Леонид: Испания 2 (СИ) - Коллингвуд Виктор (книги онлайн полностью бесплатно .txt, .fb2) 📗
Рыбалко пошел по повестке дня:
— Первый вопрос сегодня, — ручной пулемёт ДП. Затем — станковый пулемёт «Максим», обсуждение перспективных образцов станковых пулеметов. Вопрос три — роль кавалерийских частей в условиях современной войны.
— Ого, — пробормотал Будённый. — Добрались до коня. Ну давайте. Хороните.
— Рано, — сказал я. — Конь ещё сам кое-кого похоронит.
Усы Будённого дрогнули в едва заметной улыбке. Кажется, ему понравилось. Рыбалко между тем продолжал:
— Товарищи, ручной пулемёт ДП принят войсками, освоен производством, прост в обращении, легче станковых систем, даёт отделению необходимое усиление огня. По надёжности при правильном уходе показал себя удовлетворительно. Дисковое питание выбрано из соображений простоты и удобства переноски боекомплекта. Должен сказать, что лично наблюдал применение ДП в Синцзяне, и могу подтвердить, что наши бойцы добивались на нем вполне удовлетворительных результатов.
Я взял ДП, приподнял, поставил обратно. Хорошая машина. В своё время — почти удача. Простая, понятная, не требующая от бойца университетского образования.
— Но в войсках отмечают и недостатки. Прежде всего, ругают магазин: большой «мертвый вес» дискового магазина, уязвимость: при любой вмятине на магазине он выходит из строя. Пружина магазина при низких температурах теряет упругость, и не досылает патроны.
— Товарищи, ДП — удачный пулемёт, — вклинился я в доклад. — Именно поэтому его нельзя оставлять с болезнями, которые на войне будут стоить слишком дорого. Надо перепроектировать его на ленточное питание.
— Да, и ленту взять от Максима, чтобы была, как ее там… взаимозаменяемось! — поддакнул Буденный.
— Ни в коем случае. Ленту — металлическую россыпную. Холщовые ленты плохо работают в условиях загрязненности и при намокании.
— Да это мы разоримся! — недовольно заметил Ворошилов. — Вам что, наплевать на трату народных средств?
— Нет, не плевать. Но и вешать на новую конструкцию старые вериги нет никакого смысла.
— Вы предлагаете переделать все ДП? — уточнил нарком.
— Не обязательно. Те, что с диском — пусть остаются с диском. А вот с мертвым весом надо что-то решать. Разработать облегченные образцы, возможно, из алюминиевого сплава или с использованием пластмассы…
— Тю! Ну вы размахнулись! — рассмеялся Буденный. — Алюминий на диски пехоте!
— Не всем. Специальным ударным частям, предназначенным для наступления. В обороне диск все равно лежит в нише бруствера. Хоть из чугуна их лей — особой разницы нет. А вот в наступлении, где каждый грамм на счету — там надо дать людям легкие диски.
Говоря все это, я вспоминал бакелитовые рожки к АКМ. Вот бы что внедрить. Легкие и довольно прочные штукенции, правда — демаскирующего янтарного цвета. Надо срочно дат толчок этому направлению!
— Что еще у нас по ДП?
— Были жалобы на перегрев возвратной пружины. И кучность на дальней дистанции: сошки не дают достаточной устойчивости.
— Давайте начнем с пружины. Что с ней?
Павел Семенович сверился со своими записями.
— Возвратно-боевая пружина. Расположена под стволом, и при интенсивной стрельбе нагревается, теряет упругость, начинаются задержки.
Слово взял товарищ из Артуправления.
— Вопрос известный. Но перенос пружины — это переделка. Меняется компоновка, технология, часть оснастки. Если сейчас ломать серию, можно получить меньше пулемётов. А войскам они нужны уже сейчас.
— Верно, — сказал я. — Поэтому я не предлагаю завтра снять ДП с производства и отправить всех думать о прекрасном. Предлагаю разделить срочное и перспективное. Пока Делаем ДП, а параллельно проектируем ДПМ.
Ворошилов бросил на меня быстрый взгляд.
— Что предлагаете конкретно?
— Поручить конструктору Дегтяреву срочно обеспечить изоляцию или перенос пружины от зоны нагрева — не на бумаге, на стенде и в войсковом упражнении. Проверить сошки на падение, грязь, удар, грубое обращение. Проверить диски на бросок с высоты, удар прикладом, загрязненность и низкие температуры. Проверить возможность облегчения дисков.
— Диски вполне прочные, — сказал представитель Артуправления. — Делать их еще прочнее — значит, утяжелять.
— Всё прочное, пока солдату не выдали.
Будённый неожиданно рассмеялся.
— Это верно. Солдат любую казённую вещь проверит лучше комиссии.
Чин из Артуправления кивнул:
— Диски требуют аккуратности — это правда. Но лента для ручного пулемёта даст другие сложности: вес, короб, перекосы, загрязнение.
— Я не требую завтра сделать ленту. Я требую думать о пулемёте отделения через пять лет. Ленточное питание, быстросменный ствол — хотя бы в перспективе. Но сейчас главное — снять самые дешёвые смертельные дефекты.
Уборевич одобрительно кивнул.
— Смертельные — точное слово.
Рыбалко записал:
— По ДП: испытания на перегрев, загрязнение, мороз, интенсивный огонь; проработать защиту или перенос возвратно-боевой пружины; проверить диски на удар, деформацию и удобство переноски. Рассмотреть вопрос об облегчении дисков, замене на металлическую ленту. Испытания проводить в составе отделения с перебежками, сменой позиции и подачей боеприпасов
— Добавьте, — сказал Жуков, — стрельба после падения. И после того, как пулемётчик полз.
— И после того, как второй номер потерял один диск, — добавил Конев.
Все посмотрели на него.
Он пожал плечами:
— В бою потеряет. Лучше знать заранее, что тогда делает отделение.
Рыбалко записал и это.
Ворошилов вздохнул:
— Чувствую, скоро вы заставите стрелять после того, как пулемёт утопили в болоте.
— Обязательно, — сказал я. — У нас болот — завались!
Потом настал черёд «Максима».
Два красноармейца вкатили его ближе к столу. Водяной кожух блеснул тусклым металлом. Ленты в коробках, запасные части, шланги, ключи, ремни — вся эта красота пахла Мировой войной, окопной землей и бесконечной очередью, от которой человек инстинктивно вжимается в грунт.
Будённый посмотрел на пулемёт с настоящим уважением.
— Вот это машина. Когда работает — противник голову поднять не может. Я это не в кино видел.
— И я не спорю, — сказал я. «Максим» — хорошее оружие. Для обороны, для укреплённой позиции, для дота, для подготовленного рубежа, для прикрытия переправы — там, где война стоит на месте и надо долго лить огонь. Там он ещё и хорошо послужит.
Но в наступлении, в манёвренном бою, при сопровождении пехоты — система слишком тяжёлая. Пулемёт, станок, вода, ленты, расчёт. Всё это надо тащить. Пока расчёт тащит, пехота или ждёт, или идёт без огня. Если пехота ушла вперёд, а пулемёт отстал — наступление потеряло огневое превосходство над противником.
Представитель Артуправления сухо сказал:
— Станковый пулемёт и не предназначен для действий одиночного бойца. Есть расчёт.
— Да. Целых 6 человек. Не многовато ли на один ствол? К тому же, расчёт — тоже люди. Их убивают, они устают, отстают, застревают в грязи. В будущей войне темп будет решать очень многое. Нам нужен более лёгкий пулемёт сопровождения. А еще лучше — единая система: лента, воздушное охлаждение, сменный ствол, нормальная тренога, быстрая смена позиции, возможность ремонта в полевых условиях.
Нарком Ворошилов протестующее поднял ладони:
— Леонид Ильич, вы слишком многого сразу хотите. Новый станковый пулемёт — это годы работы. И еще неизвестно что получится. Старый «Максим» хотя бы стреляет.
Жуков вмешался:
— «Максим» хорош, пока его не надо тащить.
Будённый кивнул:
— Тяжёл, зараза. В Гражданскую натаскались.
— Вот поэтому смена станкового пулемета на новую модель нужна прежде всего в ударных частях. Соединения, нацеленные на наступление и маневр, крайне нуждаются в новом, более легком станковом пулемете. А в обычных линейных частях Максим еще поживет.
— А что с работами по системе Дегтярев Станковый? — вдруг спросил Ворошилов.
— Проходит испытания. Много замечаний, но товарищ Дегтярев обещает их устранить!
