красавица явилась с баночкой лака для ногтей. Ну, еще бы - когда же ей их красить. На мое возмущение мне высокомерно ответствовали, что она же меня слушает...
Это она зря. Преподаватель - он ведь тоже человек. Злонравный и злопамятный. Когда его вынуждают - он старательно и умеючи выносит мозг студентам... Вот у меня и кандидатка на отчисление появилась...
Первое сентября, однако...
И так сколько лет подряд? Одиннадцать уже... Ох, люблю я свою работу. Ладно, вдохнули - и поехали дальше сеять разумное, доброе, вечное...
Откуда там есть пошла земля русская?..
В этом году у меня все так же, все те же, все то же. Первый курс нескольких факультетов - у будущих, теперь уже полицейских, следователей и экспертов, традиционно много русской истории - у меня, соответственно, часов. И мои любимые заочники - уже трудящиеся на ниве правопорядка товарищи, которым резко понадобилось высшее образование. У них сейчас установочная сессия - у меня по пять пар на этой неделе. И все лекционные.
Домой я ехала, ощущая себя тем самым бессмертным пони, образ которого так любят тиражировать в Интернете. Поэтому машину вела аккуратно - наверное, излишне. Все знакомые мужского пола меня критикуют за стиль вождения - не резко трогаюсь, стараюсь всех пропустить.
Перед самым поворотом на родную улицу, у меня из-за спины выскочил черный грязный УАЗ патриот. Резко взвизгнув тормозами, водитель вывернул руль - и выставил машину мне наперерез.
Я даже тронуться не успела на светофоре.
Сердце клокотало где-то в области горла, руки потряхивали.
Заглушила мотор, достала ключи из замка зажигания - достала телефон - если что, позвоню знакомым ДПС-никам.
В окно моего небольшого и уютного пыжика постучали.
- Денис Юрьевич! - разозлилась я. - Что за шутки?!
И я выскочила навстречу своему старому-старому знакомому. Давно это было. Первые заочники в первый год работы. И я, искренне считающая, что важнее хороших знаний по истории родной страны быть ничего попросту не может. А еще у меня есть одна отличительная черта - если я волнуюсь, или переживаю, или просто чувствую себя дискомфортно, то поток слов из меня идет... Нескончаемый, и частично не осознанный.... На той приснопамятной лекции чувствовала я себя, понятно, не очень уверенно. - А что? - Целый поток - человек девяносто - взрослых дяденек и тетенек - смотрящих на мои словесные экзерсисы широко открытыми глазами, в которых читалась тоска и раздражение. От этого я начала злиться - и под конец лекции вспомнила, что не проверила присутствующих и отсутствующих. Подняла старосту - выяснила, что в аудитории нет трех студентов, и впала в окончательную патетику.
- Как можно! - возопила я. - У вас первая лекция!!! Я не могу понять, что может помешать прийти на лекцию, если уж вы решили учиться?! Я требую серьезного отношения к учебе. И передайте, пожалуйста, тем, кого сегодня не было, что зачета по своему предмету я им не поставлю! Ни при каких условиях!!!
На этом я удалилась к первокурсникам.
Посредине лекции раздался осторожный стук. Я распахнула дверь.
- Вероника Евгеньевна... Там - к вам, - со странными интонациями проговорила наша лаборантка - и припустила по коридору прочь.
Я вышла, огляделась - и обомлела. В нашем достаточно узком и неярко освещенном коридоре обнаружились люди, размером с мой двухстворчатый шкаф. В количестве трех штук. С автоматами, в бронежилетах. С черными, закрученными шапочками на макушке. Несколько долгих-долгих секунд я смотрела на них в священном ужасе. И вдруг поняла, что они смотрят на меня с теми же чувствами. Потом один из них решился - и шагнул вперед. Я с трудом удержалась от визга.
- Вероника Евгеньевна! Что нам делать с зачетом? - очень жалобно протянул самый смелый.
- А?! - на редкость умно получилось у меня.
- Нам староста позвонила. Сказала, что нам зачета не видать. Мы к командиру подходили еще утром - а у нас охранение... И мы ему говорим - у нас история. А он нам и отвечает...
- Денис, заткнись... - вмешался еще один шкаф.
- Нет, мы вам не скажем, что он говорил про вашу историю... А потом староста позвонила - и мы к нему опять пошли. И он говорит...
- Денис, - снова остановил оратора сослуживец.
- Да понял я, понял, - отмахнулся от него тот, кто говорил. - Мы все-таки отпросились - и к вам!
- Это хорошо, что ко мне..., - я по-прежнему была в прострации, но кажется, поняла - своей историей я напугала сотрудников доблестных правоохранительных органов так же, как они меня своим явлением с автоматами...
- А вот что нам теперь с зачетом делать?
Эта история отучила меня говорить слово "никогда". И фразу: "Ни при каких обстоятельствах". Эти самые обстоятельства - как я уяснила с тех пор для себя, бывают очень и очень разные.
И вот сейчас один из этих бывших заочников внимательно и печально смотрел на меня.
- Ника... Вот ты... Ты во что вляпалась? - спросил у меня начальник РУБОПа одного из районов нашего города. Непривычно серьезно. Таким серьезным он был только на той самой встрече в коридоре нашего учебного заведения. Потом - сколько себя помню - он все время улыбался, когда видел меня.
Он стоял передо мной - рослый, сильный. Черноглазый, темноволосый, с резкими чертами лица, классически-перебитым носом боксера и... замечательным, компанейским характером. С особой нежностью очень сильного человека ко всем, кого он считал "своими".
Я посмотрела на него внимательно и недовольно поджала губы. Как-то я не привыкла, чтобы мои студенты - пусть даже и бывшие, пусть и нынче занимающие такой пост - называли меня на "ты" и по имени.
- Хмуришься?
- Злюсь, Денис Юрьевич. Вы же знаете, как я аварий боюсь. И знаете - почему. Так весь этот цирк - к чему?
- До меня дошли слухи. Нехорошие такие слухи. Очень авторитетные люди - нашим они точно не по зубам, разыскивают в нашем городе женщину, у которой внезапно появился мальчик лет четырнадцати. Мальчик светловолосый, сероглазый. Ведет себя очень серьезно, из-за этого кажется старше своего возраста. И, самое главное, примета есть - небольшой шрамик над верхней губой. Слева.