Сказочные повести. Выпуск пятый - Чеповецкий Ефим Петрович (читать книги онлайн без сокращений .txt) 📗
![Сказочные повести. Выпуск пятый - i_011.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/3/9/8/0/153980/1361128394/i_011.png)
— Это вовсе не пустяки! — ответила чижиха. — Это мы с сыном делаем домашние задания.
А на следующий день Пыжик приносил из школы двойку.
— Безобразие! — жаловалась синице чижиха. — Вы свидетельница, вы сами видели, как мы с Пыжиком делали домашнее задание! И вот вам, пожалуйста, — двойка! Какие несправедливые учителя!.. Ах, бедный Пыжик, все тебя, маленького, обижают!
— Обижают… — захныкал сынок, который уже стал ростом со взрослого чижа.
— Ну ладно, не плачь. Поди ко мне, крошка, я тебя поцелую! — И она хотела обнять сына.
Но Пыжик терпеть не мог нежностей. Он передернул крыльями, да так неловко, что столкнул мать с ветки. Все вокруг рассмеялись. А одуванчики так тряслись, что все поголовно растеряли свой пух и остались нагишом.
Чижиха провалилась в густые заросли крапивы и лопуха. Она больно обожглась и хотела поскорее выбраться, но услышала интересный разговор, который происходил между крапивой и лопухом, и задержалась.
Дело в том, что крапива и лопух были всеми признанные ученые педагоги. Они давно занимались наукой о том, как следует воспитывать детей, но советовали это делать по-разному и без конца спорили.
![Сказочные повести. Выпуск пятый - i_012.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/3/9/8/0/153980/1361128394/i_012.png)
— Нужно жечь, нужно сечь! Нужно жечь, нужно сечь! — упрямо твердила крапива и показывала, как это следует делать. Ладони ее были усеяны густым жалящим волосом и сплошь покрыты грубыми мозолями.
А лопух безразлично махал своими лопоухими листьями и лениво повторял:
— Э-э, и так сойдет, э-э, и так вырастет! Сколько у меня знакомых лопухов, и все так выросли. Некоторые даже стали еще большими лопухами, чем я.
Пока продолжался этот ученый спор, Пыжик сидел на высокой ветке и вертел головой. Вдруг перед его носом пролетела стрекоза. Он хотел схватить попрыгунью, да сорвался с ветки. Сорвался, замахал крыльями и полетел. Да, да, полетел! Неровно, припадая то на одно, то на другое крыло, но полетел.
— Ай! Ай! — закричала чижиха. — Что ты делаешь! Ты же летишь! Ты разобьешься!
Но голос ее потонул в шуме.
— Еще рраз! Еще рраз! — затрещали в траве кузнечики.
— Четче! Четче! Четче! — закричали воробьи.
![Сказочные повести. Выпуск пятый - i_013.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/3/9/8/0/153980/1361128394/i_013.png)
Пыжик снова взлетал, шлепался на землю, но упрямо рвался в воздух.
Все тут же бросились поздравлять чижиху.
— Ч-чудесно! Ч-чудесно! — защебетала соседка-синица. — Оччень, оччень способный!
— Еш-шобы, еш-шобы, — одобрительно жужжал шмель. — Первые в ж-ж-жизни шшаги, шшаги!
— Поздрр-ав-лаю! Поздрр-ав-лаю! — залаял дворовый пес Лука, который из будки все это видел. — Помню, когда впервые пошел Коля Пыжиков, сколько радости в доме было. Уж я-то знаю, как нелегко на двух задних ходить! Сам пробовал, сам… Да, много мне тогда вкусных вещей со стола перепало! — И он звучно облизнулся.
Чижиха успокоилась и, важно нахохлившись, обвела всех гордым взглядом: дескать, иначе и быть не могло, ведь это мой сын!
Она тут же решила послать повсюду телеграммы и полетела к кусту малины, где был главный паучий телеграф. Отсюда во все концы тянулась густая паутина. По ней передавались всякие новости.
Чижиха быстро настрочила телеграмму:
БОЛЬШОЕ СОБЫТИЕ ТЧК МЫ УЖЕ ЛЕТАЕМ ЧИЖИК КРАСОТА ПЕРЕРОС ПАПУ РАДА СКАЗАТЬ НАРОДУ В ГОРОДЕ И ЛЕСУ ВАША ЧИКА
Но старый паучий телеграф перевирал все слова, и те, кто получили телеграмму, читали:
БОЛЬШОЕ БИТИЕ ТЧК МЫ УЖЕ ТАЕМ НИЖЕ У КОТА ПЕРЕКОС ЛАПЫ НАДА СМАЗАТЬ ВОДУ В ОГОРОДЕ КОЛБАСУ ВАША ЧИКА
Всякий понимал это по-своему, и все радовались.
Прочитав слова «нада смазать», двери радостно заскрипели. Они решили, что все дверные завесы наконец-то будут смазаны.
Фикус, обнаружив в телеграмме слово «воду», захлопал своими широкими листьями. Он изнывал от жажды и думал, что его немедленно польют.
Мыши в подполье подняли радостную возню:
— Опасность миновала! — кричали одни. — У кота перекос лапы!
А другие кричали:
— В огороде выросла колбаса!
Один солдат Пешкин правильно расшифровал телеграмму. Он был опытным связистом и разгадывал телеграммы даже посложней, чем эта.
«Точно, у чижихи большая радость! — подумал Пешкин и тут же начал себя ругать: — Эх, и черствая я душа! Как же это до сих пор не навестил семью своего спасителя?! Нет мне за это прощения!.. Сейчас же пойду к генералу, попрошу увольнительную и лично принесу чижихе свои поздравления».
Он направился в штаб главного шахматного командования. Пешкин был любимым солдатом генерала, и тот его принял сразу.
— А-а, здравствуй, Пешкин. Как живешь? — сказал генерал, отрываясь от важных бумаг.
— Разрешите доложить, важное сообщение! — сказал солдат, приложив руку к пилотке и громко щелкнув о доску свинцовой пяткой.
— Докладывай.
— Свершилось, значит, товарищ генерал. Полетел Пыжик! Пичуга мала, а звезду догнала… Стало быть, птенец отличник летной подготовки! Вот как, товарищ генерал.
— Постой, дорогой, постой, — начал припоминать генерал. — Не тот ли самый птенец, отец которого…
— Он самый и есть. Так точно, — печально покачал головой Пешкин. — Меня спас, сам погиб…
— Вспоминаю, вспоминаю, как же! Так чего же ты от меня хочешь?
— Да вот, навестить бы мне чижиху… Стало быть, увольнительную бы мне… вот что…
И тут Пешкин совершил ошибку. Генерал был стариком добрым, но увольнительные любил раздавать сам, а когда просили — отказывал. Он считал, что это необходимо для большей строгости, для авторитета.
— Увольнительной, дорогой, сегодня дать не могу. Сам понимаешь — положение шаховое. С минуты на минуту могут прийти Коля и Петя — и начнется война! Ясно?
— Так точно. Ясно! — отчеканил Пешкин. Что мог он еще сказать?
Но генерал и не думал совсем огорчать Пешкина. Он лукаво подмигнул ему, похлопал по плечу и произнес:
— А не лучше ли отшлепать чижихе поздравительную за моей, генеральской, подписью! А? Каково?
— Премного вами благодарны! — радостно рявкнул Пешкин.
И генерал послал чижихе телеграмму:
САД ЯБЛОНЯ НОМЕР ШЕСТЬ ГНЕЗДО ЧЕТЫРЕ ТЧК АТАКУЕМ ПОЗДРАВЛЯЕМ ОТВОЮЕМ ПОЛЕТАЕМ ПУЛЯ ДУРА ШТЫК МОЛОДЕЦ ТЧК ГЕНЕРАЛ Ф-5.
«Ф-5» означало клетку на шахматной доске, где находился в это время генеральный штаб.
![Сказочные повести. Выпуск пятый - i_014.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/3/9/8/0/153980/1361128394/i_014.png)
Телеграмма была немедленно доставлена чижихе и зачитана вслух. Чижиха еще больше надулась и заважничала.
Вдруг в небе что-то загудело, засвистело, и синеву прочертили длинные белые полосы. Потом эти полосы стали выписывать в небе восьмерки, круги и другие замысловатые фигуры. А впереди этих полос, как серебряные самопишущие перья, неслись и сверкали острокрылые птицы.
Все в саду притихли и с удивлением уставились в небо.
— Чему вы удивляетесь? — сказала чижиха. — Разве не знаете — этот воздушный парад назначен сегодня в честь моего Пыжика!
Никто не стал возражать, а Пыжик запищал:
— Мама, мама, я тоже так хочу!
— Что ты, милый, так высоко? — ужаснулась чижиха. — Там холодно, ты простудишься! Это только люди могут так высоко и быстро летать, а ведь ты — птица… И вообще, на сегодня хватит. Ты устал. Пойдем лучше домой.
Соседка-синица пошла провожать чижиху. Она ласково положила ей крыло на плечо и сказала:
— Ну, милая, скажу вам как мамаша мамаше: теперь у вас самое трудное… — и, помолчав секунду, добавила: — впереди!
— Да, — согласилась чижиха. — Конечно, когда ребенок начинает летать, покоя матери не знать, того и гляди, птенец залетит не туда, куда надо.