Третья мировая информационно-психологическая война - Лисичкин Владимир Александрович (читать книги онлайн бесплатно серию книг txt) 📗
"Лас-Вегас, как и другой подобный преступный центр Америки Атлантик-сити, ежедневно посещают десятки тысяч американцев. По главной улице на многие километры с обеих сторон стоят игорные дома, совмещенные с многоэтажными гостиницами, постоянно обслуживаемыми тысячами проституток и содомитов. Именно в этих игорных домах понимаешь главную страсть и мечту американцев – стремление стяжать деньги, разбогатеть любой ценой. Когда видишь тысячи перекошенных от азарта и алчности лиц, блестящих от возбуждения глаз, осознаешь преступную и опасную для мира природу Америки.
Главное в американском общественном сознании – деньги, вещь, товар. Жизнь подчинена бесконечной гонке за все новыми и новыми видами товаров и услуг. Гонка потребления, превращения человека в "машину, добывающую деньги" – закон американского общества."
Как интуитивная реакция на изменения в общественном сознании у людей начинает проявляться стремление к объединению, к общим ценностям, а не только к прибыли. В частности, это сказывается в повышении роли религии и прежде всего Ислама. Многие религиозные деятели чувствуют происходящие изменения как наступление вселенского Зла. В любом случае существующая тенденция позволяет говорить о надвигающейся глобальной неустойчивости общественного сознания.
Проблема устойчивости. Революции.
В 1992 г. в Рио-де-Жанейро состоялась конференция по окружающей среде, на которой была констатирована глобальность экологического кризиса, нарушение равновесия в системе природа – общество за счет мощного антропогенного воздействия, а также провозглашена концепция устойчивого развития. Сохранение устойчивости – объективное требование нашего времени, поскольку воспроизведение экономического пути передовых стран развивающимся миром быстро приведет к исчерпанию невозобновимых ресурсов и ускоренному разрушению природы, в которой уже произошли глобальные изменения. Вслед за решениями конференции в Рио-де-Жанейро провозглашались многочисленные национальные и партийные концепции устойчивого развития, подчас прямо противоречащие друг другу. Но общим местом для них было игнорирование такого фактора как состояние общественного сознания, таящего в себе угрозу возникновения неустойчивости. Серьезной проблемой является и применение новых методов воздействия на сознание.
К настоящему времени изучен ряд неустойчивостей верхнего и основного уровней общественного сознания. Для верхнего уровня (общественного мнения) аналогично циклическим экономическим кризисам наблюдается циклическая картина перепадов общественного сознания. Общественное мнение, склонившееся в пользу одной из противоборствующих сторон, при появлении серьезных трудностей начинает отклоняться в другую сторону, отрекаясь от бывших кумиров и идеализируя их противников. За периодом диктатуры, все сжавшей и подчинившей себе, создаются условия для анархии, хаоса, разгула страстей, после чего общество вновь стремится к жесткому порядку. В ряде стран стихийность этого процесса сглаживается наличием отработанной двухпартийной системы. Но в целом колебания общественного мнения не приводят, как правило, к крупным потрясениям или катастрофам в обществе.
Основной уровень (или парадигма общественного сознания) обладает значительной устойчивостью. Как уже отмечалось, эволюция этого уровня может быть представлена как последовательная смена парадигм со скачкообразными переходами между ними. Эти переходы (или революции) характеризуются на предварительной стадии крупномасштабными флуктуациями, неустойчивостями в мировоззрении отдельных групп, неожиданными корреляциями. Процесс отхода от существующей парадигмы может длительное время происходить незаметно, скрыто (подобно изменению общественного сознания в СССР в начале восьмидесятых годов).
Скачкообразные переходы (революции) имеют свои закономерности, Революция возникает в силу неустойчивости предшествующего состояния. Ее результатом является отказ от существовавшей ранее парадигмы и переход в состояние, соответствующее новым реальностям. Любая революция проходит по крайней мере четыре фазы:
1 фаза – стягивание; весь спектр мнений сводится к дилемме: да – нет, кто за революцию, кто против, и там и там разнородный конгломерат сил.
2 фаза – революционная борьба. Она может быть как короткой (переворот), так и длительной (кровопролитная гражданская война).
3 фаза – борьба после победы. Вследствие неоднородности конгломератов сражавшихся сил неизбежны разборки между бывшими соратниками, но главное здесь две линии: одна "революционная", направленная на углубление революции, на непримиримую борьбу с прошлым злом; вторая – линия "реалистов", направленная на приведение ситуации в стране в соответствие с существующими реалиями и даже, если это полезно, на реставрацию эффективно работавших учреждений прошлого. Первая линия исторически обречена, она может лишь продлить время нестабильности. В этом смысле правильно изречение "революция пожирает своих детей".
4 фаза – стабилизация, которая заканчивается победой реалистов. Это возвращение общества к своим корням, но на новой основе, установление при борьбе наследников революции новой равновесной структуры общества.
Для процесса революции в целом характерно отсутствие сложившейся организации общества, потеря многих ориентиров, колебания общественного сознания, иррациональность поведения. Данный процесс относительно длительный, порядка 10-20 лет, и многостадийный. Все это относится к Французской 1789 г., Китайской 1949 г. и революции в России 1917 г.
1.3. Методы и приемы психологической войны.
Принцип вируса.
Психологическая война имеет существенные отличия от обычной войны, направленной на физическое подавление противника. Ее суть – воздействие на общественное сознание таким образом, чтобы управлять людьми и заставить их действовать против своих интересов. Это можно рассматривать как определенный аналог вирусного заболевания. Так, вирус, внедрившийся в клетку, встраивается в управляющие процессами молекулы ДНК. Клетка внешне остается такой же, как и была и даже процессы в ней идут такого же типа, но управляет ею вирус. Болезнь проходит три фазы: внедрение, выделение токсинов и гибель клетки. В психологической войне без внедрения аналога вируса внутрь системы противника нельзя ожидать каких-либо существенных результатов. В таких условиях пропаганда, шпионаж, диверсии могут иметь лишь вспомогательное значение.
Роль вируса в нашем случае играет управляемая извне "пятая колонна" внутри страны, Она должна внедриться именно в управление общественным сознанием, в идеологическую сферу и, как вирус в ДНК, быть неотличимой от окружения. Представителей пятой колонны как бы и нет. В СССР они делали то же, что и все. Встраиваясь в процессы, они не только не критиковали существующие порядки, но, напротив, выглядели "суперпатриотами" или "сверхкоммунистами", выражали высшую преданность режиму, клеймили империализм.
Идеологическая сфера СССР в результате закрепления в ней пятой колонны стала ядром, основой информационной войны, ведущейся внутри страны (конкретная фактология их действий будет приведена в последующих главах). Среди применявшихся ею методов один из наиболее эффективных – постепенное доведение идеологических кампаний и лозунгов до абсурда, что компрометировало существующий режим в общественном сознании. Но это будет расценивалось просто как излишнее, хотя и похвальное усердие, в худшем случае как глупость. Интересно, что подавляющее число людей, оценивающих постфактум операции идеологов КПСС, характеризуют их именно как непроходимую глупость. Существенно также, что они могли оставаться в глубокой тени и далеко не всегда выступать явными инициаторами тех или иных действий, а осуществлять операции на полутонах, используя противоречия, борьбу тех или иных сил. Типичный пример: в 70-е годы нарушались взаимосогласованные сверстанные планы. Вождям давался совет вставить еще (и еще) одно супернеобходимое мероприятие в пятилетку. В создании и раздувании противоречий и состоит основной механизм действия идеологического вируса. Это позволяет использовать многих людей "в темную", когда они борясь с конкурентом, фактически выполняют задачи пятой колонны. И здесь существует правило – максимальное использование подставных лиц. Идеологи КПСС, работавшие на Запад, в отличие от обычной агентуры, – нераскрываемы. Они находились в автономном режиме, им не нужна была связь. Об указаниях они могли, в принципе, узнавать из безобидных публикаций в газетах Запада. Постепенно отдельные представители идеологов объединялись в организованную силу.