Сказки Андерсена (с илл.) - Андерсен Ханс Кристиан (читать книги полностью TXT) 📗
Наконец она устала, присела на камень и осмотрелась: лето уже прошло, на дворе стояла поздняя осень. Только в чудесном саду старушки, где вечно сияло солнышко и цвели цветы всех времён года, этого не было заметно.
– Господи! Как же я замешкалась! Ведь уж осень на дворе! Тут не до отдыха! – сказала Герда и опять пустилась в путь.
Ах, как ныли её бедные усталые ножки! Как холодно, сыро было вокруг! Длинные листья на ивах совсем пожелтели, туман оседал на них крупными каплями и стекал на землю; листья так и сыпались. Один только терновник стоял весь покрытый вяжущими, терпкими ягодами. Каким серым, унылым казался весь мир!
![Сказки Андерсена (с илл.) - snow_queen_21.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/2/9/1/9/5/229195/1419135149/snow_queen_21.jpg)
История четвертая. Принц и принцесса
Пришлось Герде опять присесть отдохнуть. На снегу прямо перед ней прыгал большой ворон. Долго смотрел он на девочку, кивая ей головою, и наконец молвил:
– Кар-кар! Здррравствуй!
Выговаривать по-человечески чище он не мог, но он желал девочке добра и спросил её, куда это она бредёт по белу свету одна-одинёшенька. Что такое «одна-одинёшенька», Герда знала очень хорошо, сама на себе испытала. Рассказав ворону всю свою жизнь, девочка спросила, не видал ли он Кая.
Ворон задумчиво покачал головой и сказал:
– Может быть! Может быть!
– Как! Правда? – воскликнула девочка и чуть не задушила ворона – так крепко она его расцеловала.
– Потише, потише! – сказал ворон. – Думаю, это был твой Кай. Но теперь он, верно, забыл тебя со своею принцессой!
– Разве он живёт у принцессы? – спросила Герда.
– А вот послушай, – сказал ворон. – Только мне ужасно трудно говорить по-вашему. Вот если бы ты понимала по-вороньи, я рассказал бы тебе обо всём куда лучше.
– Нет, этому меня не учили, – сказала Герда. – Как жалко!
– Ну ничего, – сказал ворон. – Расскажу как сумею, хоть и плохо.
И он рассказал всё, что знал.
– В королевстве, где мы с тобой находимся, есть принцесса, такая умница, что и сказать нельзя! Прочла все газеты на свете и позабыла всё, что в них прочла, – вот какая умница! Раз как-то сидит она на троне – а веселья-то в этом не так уж много, как люди говорят, – и напевает песенку: «Отчего бы мне не выйти замуж?» «А ведь и в самом деле!» – подумала она, и ей захотелось замуж. Но в мужья она хотела выбрать такого человека, который бы умел отвечать, когда с ним говорят, а не такого, что умел бы только важничать, – это ведь так скучно! И вот барабанным боем созывают всех придворных дам, объявляют им волю принцессы. Уж так они все обрадовались! «Вот это нам нравится – говорят. – Мы и сами недавно об этом думали!» Всё это истинная правда! – прибавил ворон. – У меня при дворе есть невеста – ручная ворона, от неё-то я и знаю всё это.
На другой день все газеты вышли с каймой из сердец и с вензелями принцессы. А в газетах объявлено, что каждый молодой человек приятной наружности может явиться во дворец и побеседовать с принцессой; того же, кто будет держать себя непринуждённо, как дома, и окажется всех красноречивее, принцесса изберёт в мужья. Да, да! – повторил ворон. – Всё это так же верно, как то, что я сижу здесь перед тобою. Народ валом повалил во дворец, пошла давка и толкотня, да все без проку ни в первый, ни во второй день. На улице все женихи говорят отлично, а стоит им перешагнуть дворцовый порог, увидеть гвардию в серебре да лакеев в золоте и войти в огромные, залитые светом залы – и их оторопь берёт. Подступят к трону, где сидит принцесса, да и повторяют за ней её же слова, а ей вовсе не это было нужно. Ну, точно на них порчу напускали, опаивали дурманом! А выйдут за ворота – опять обретут дар слова. От самых ворот до дверей тянулся длинный-длинный хвост женихов. Я сам там был и видел.
– Ну, а Кай-то, Кай? – спросила Герда. – Когда же он явился? И он пришёл свататься?
– Постой! Постой! Вот мы дошли и до него! На третий день явился небольшой человечек, не в карете, не верхом, а просто пешком, и прямо во дворец. Глаза блестят, как твои, волосы длинные, вот только одет бедно.
– Это Кай! – обрадовалась Герда. – Я нашла его! – И она захлопала в ладоши.
– За спиной у него была котомка, – продолжал ворон.
– Нет, это, верно, были его санки! – сказала Герда. – Он ушёл из дому с санками.
– Очень может быть! – сказал ворон. – Я не особенно вглядывался. Так вот, моя невеста рассказывала, как вошёл он в дворцовые ворота и увидел гвардию в серебре, а по всей лестнице лакеев в золоте, ни капельки не смутился, только головой кивнул и сказал: «Скучненько, должно быть, стоять тут на лестнице, войду-ка я лучше в комнаты!» А все залы залиты светом. Тайные советники и их превосходительства расхаживают без сапог, золотые блюда разносят, – торжественнее некуда! Сапоги его страшно скрипят, а ему всё нипочём.
– Это наверное Кай! – воскликнула Герда. – Я знаю, он был в новых сапогах. Я сама слышала, как они скрипели, когда он приходил к бабушке.
– Да, они таки скрипели порядком, – продолжал ворон. – Но он смело подошёл к принцессе. Она сидела на жемчужине величиною с колесо прялки, а кругом стояли придворные дамы со своими служанками и служанками служанок и кавалеры со слугами и слугами слуг, а у тех опять прислужники. Чем ближе кто-нибудь стоял к дверям, тем выше задирал нос. На прислужника слуги слуги, стоявшего в самых дверях, нельзя было и взглянуть без дрожи – такой он был важный!
– Вот страх-то! – сказала Герда. – А Кай всё-таки женился на принцессе?
– Не будь я вороном, я бы сам женился на ней, хоть я и помолвлен. Он завёл с принцессой беседу и говорил не хуже, чем я по-вороньи, – так, по крайней мере, сказала мне моя ручная невеста. Держался он очень свободно и мило и заявил, что пришёл не свататься, а только, послушать умные речи принцессы. Ну и вот, она ему понравилась, он ей тоже.
– Да-да, это Кай! – сказала Герда. – Он ведь такой умный! Он знал все четыре действия арифметики, да ещё с дробями! Ах, проводи же меня во дворец!
– Легко сказать, – отвечал ворон, – трудно сделать. Постой, я поговорю с моей невестой, она что-нибудь придумает и посоветует нам. Ты думаешь, что тебя вот так прямо и впустят во дворец? Как же, не очень-то впускают таких девочек!
– Меня впустят! – сказала Герда. – Когда Кай услышит, что я тут, он сейчас же прибежит за мною.
– Подожди меня тут у решётки, – сказал ворон, тряхнул головой и улетел.
Вернулся он уже совсем под вечер и закаркал:
– Кар, кар! Моя невеста шлёт тебе тысячу поклонов и вот этот хлебец. Она стащила его на кухне – там их много, а ты, верно, голодна!.. Ну, во дворец тебе не попасть: ты ведь босая – гвардия в серебре и лакеи в золоте ни за что не пропустят тебя. Но не плачь, ты всё-таки попадёшь туда. Невеста моя знает, как пройти в спальню принцессы с чёрного хода и где достать ключ.
И вот они вошли в сад, пошли по длинным аллеям, где один за другим падали осенние листья, и когда огни во дворце погасли, ворон провёл девочку в полуотворённую дверь.
О, как билось сердечко Герды от страха и нетерпения! Точно она собиралась сделать что-то дурное, а ведь она только хотела узнать, не здесь ли ее Кай! Да, да, он, верно, здесь! Герда так живо представляла себе его умные глаза, длинные волосы, и как он улыбался ей, когда они, бывало, сидели рядышком под кустами роз. А как обрадуется он теперь, когда увидит её, услышит, на какой длинный путь решилась она ради него, узнает, как горевали о нём все домашние! Ах, она была просто вне себя от страха и радости!
Но вот они на площадке лестницы. На шкафу горела лампа, а на полу сидела ручная ворона и осматривалась по сторонам. Герда присела и поклонилась, как учила её бабушка.
– Мой жених рассказывал мне о вас столько хорошего, барышня! – сказала ручная ворона. – И ваша жизнь также очень трогательна! Не угодно ли вам взять лампу, а я пойду вперёд. Мы пойдём прямою дорогой, тут мы никого не встретим.