Несгибаемый граф. Тетралогия (СИ) - Яманов Александр (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
– Вы хотите, чтобы я преподавала?
– Нет, – мой ответ явно удивил Елену, снова эти распахнутые в недоумении очи. – Нам необходим директор, который наведёт порядок, чтобы класс работал и далее прирастал новыми ученицами. Проблема в том, что преподавать там будут дамы, а я боюсь не справиться, объясняя, как лучше вести образовательный процесс.
Если называть вещи своими именами, то предпочитаю держаться подальше от чисто женского коллектива. Класс ещё не открыт, а уже начались интриги в нашем небольшом обществе. Ведь преподавать будут жёны офицеров, чиновников и купцов. Они уже разделились на фракции, пытаясь переманить на свою сторону недавно прибывших Хардиных. А что будет дальше? Поэтому появление Елены Николаевны я воспринимаю как подарок судьбы.
– Я подумаю, – ответила Аристова после паузы и улыбнулась. – Сначала мне нужно устроиться, осмотреть деревню, решить вопрос с домом.
– В крепости есть дом. Правда, его придётся делить с семейством инженера Хардина. Помещение способно разместить даже большее число людей, но нечего вам ютиться в тесноте. Поживёте в городе, наладите всё с женским классом, одновременно начнёте строить себе дом в Покровке, – выдаю недавно родившийся план. – Потом можете спокойно переезжать в деревню. Или живите в крепости. Насколько я понял, вы хотите ещё открыть мануфактуру.
Не буду скрывать, что мне хочется оставить эту женщину в крепости. Просто для общения, а то я основательно здесь одичал. Никто не собирается тащить Елену в койку, чего бы она там ни думала. Хотя естество требует своего. Но я же не скотина!
– Хорошо, ваше сиятельство. Я согласна на оба ваших предложения, – вдруг согласилась гостья.
Или она сразу приняла решение? Не знаю, только оно мне нравится. Нужно развивать край, а школа – это огромное подспорье. Женский класс так вообще наделает немало шума и подаст пример другим городам. Пока у нас девочек и девушек учат только в Москве. Речь о массовом, а не индивидуальном образовании, конечно.
– Вот и славно, – киваю Елене, ожидающей ответа. – Мой секретарь покажет вам дом. Далее, можете узнать детали о Хардиных. Касаемо деревни, то завтра вам выделят отряд для сопровождения. Поселение расположено на левом берегу Яика, как и крепость. Однако мы за стенами, и в окрестностях множество патрулей. Но чуть дальше всякое может быть, это бывшие владения кочевников. Поэтому настоятельно рекомендую вам не ездить по степи без сопровождения вооружённых людей.
Аристова встала, я за ней. Вдова сделала короткий реверанс и покинула кабинет.
А я остался сидеть, размышляя о том, как иногда случайная встреча может изменить жизнь десятков людей. Женщина, самостоятельно управлявшая имением более пяти лет и не сломавшаяся после пугачёвского погрома, здесь точно пригодится.
* * *
Этого визита я ждал. Разведка донесла ещё месяц назад, что голландцы зашевелились и Брандт выехал из Москвы в Оренбург. После нашей последней встречи прошло достаточно времени. Предполагаю, что банкиры успели проверить мои советы на деле, убедиться в выгоде и теперь хотят большего. Я даже примерно знаю, о чём пойдёт речь.
Когда Белозёров доложил, что прибыл гость, я кивнул и попросил, чтобы слуга подал чай и настойку. В прошлый раз голландец уделил алкоголю немало внимания. Самого секретаря я отпустил, незачем ему присутствовать при таких разговорах.
Брандт вошёл и поклонился. Загорелый, с красным и обветренным лицом. Голландец успел сменить дорожное платье и пыльные сапоги. Здесь он следует этикету. Нечего являться на переговоры в грязной одежде и травить собеседника запахами немытого тела.
Я указал на кресло, дождался, когда Антип наполнит чашки чаем и нальёт гостю стаканчик «смородиновки». Затем вопросительно посмотрел на него. Наверное, голландец вспомнил, что со мной лучше говорить по делу.
– Мы последовали вашему совету, граф. Гамбургское отделение банка работает прекрасно. Скажу больше, минейр Корнелий ван Ланшот пошёл гораздо дальше. Теперь треть наших дел идёт через этот вольный город.
Вот чем мне нравятся европейцы, так это мобильностью и умением быстро внедрять новые идеи. Хотя «Van Lanschot Bankiers» работали в Священной Римской империи и без моих указок. Но всё равно приятно слышать похвалу.
– Я рад, что мои слова не пропали даром, – ответил я спокойным тоном.
Далее Брандт пустился в более пространные объяснения. Оказывается, голландцы быстро расширили свою судоходную компанию. У них уже сорок кораблей, и это только начало. Насколько я понял, конечно. Мысленно усмехаюсь с оттенком зависти. Скорее всего, банкиры проанализировали ситуацию, добавив мои размышления, и начали действовать. Голландцы – прирождённые моряки. Что подразумевает не только умение строить корабли, но и многолетние налаженные связи по всему миру. Значит, ван Ланшот решил всерьёз влезть в североамериканские дела и заработать на революции, которая начнётся уже в следующем году.
Разумно. Жалко, что мне приходится куковать в жопе мира и не иметь возможности толком повлиять на собственный проект. Остаётся только писать письма компаньонам и читать отчёты. Будто подслушав мои мысли, гость поднял эту тему.
– Ван Ланшоты работают в связке с вашей «Русской торговой компанией». Руководство банка довольно. Также должен признать, что вы начали грамотно, не пытаясь мешать крупным игрокам.
– Это радует.
Что ему ещё ответить? А вообще, похвалил и хватит. Пора приступать к делу. Я специально сделал паузу, давая Брандту возможность начать серьёзный разговор. Тот воспользовался ситуацией и махнул стакан настойки. Далее гость мысленно кивнул себе и начал беседу.
– Минейр Корнелий просит вас продать пять процентов «Сырьевого товарищества». Лучше десятую часть и право нашего представителя заседать в совете директоров. Со всеми полномочиями. Коммерц‑коллегия не против этой сделки. Мы даже заручились поддержкой императрицы. Более того, ван Ланшоты дадут двойную цену, хотя акции компании находятся в частных руках и не продаются на бирже. Кстати, Её Величество готово рассмотреть продажу половины от десятой доли, принадлежащей казне. Поэтому доли ваших компаньонов почти не пострадают. Однако граф Скавронский сразу предупредил меня, что сделка может быть возможна только после вашего одобрения.
Сука! Это я про жадную немку и сложившуюся ситуацию. Екатерина выкрутила нам руки, заставив передать десять процентов товарищества казне. Естественно, с нами до сих пор не рассчитались. И думаю, денег мы не увидим. Что было понятно сразу. Только пайщики сразу обговорили налоговые льготы и право закупать сырьё у государственных поместий по сниженной цене. По‑любому попытаются обмануть, но товарищество своё получит.
Только никто не предполагал, что вечно нуждающаяся в деньгах императрица захочет продать государственный пай. Интересно, если их выкупят акционеры, то попробует ли немка провернуть операцию ещё раз? Вернее, сколько раз она это проделает? А чего? Удобная возможность доить богатеньких вельмож в обмен на право подминать под себя русский экспорт. Теоретически я согласен отдавать казне часть прибыли, даже сверх налогов. Только в нашем случае деньги пойдут не на благо государства, а окажутся в карманах разных проходимцев и воров.
Оптимальный вариант, когда десятая часть товарищества принадлежит казне, а остальные пайщики продолжат контролировать, кому продавать акции. Но всё упирается в жадность и неадекватность Екатерины.
– Я подумаю, – отвечаю после затянувшейся паузы.
Голландец время не терял и, пока я думал, выпил ещё два стакана настойки. Вот же здоровье у человека! На улице сегодня достаточно жарко, как и в кабинете. А он хлещет алкоголь как воду. Только немного покраснел.
– «Van Lanschot Bankiers» хочет увеличить своё присутствие в России. Речь о нашем основном профиле – финансах. Вы же прекрасно понимаете, что сейчас внутри империи работают не банкиры, а ростовщики и откровенные проходимцы. Касательно внешнего займа, связанного с торговлей русских бумаг на амстердамской бирже, то там форменный грабёж. Раймонд и Теодор де Смет – весьма средние фигуры в Нидерландах. Они обычные посредники, перепродающие русские бумаги. При этом братья наживаются с двух сторон. Русская казна платит им за размещение акций на бирже под пять процентов. Фактически ваша страна получает деньги гораздо дороже. Ведь облигации торгуются на треть ниже номинала. Получается, вы занимаете деньги под двадцать пять и даже тридцать процентов. Нигде в мире нет таких ставок.
