Приключения Морса и Крюшона - Каришнев-Лубоцкий Михаил Александрович (книга бесплатный формат txt) 📗
Глава шестнадцатая
– Эдвард Гэг, – представился юным спутникам новый пассажир исторического рейса и посмотрел внимательным изучающим взглядом на, притихших разом, друзей. – Я вижу, мое имя вам о чем-то говорит?
– Да… – прошептал Крюшон и проглотил сухой комок, подступивший к горлу. – Говорит…
– Мы про вас уже слышали, господин Гэг, – признался Морс и почему-то махнул рукой в открытое окно, – там… и немного раньше…
В сумке, стоявшей на лавке в углу, кто-то завозился и тяжело вздохнул. Этот шорох и этот вздох не прошли мимо ушей знаменитого волшебника незамеченными.
– Зайцы? – Он показал на подозрительную сумку и добродушно улыбнулся.
– Не совсем… Пуппитролли. – Морс заглянул в убежище крошечных путешественников и пригласил их выйти наружу.
Кракофакс и Тупсифокс выползли из сумки на лавку и, щурясь от яркого света, уставились на всемирно известного чародея.
– Рад познакомиться, меня зовут Эдвард Гэг, – еще раз представился красавец – брюнет, теперь уже пуппитроллям.
– Кракофакс, – нехотя буркнул седенький малютка-старичок.
– Тупсифокс! – весело отчеканил крошка-малыш в клоунском костюме. – А вы думали, что в сумке зайцы? – И он задорно, от всей души, расхохотался тонким фальцетом.
– На билеты для всех не хватило денег, – объяснил Гэгу смущенный Морс, – а бросать кого-то в Злюкенберге мы не хотели.
– Попробовали бы вы бросить самих себя в этом городишке! Я посмотрел бы, как у вас это получится! – проворчал Кракофакс и ехидно хихикнул.
– Мы и не стали никого оставлять! – вмешался в разговор Крюшон. – За себя мы, конечно, заплатили. А за них… – Он сделал паузу, смерил пуппитроллей изучающим взглядом и закончил свою мысль: – … Тут и платить не за что!
Услышав эти слова, Кракофакс побагровел и надул с возмущением щеки:
– Да я… Да ты… Да вы…
– Успокойся, дядюшка, Крюшончик не хотел нас обидеть! – вступился за пухленького гнэльфа Тупсифокс. – Просто он хотел сказать, что у них не хватило денег для покупки билетов на всех четверых!
– Да… Именно это я и хотел сказать… – выдохнул Крюшон и снова полез в карман за платком. – Кстати, господин Гэг, у нас тут прячется еще один «заяц», – он достал вместе с платком металлическую баночку из-под леденцов и, бережно открыв крышку, показал волшебнику жемчужную бусинку из ожерелья Скорпины. – Вы не можете его, как бы это поточнее выразиться…
– Расколдовать! – прямо и открыто вылепил Морс и протянул перламутровый шарик Гэгу. – Злая колдунья превратила зондерлингского оракула и предсказателя в крошечную козявку и заточила его в этой жемчужине. Но бедняга Петер никак не заслуживает подобной участи!
– Он пострадал за свой длинный язык, – хихикнул Кракофакс. – В следующий раз будет думать КОМУ и ЧТО предсказывать!
Волшебник Гэг покатал в ладони жемчужину и, вдруг подкинув ее вверх, что-то быстро произнес (что именно – никто не успел разобрать, даже Кракофакс, у которого на заклинания был особенно острый слух).
А когда Гэг поймал, летящую вниз жемчужину, то в купе уже находилось не пять, а шесть, пассажиров. И этим шестым был ни кто иной, как Трехглазый Петер! Великий чародей вернул Крюшону бусинку и, улыбнувшись новому попутчику, сказал приветливо:
– Присаживайтесь, дорогой Петер Шмидт. Вы, наверное, очень устали, сидя в жемчужине скрюченным в три погибели?
– Не то слово! – пожилой гнэльф с добродушным и приятным лицом попробовал распрямиться в полный рост, но не смог, и, слегка поморщившись, проговорил: – Не все сразу, хорошего понемножку! – Посмотрел на гнэльфов, на пуппитроллей и добавил: – Значит, я не ошибся, и все идет так, как было предсказано?
Он вдруг побледнел и на полусогнутых ногах торопливо заковылял к окну. Выглянул наружу и, словно мешок набитый ватой, сполз на лавку.
– Так и есть: нас преследуют разбойники…
Гэг, Морс и Крюшон тоже бросились к открытому окну и высунули в него головы. И сразу увидели карету, запряженную парой гнедых коней, которая мчалась за поездом, с каждой секундой сокращая расстояние между ним и собой на один мерхендюйм. На месте кучера сидела худая дама в роскошном вечернем платье и что было силы нахлестывала взмыленных коней. «Скорпина! – догадались Морс и Крюшон, разглядывая злюкенбергскую колдунью и трех ее напарников, выглядывающих из окон кареты и размахивающих длинноствольными пистолетами. – А это – Мерзопакс, Фруктус и Свинтус! Снова взялись за старое, только теперь в компании с мамочкой!».
Почуяв неладное, Кракофакс заметался по лавке, не зная, что предпринять. Прыгать на ходу из вагона он не хотел. Попадаться в лапы к разбойникам – тоже. Наконец старый пуппитролль решил просто запрятаться в укромном уголке и отдаться на волю судьбы – пусть будет, что будет. Он дернул племянника за рукав клоунской куртки и тихо шепнул:
– Прыгай за мной!
И смело сиганул с лавки на пол вагона. Нырнул в темный угол и, став невидимым, затаился там, словно мышка.
Тупсифокс, которому очень хотелось взглянуть на разбойников, скрепя сердце, полез за ним. не оставлять же дядюшку одного в беде!
Тем временем карета успела поравняться с последним вагоном (а их всего-то было два!), потом догнала другой, а затем настигла и сам паровоз.
БАХ! БАХ! БАХ! – раздались пистолетные выстрелы, и машинист был вынужден нажать на тормоза.
– Всем выйти из вагона! – скомандовала Скорпина. – Вам тоже! – она ткнула длинным хлыстом в сторону перепуганного машиниста. – Пакси, проверь, не остался ли кто внутри!
Фруктус и Свинтус, не дожидаясь приказа атаманши, открыли дверцу багажного вагона и начали выбрасывать прямо на землю перевязанные веревками стулья, кресла, какие-то деревянные ящики…
– Эй – эй! – крикнула Скорпина, увидев в руках юных грабителей большое красивое зеркало. – Нельзя ли посторожнее! Вы же знаете, что к таким вещам я питаю особую слабость!
Проводник Безенкопф, Гэг, Морс, Крюшон и Трехглазый Петер вышли из вагона и присоединились к другому пленнику – машинисту паровоза.
– Извините, но как вы оказались в поезде? – спросил Безенкопф зондерлингского оракула. – Где ваш билет? Без него находиться в вагоне запрещается!
– А я там и не нахожусь, – вздохнул Петер Шмидт, – я, как зайчик, вышел в поле погулять…
Морс посмотрел на волшебника Гэга:
– Неужели мы так и будем стоять и не окажем бандитам сопротивление? Их четверо, нас шестеро – численное преимущество на нашей стороне!
– Зато у них есть пистолеты, – напомнил храброму дружку Крюшон.
– Не волнуйтесь, я просто раздумывал, что мне нужно предпринять, – улыбнулся Гэг. – Теперь я это знаю!
Глава семнадцатая
Закончив «грязную» работу, Фруктус и Свинтус подошли к пленникам.
– Вы сами выверните свои карманы или вам помочь? – ухмыльнулся Фруктус и помахал перед носом Трехглазого Петера пистолетом.
– Конечно, помочь! – хихикнула Скорпина и спустилась с кучерских козел на землю. – Они здорово перетрусили и не могут даже пошевелить рукой!
– Вы правы, госпожа Скорпина, но только наполовину, – галантно поклонился злой колдунье волшебник Гэг. – Это не мы, а вы и ваша шайка юных грабителей отныне не сможете пошевелиться. Пока я вам этого не позволю…
Он снова что-то тихо прошептал и чуть слышно щелкнул пальцами правой руки.
Лицо Скорпины исказила страшная гримаса. Колдунья хотела ринуться на молодого чародея и вцепиться в него ногтями, но… осталась стоять на месте, не в силах даже шелохнуться. Мерзопакс, Свинтус и Фруктус тоже было рванулись в атаку, но и они оказались пригвожденными намертво к земле. Только по бегающим испуганно глазкам незадачливых грабителей можно было догадаться, что жизнь еще теплится у всех четверых и они еще не потеряли способности что-либо видеть и слышать.
Гэг отобрал у разбойников оружие и подбросил его вверх. Грозные орудия убийства взмыли в небеса и исчезли за кучевыми облаками. Потом великий волшебник приблизился к злой колдунье и, глядя ей прямо в глаза, проговорил: