Человек за роялем (СИ) - Белолис Рина (книги онлайн полностью .TXT) 📗
![Человек за роялем (СИ) - Белолис Рина (книги онлайн полностью .TXT) 📗](/uploads/posts/books/68800/68800.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Человек за роялем (СИ) - Белолис Рина (книги онлайн полностью .TXT) 📗 краткое содержание
Ленор умеет читать мысли людей, однако нема. Это не помешало ей стать выпускницей частной женской школы. Однако, приехав домой, она понимает: хозяйкой её здесь никто не считает, а госпожой принято называть переехавшую сюда после смерти брата тётушку. Также, с ней увязался и сын дворецкого, мысли которого она не может прочитать. Так или иначе, в ближайшее время ей необходимо оставаться милой девочкой. И, пока война за имение отложена на неопределённый срок, Ленор решает узнать, почему мысли именно этого человека не подвластны чтению…
Человек за роялем (СИ) читать онлайн бесплатно
Человек за роялем
1. Двуличие
Нанятый моей тётей дилижанс слишком быстро направлялся к моему дому. Дому, который я не видела слишком давно, а точнее — около пяти лет. Пять лет, впустую потраченных в charm school*. Теперь я точно знаю, как правильно общаться с гостями, какие обращения использовать на немецком и французском, как стоит класть на стол приборы и какие композиции к какому случаю обязательно играть на фортепиано. Цена за всё это — лишь моя свобода и мой дом. Хотя официально, он всё ещё принадлежит мне и моему брату, и бумага свидетельствующая об этом лежит в одном из карманов моего платья, но, всё же, уже успевшему жениться на столичной красавице Гидеону Расселу было абсолютно плевать на оставленное имение, в небольшом городке неподалёку от столицы. Благодаря делу отца, он с лёгкостью заработал на новый, более роскошный дом. К сожалению, Гидеон не имел привычки писать письма любимой сестре, поэтому о том, есть ли у этого дома наследники, я не знала.
Наконец, один из чемоданов уложенных рядом, упал прямо к моим ногам. Мы резко затормозили. Стало быть, я уже дома. И увиденное меня разочаровало. За те пять лет, которые я провела за бесполезным изучением «женских наук», из этого места сотворили ад. Не было больше такого любимого моим отцом английского сада — вместо него садовник уверенно придавал одному из деревьев форму непонятного животного. Это петух или жираф? Говорят, ни то, ни другое не в моде. Тогда с чего вдруг моей тётушке заниматься этим? Но если бы сад был самым худшим, что я увидела… Всё поместье померкло, стало тёмным пятном, на фоне которого выделялся только сад — да и тот из-за осеннего времени года не блистал яркими красками. Стало быть, из одной тюрьмы меня перевезли в другую.
Около входа меня уже ожидала моя тётушка. Миллисент Гест, урождённая Рассел. Приблизившись к ней на расстояние около метра, мне в голову тут же врезались её мысли. Как же она меня ненавидит. Она жалеет, что я приехала так рано. Конечно, мне нужно было ещё полгода прослоняться по столице, занимаясь невесть чем (в идеале самыми порочными делами, дабы, в следствие плохой репутации, я лишилась имения, принадлежавшего мне по праву), а потом приехать в середине мая просто для того, чтобы выгулять все свои платья на сезонных приёмах, очаровать одного из богатых гостей и через год-два, под свадебные колокола, убраться отсюда как можно быстрее. Не выйдет, Миллисент. Я умею читать мысли людей. И я знаю, что ты ненавидишь меня. Но я не уеду отсюда. Я приехала, чтобы остаться навсегда.
Пока мои чемоданы доставляли в прихожую, я уже устроилась в одном из кресел, рядом с небольшим столиком для чаепитий. В чайнике дымился уже заваренный чай, а рядом с одной из чашек, даже неожиданно для меня, лежали несколько листов бумаги и чернила. Как интересно. Она не забыла о моих особенностях. Всё это для меня, я уверена. Так твердят правила этикета. И она, будучи внешне мягкой и заботливой, с радостью исполнит их для отвода глаз.
— Добро пожаловать домой, дорогая племянница, — улыбаясь, женщина взяла в руки чайник и налила мне почти полную чашку. Не нужно быть чтецом мыслей, чтобы по её взгляду понять то, что в этом доме, если хозяйкой станет она, принадлежать мне будет только койка, плитка, и, в лучшем случае, платье гувернантки.
— Благодарю Вас за радушный приём, — я быстро писала на бумаге, несмотря на то, что могла просто кивнуть. Пусть знает, что я не ищу лёгких путей. Да, я нема. Наверное, это проклятье досталось мне в обмен на дар читать мысли. Я не знаю ни единого звука, ни единого слова, которое я могла бы произнести. У меня нет голоса с рождения. Но это — мелочь. Сказать можно многое. Можно стелиться речами и цитировать Шекспира каждой второй, будь ты ловеласом. В мыслях же заключены настоящие чувства, настоящие слова. Ведь люди думают, что могут спрятаться лишь там. И, пока они думают, что их голова — дом без окон и дверей, я пробираюсь туда призраком. И это доставляет мне удовольствие. Всегда интересно смотреть на людей, что врут тебе в лицо, при этом зная всю правду. Люди врут всегда. Наше общество — это лицемеры, прикрывающиеся этикетом. Зубоскалить умеют все. Сказать тебе в лицо то, что думают на самом деле, не прикрываясь этическими нормами — единицы.
— Я рада, что ты приехала к нам так рано. Надеюсь, за эти несколько месяцев ты снова почувствуешь себя здесь как дома. Конечно, мне пришлось что-то изменить, а что-то добавить. Уверяю тебя: каждый уголок этого дома сделан по последней моде. Ты молодец, что приехала в этом полугодии. Мы с Бернардом, твоим дядюшкой Эдмундом, детьми и воспитанником хотели отметить Рождество в Индии. Говорят, в этом году будет холодно, поэтому мы решили немного изменить традицию празднования. И, самое главное: в этом году с нами можешь поехать ты. Конечно же, если захочешь. А в мае, думаю, мы начнём разъезжать по домам моих подруг. Я уверена: на такую хорошенькую девушку как ты, да ещё и с прекрасным образованием, будут засматриваться многочисленные кавалеры, при том не самые бедные.
— Наверное, я переусердствовала. Кто её, немую, возьмёт? Девушка должна уметь поддержать беседу. Эта же её не начнёт вовсе. И о Рождестве нужно было промолчать. Ничего, скажу, что документы потерялись чисто случайно. Без билета на борт корабля может и возьмут, но не без документов. Да, определённо выход, — я слышала каждую её мысль, чувствовала каждую каплю ненависти ко мне и страха, что всё это так быстро раскроется.
— А если не выйдет, в чём я очень сомневаюсь, — отпив пару глотков, тётушка продолжала свою гордую речь. — Ты останешься в этом доме и будешь гувернанткой для моих детей, до следующего сезона. Думаю, ты сможешь скопить достаточно денег для того, чтобы… воплотить свою мечту. Помнится, до отъезда в charm school ты так хотела поехать в Новый Амстердам!
Может мне её ещё и госпожой Гест называть? Гувернанткой в собственном доме?! Почему я не удивлена. Конечно, Миллисент, ты захочешь прибрать к своим ухоженным ручкам наш дом, потому что продала свой и половину суммы спустила на оплату карточных долгов своего мужа, а дядя Эдмунд показал тебе слишком неприличный жест, но весьма красноречиво утверждающий, что ты ничего не получишь. Не получится. В этом доме госпожой может быть одна. И это Ленора Рассел, дочь и полноправная наследница Гилберта Рассела.
— Да, вы правы, так будет намного лучше. А пока я просто буду использовать деньги, оставленные мне моим отцом. Мне ведь нужно на что-то жить. Поэтому, пожалуйста, будьте любезны, выдайте мне завтра половину суммы, — я снова писала быстро и тут же показала свою рукопись тёте. Я почти наверняка знала, что эти деньги улетели туда же, куда и половина суммы за её родной дом. Но, конечно же, она захочет спровадить меня из этого дома без скандалов. Поэтому ответ можно было предугадать и без чтения мыслей. Однако, мне захотелось доказательств.
— Она вспомнила о деньгах. Там и трети суммы не накопится. Нужно сегодня же ехать к Летисии, иначе эта девчонка догадается обо всём раньше, чем я сплавлю её сыну Гарриет, — мои опасения подтвердились. Я понятия не имела, кто такой «сын Гарриет», но, судя по её горячей ко мне любви, не самый порядочный человек.
— К сожалению, я не хочу выдавать тебе даже половину суммы, — она снова улыбнулась, потягивая чай. — Ленор, моя любезная племянница, ты не была в городе даже чуть больше, чем пять лет. И сейчас, думаю, попав на ярмарку, ты тут же растратишь все деньги на мелочи, которые тебе абсолютно не нужны. Только лишь потому, что давно не видела такого огромного выбора. Я выдам тебе то, что ты требуешь в канун Рождества. А до этого всё буду оплачивать я, этот долг ты потом мне вернёшь. Пойми, я лишь забочусь о тебе и твоём состоянии.
Конечно же, ты заботишься о нём. Скорее всего, это твой последний капитал, на случай, если дело твоего мужа внезапно прогорит. А оно уже на грани.