Несгибаемый граф. Тетралогия (СИ) - Яманов Александр (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
Оглядываю окружающих. Оказалось, я задумался, а никто даже не думал уходить. Забавная ситуация. Как бы доброхоты не донесли в столицу, что я веду себя как царёк. Ещё и моё кресло стоит отдельно, перед VIP‑зрителями, сидевшими на лавках. Получилось действительно по‑царски. Добавьте к этому откровенное самоуправство, игнорирование приказов губернатора и даже некоторых законов Российской империи. Тут целая статья набегает. В следующий раз столь комфортной ссылкой не обойдётся. Надежда только на глав коллегий, в первую очередь Берг – и Иностранной, прекрасно понимающих, какую пользу принесло моё самовольство.
Ещё и меня иногда заносит, как сейчас. Хочется похулиганить, и ничего не могу поделать.
Встаю с кресел и поднимаю руку. Прямо римский император. Гы!
Толпа тут же замолчала. Тишина, конечно, не абсолютная. Кто‑то покашливает, под сотнями ног скрипит земля, в расположении моей палатки Антип тихо ругает нерасторопного слугу. Ещё и разошедшийся ветер. Короче, нормальные звуки.
– Это были отличные схватки! Борцы показали не только силу тела, но и воли. Завтра мы проведём новые бои. А вообще, надо сделать подобные состязания в Оренбургской губернии постоянными. Можно даже назвать их Степными играми всей России. Мне это любо, – произношу максимально пафосно, с трудом сдерживая смех. – А пока отдыхайте. Каждому из зрителей дарую по чарке хлебного вина. Иначе вы совсем замёрзли.
Мои последние слова потонули в дружном рёве восторженных мужиков. Они ведь действительно замёрзли, а не хотят выпить? Что показательно, новость приветствовали как христиане с буддистами, так и мусульмане. Надо теперь провести акцию грамотно, хотя несколько больших бутылей с водкой я приказал приготовить заранее. Ещё необходимо проследить, чтобы фанаты не разнесли крепость. Поэтому наливать им будут в посаде, а лучше пусть сами разделят алкоголь в своих лагерях.
Толпа начала быстро уменьшаться. Народ ринулся за бесплатным бухлом. Внизу слуги начали убирать ковры. Прошёл очередной день в ссылке. Вроде всё хорошо, и время потрачено не зря. Но всё равно в груди поселилась тоска. Мне снова начала сниться Анна, чего не было давно.
Я ведь здесь один. Понимание этой страшной ситуации пришло слишком поздно. Речь не о физическом одиночестве, а душевном. Любимая была единственным человеком, который меня понимал и принимал таким, какой я есть. Мне не надо было открываться и рассказывать о своей чужеродности в этом мире. Хватало просто взгляда родных зелёных глаз и улыбки, чтобы все сомнения исчезли. Только окружающие прекрасно понимают мою чуждость. Её всё сложнее скрывать. Вон даже дядька начал держать дистанцию, хотя раньше мог меня обругать последними словами.
Вздохнув, поворачиваюсь в сторону выхода. Забавно, но все посетители VIP‑ложи выстроились, чуть ли не в шеренгу и ждут меня. Точно кто‑то настучит в Тайную экспедицию.
Глава 10
Октябрь 1776 года. Орская крепость. Российская империя
– Очень любопытные состязания, – произнёс собеседник, сделав глоток глинтвейна. – Они напоминают игры моего народа. Отличаются только дисциплины. У нас принято рубить деревья, таскать камни, поднимать на канате снопы сена, бегать с тяжёлым мешком или косить траву на время. Вроде деревенские забавы, которые собирают всех, от дворян до пахарей. Канат у нас тоже перетягивают.
Я сначала удивился подобным забавам среди испанцев. Этот народ вроде предпочитает бегать от быков по узким улицам или непосредственно корриду. Однако я сразу себя поправил. Ведь очередной необычный гость, посетивший наши Палестины, оказался баском. Не скрою, его приезд меня несказанно удивил.
Мы как раз закончили второй день соревнований. Успешно надо заметить. Народ доволен. Сегодня определился победитель в метании ножей. Участников было не так много, в основном казаки, поэтому всё прошло быстро. Завтра на стрельбище будет гораздо больше людей. Особенно на полигоне, где будут соревноваться лучники. Там просто море кочевников, желающих показать свою меткость. Стрельба из ружья больше популярна у оседлых жителей края. Кстати, молодой казак из Гурьева выиграл состязание в метании. Неслабо его так занесло – более тысячи вёрст вдоль Яика. Прямой дороги через степь здесь нет.
Ещё больший путь проделал мой сегодняшний собеседник. От Петербурга до Орской около двух с половиной тысяч вёрст. Ведь надо учитывать сезон с раскисшими дорогами и прочие прелести путешествия по России. Значит, человек находился в пути шестьдесят дней. Быстрее просто нереально. Более скоростное передвижение может позволить себе только императрица и несколько вельмож. Заодно такие богатеи, как я, заранее озаботившиеся о стоянках и смене лошадей. Ещё у вас ничего не должно ломаться, вроде колёс на телегах, что невозможно. Забыл! Быстрее всех у нас передвигается фельдъегерь. Но ему по должности положено.
Кстати, очень не хочется увидеть этого господина до апреля, когда мой отряд выдвинется на восток воевать Среднюю орду. Глупо будет, если столичные чиновники сорвут столь важный для страны проект.
Возвращаясь к заграничному визитёру: утром перед началом соревнований меня удивил Булгаков. Дежурный офицер сообщил, что прибыл небольшой обоз из Оренбурга и люди уже переправились через Яик, несмотря на риск. И среди прибывших есть иностранец. Здесь такие птицы редкие, только Паллас. Да и немец давно обрусел, ходит в казацком бешмете, папахе и юфтевых сапогах. Поди отличи его от местного. Испанец, оказавшийся баском, тоже не стал пренебрегать русской одеждой, обзаведясь тулупом и даже валенками. Но не изменил любимой треуголке. Странные у европейцев нравы. В степи ветра сдувают любую шляпу, а морозы могут ударить такие, что уши отвалятся. Но надо держать фасон.
Вечером, когда затихли крики болельщиков и котлован опустел, я принял гостя в своём кабинете. Обстановка, как всегда, поражала непосвящённого. Вроде моя фабрика в Вешняках уже начала выдавать приемлемые объёмы мебели, но не все её видели. Вот и европейский товарищ завис, удобнее устраиваясь в необычном кресле. Ещё и карта в половину стены – весьма необычная вещь для удалённой крепости. Только и я человек особенный. Кстати, перед встречей Антип сменил карту, повесив изображение Европейской части страны. До этого у меня висела подробная схема будущей кампании с важными пунктами, где будут располагаться базы снабжения и временные лагеря. Нечего незнакомцам знать о предстоящей операции.
В углу потрескивали дровами кирпичной печи, также удивлявшей узорами. Красиво жить не запретишь, особенно если можешь себе позволить. Вот я и приказал отделать столь важный предмет интерьера. Здесь вам и цветная плитка, и зеркальная мозаика со смальтой. Прямо какой‑то восточный сатрап. Декор не мешал печке справляться со своими основными функциями, поэтому в комнате тепло, даже жарко. Но не душно – вентиляция здесь предусмотрена.
Гость откинулся на спинку кресла и немного вытянул ноги, обутые в сапоги из мягкой чёрной кожи. Мы уже немного пообщались перед соревнованием, потом отобедали. Заодно баск переоделся и перестал вести себя излишне чопорно. В приватных разговорах за стаканом глинтвейна строгий этикет без надобности.
Гостя зовут Хабьер Арсаллус Антиа, дворянин из Наварры. Ему лет тридцать семь, не более сорока. Обветренное лицо показывает, что баск часто бывает на свежем воздухе. Жёсткий взгляд голубых глаз присущ человеку опытному и не раз бравшему оружие в руки. Фон Шик сразу обратил внимание на походку гостя, сообщив, что тот хороший фехтовальщик. Может, танцор, но не похоже.
Беседа началась с обсуждения борьбы. Оказалось, у басков нет такого вида спорта. Странно, мне казалось, что борьба в том или ином виде есть у всех народов. Пока мы присматривались друг к другу, пили глинтвейн. Хабьер рассказал о последних новостях в России и частично Европе. Ничего особо нового я не узнал – разведка снабжает меня всеми необходимыми сведениями. Больше любопытно послушать мнение иностранца о России. Но сеньор Арсаллус – опытный путешественник, и его трудно удивить.
