Отрок - Красницкий Евгений Сергеевич (книги онлайн полные версии TXT) 📗
![Отрок - Красницкий Евгений Сергеевич (книги онлайн полные версии TXT) 📗](/uploads/posts/books/61752/61752.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Отрок - Красницкий Евгений Сергеевич (книги онлайн полные версии TXT) 📗 краткое содержание
Отрок читать онлайн бесплатно
Евгений Красницкий
Бешеный Лис
Часть первая
Глава 1
Конец марта 1125 года. Туров – Княжий погост – дорога на «Ратное»
Приключения начались сразу же после выезда из Турова. Стоило только санному поезду миновать последние сараи и заборы городского посада, как Мишка, правивший передними санями, увидел, как на дорогу выскочили четыре фигуры и, выстроившись поперек пути, дружно брякнулись на колени. Мишка придержал Рыжуху, сзади послышался топот копыт – дед и Немой купили себе строевых коней и сопровождали семейный караван верхом, в полном вооружении.
– Кхе! Гляньте-ка, музыканты!
Действительно, на дороге стояли четверо из оркестра, сопровождавшего выступления Мишкиной «труппы», – двое парнишек, игравших на рожках, флейтист и «ксилофонист». Когда дед подъехал к ним вплотную, все четверо сдернули шапки и уткнулись лбами в грязный, перемешанный с навозом дорожный снег.
– Боярин! Корней Агеич, батюшка! – возопил «ксилофонист», обладатель астрономического имени Меркурий. – Смилуйся, не дай пропасть! Возьми к себе, хоть холопами, хоть кем! Если не меня, то хоть детишек пожалей, пропадут! Приюти, батюшка боярин, мы отслужим!
– Ну-ка поднимайтесь, нечего грязь носами ковырять! Что, Своята выгнал?
– Сами ушли, боярин-батюшка, мочи не стало!
– Сами? Кхе… И чем же он вас так утеснил?
– Всем, батюшка-боярин, голодом, холодом, побоями, попреками, угрозами. Сколько бы ни заработали, все равно должны ему. Ты не подумай, мы вольные, и кабальных записей на нас нет, просто Своята все время твердил, что мы зарабатываем меньше, чем он на нас тратит. Совсем сил никаких не стало. Возьми, боярин, хоть детишек, я-то выкручусь как-нибудь.
– Кхе! Куда ж я вас…
– Боярин!!!
– Да не ори ты! Думаю я, а не гоню. Так просто такие дела не решаются. Ждите здесь, Михайла, пойдем-ка с матерью поговорим.
Мать уже сама выбралась из бывшего скоморошьего фургона и шла к передним саням, следом за ней потянулись и отроки.
– Вас кто звал? Кыш по местам! Анюта, слышала, наверно, все, что скажешь?
– Дети еще совсем, пропадут, батюшка. Я с ними еще там, в Турове поговорила, все – сироты. А Своята их и правда в черном теле держал, не врут. Вон тот крайний – Артемий – выглядит как Кузька, а на самом деле старше Михайлы на год.
– Кхе! Значит, брать?
– Не знаю, батюшка. – Мать жалостливо вздохнула. – Меня вот Никеша на могилку к родителям сводил, так я как будто повидалась с ними, на душе посветлело, а этим и пойти-то некуда. Жалко ребяток.
– Так брать или нет?
– Воля твоя, Корней Агеич, а я бы… – Мать немного помолчала, снова вздохнула. – Я бы взяла.
– Андрюха, ты? – Дед повернулся к Немому.
Немой ткнул указательным пальцем в Мишкину сторону, потом тронул свою гривну десятника.
– Хочешь сказать, что с ними в «Младшей страже» почти полный десяток соберется? – «перевел» дед.
Немой кивнул.
– Значит, брать… Ну а ты, Михайла, что скажешь?
– Мне вроде бы и невместно… – Мишка изобразил скромность, хотя взять ребят хотелось.
– Спрашивают – говори! – Дед почему-то начал сердиться, было похоже, что ответы матери и Немого ему не понравились.
– А прокормим? – осторожно спросил Мишка.
– Не объедят, да и бездельничать не будут.
– Тогда – брать.
– Вот как! – Дед подбоченился и критически оглядел собеседников с высоты седла. – Одна пожалела, второй к делу пристроил, третий прокормом озаботился! А думать я за вас должен? Так, что ли? Ладно, эти обалдуи, но ты-то, Анюта, знаешь же!
– О чем ты, деда? – Мишка все еще не мог уразуметь причины дедова недовольства.
Дед сердито молчал, и мать, в очередной раз жалостно вздохнув, пояснила вместо него:
– Мишаня, не берут в Ратное чужих. – Мать беспомощно развела руками. – Девок в замуж приводят, а мужиков или парней… Такой уж обычай за много лет сложился. Ты об этом, батюшка?
– О чем же еще? – Дед пристукнул деревяшкой в железное донышко кожаного ведерка, заменявшего ему правое стремя. – Как я их перед сотней поставлю? Только если холопами. А если холопами, тогда какая же «Младшая стража»?
– Но Пашку же привели, когда у него родители померли, – вовремя припомнил прецедент Мишка.
Мать опять ответила вместо деда:
– Он – родич, Мишаня, его старшая сестра, которая в Ратном замужем, к себе взяла. А почему вы его Пашкой зовете? Он же Пантелей, должен быть Панькой, а не Пашкой.
– Нашла время выяснять! – досадливо оборвал невестку дед. – Если ничего другого не придумали, тогда два пути: или отправляем ребят на все четыре стороны, или едем назад в Туров обельные грамоты выправлять. Они и в холопы согласны, сами сказали.
«Блин, вот ведь ситуация! Деду, видимо, и самому хочется ребят взять, а обычай не позволяет, потому он и злится. А чего тогда нас спрашивал? Думал, что мы какой-нибудь выход придумаем? Что же тут придумаешь, было бы хоть какое-нибудь дальнее родство… Можно, конечно, и соврать: мол, дальних родственников из Турова привезли, но это дед и сам придумать мог бы, наверно, не хочет врать… Стоп, сэр Майкл! Родство! Как же я сразу-то…»
– Мама, – торопливо, пока дед еще не принял окончательного решения, спросил Мишка, – а родство обязательно кровное должно быть? Вот если, скажем, крестник, это как?
– По христианским канонам крестный отец или мать – те же родичи. Даже очень близкие – в брак вступать нельзя.
– Деда, – Мишка задрал голову к возвышающемуся в седле Корнею, – а давай их окрестим! Станут нашими родственниками. Мы же Княжий погост будем проезжать, там церковь есть.
– Мишаня, – не очень уверенно возразила мать, – у них же имена христианские, их крестили уже…
– Кашу маслом не испортишь, – Мишка решительно рубанул рукой воздух, – окрестим еще раз!
– Ты что, сынок? – Мать мелко перекрестилась. – Грех это!
– Святое крещение грех? Мама!
– Кхе! Михайла, как у тебя язык-то в узел не завязывается?
– Деда, ну что тут такого? Появилось затруднение, я придумал, как из него выйти. Да вообще, давай у них самих спросим!
– Ну давай спросим. – Дед призывно махнул музыкантам рукой. – Эй, ребята!
Квартет рванул с места, как наскипидаренный.
– Меркуха, – грозно вопросил дед подбежавшего первым ксилофониста, – вы крещеные?
– Это… – замялся Меркурий. – Как бы да…
– Что значит «как бы»?
– У Свояты в Берестье дружок есть – поп. Он сказал, что с христианскими именами теперь по городам ходить безопаснее. Ну и окрестили нас как бы. Не в церкви и оба пьяные были. Я и не знаю: считается ли?
Мишка, не давая ни матери, ни деду ответить, заявил:
– Не считается!
– А что ж теперь?.. – испугался Меркурий.
– Кхе! – Дед, скрывая довольную улыбку, расправил усы. – Крестить вас будем! По-настоящему!
– Так значит, берете? Боярин-батюшка!!! Да мы…
– Тиха-а! Я не боярин, больше меня никогда так не называть! Быстро забирайтесь вон в тот воз. Одежонка у вас… того, в ящике теплее будет.
– Мы только вещички… – засуетился Меркурий.
– Бегом! Анюта, покорми их там чем найдется да насчет крещения и всего прочего объясни. Крестной матерью ты у всех одна будешь. Кхе! Мало тебе своих пятерых… А мы с Андрюхой, так и быть, пополам поделимся. Андрюха, ты кого хочешь в крестники? Что, все равно? Тогда бери самых малых, а я – тех, что постарше. И вот что: садись-ка ты пока в сани, а в седло Михайлу пусти, мне с ним потолковать надо.
Санный поезд наконец-то тронулся, дед с внуком пропустили сани вперед и поехали сзади, стремя в стремя.
– Ну, Михайла, признавайся как на духу: сам насчет воинской школы выдумал?
– Почти. Ты же согласился Петруху в обучение взять? Та же самая школа, только для одного ученика. А так и заработаем, и ратнинцы, что поумнее, своих отроков тебе в обучение отдавать станут. Ты же сам говорил, что молодежь учат плохо.