Приключения Арбузика и Бебешки. В Стране Голубых Туманов - Скобелев Эдуард Мартинович (книги онлайн без регистрации .TXT) 📗
Закладка корабля
И вот застучали молотки, затюкали топоры, зазвенели пилы – началась закладка корабля. Закипела дружная работа.
Дядя Ваня свёз строительные материалы к реке, и у реки, под дощатым навесом, защищавшим от снега и дождя, установили киль – продольный брус, который сообщает кораблю устойчивость при движении, и принялись за шпангоуты – деревянные рёбра, к которым прикрепляется обшивка.
Чертежи делали втроём – дядя Ваня, Арбузик и Бебешка. Корабль был задуман парусным – большое самоходное судно было явно не по карману. Но всё же дядя Ваня решил на всякий случай поставить и два небольших бензиновых мотора.
![Приключения Арбузика и Бебешки. В Стране Голубых Туманов - i_006.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/4/9/6/0/244960/1427976816/i_006.png)
Перед тем как приступить к постройке корабля, определили его команду. Чтобы избежать в будущем недоразумений, набрали ещё целый экипаж дублёров, и все принялись настойчиво овладевать нелёгкими морскими науками. Предстояло научиться по солнцу и звёздам определять местонахождение корабля в море, правильно прокладывать его курс и, конечно же, ловко и быстро управляться с парусами. Моряки прежних времён умели мастерски водить парусные суда, они так хитроумно ставили паруса, что корабль продвигался даже против ветра.
Капитаном первого экипажа выбрали Арбузика, капитаном второго – Бебешку. Оба экипажа и были главными строителями. Командовал постройкой корабля дядя Ваня. Вот где пригодился его опыт, вот где понадобились его разносторонние знания!
Разумеется, в моряки попали только те ребята, которые хорошо успевали по всем предметам, великолепно плавали и пользовались полным доверием своих родителей.
Ни в один экипаж не взяли Мухоморчика – по той причине, что он плавал как топор. Иначе говоря, вовсе не умел плавать. Он поклялся к весне стать великолепным пловцом, хотя в городе не было ни одного бассейна.
Мухоморчик всецело полагался на гипнотизёра из цирка. Тот часто точил бритвы у его отца и, прослышав о затруднениях мальчика, предложил научить его держаться на воде за несколько гипнотических сеансов.
– Это, конечно, выдающийся фокус – научить плавать без воды. Однако для вашего сына я очень постараюсь, – сказал гипнотизёр точильщику ножей. – Я окуну его в воображаемую воду!..
Нашлось важное дело и для девочек: они шили паруса, из бельевых верёвок скручивали канаты и придумывали, как назвать корабль.
Весь город преобразился. Отныне только и было разговоров, что о корабле. Многие взрослые приходили на берег реки посмотреть и удивлялись, что корабль будет большим и вместительным.
– Когда корабль вернётся из плавания, мы поставим его в музей, – говорили одни.
– Своих детей я не пущу в море ни за что на свете! – говорили другие. – Если тонут корабли, построенные на заводах, нет никакой уверенности, что не потерпит крушения эта самодельная посудина!
А появлявшийся время от времени на стройке дядя Гоша хмурился и говорил так:
– Куда они поплывут, эти мальчишки-выдумщики? Да знают ли они, что такое ванты, бизань, бом-брамселя и стеньги?
– А вы-то сами знаете? – спрашивали дядю Гошу.
– Сам я не знаю, – несколько смущался дядя Гоша, – но я ведь и не собираюсь никуда плыть. Мне и на диване неплохо…
Нерешённый спор
Великое чудо труда – когда замысел превращается в конкретную вещь! Кажется, вовсе не будет конца заботам. Но проходят дни, и труд вознаграждает тех, кто старается.
Ребята очень гордились, что их мечта о паруснике начала на глазах воплощаться в настоящий корабль.
Даже директор школы, придя на стройку в воскресенье, чтобы помочь перенести брёвна, удивлённо свистнул, сдвинув на затылок шляпу.
– Да вы у меня настоящие волшебники! – воскликнул он. – Какой порядок! Какое усердие! Какое чувство общего дела! Вот это жизнь!
Обшивку корабля соединяли со шпангоутами стальными болтами. Дрелью сверлили отверстия изнутри, но так как сверло было коротковато, приходилось сверлить ещё и прикрепляемые доски.
Хотя Арбузик старался и делал тщательные расчёты, несколько отверстий не совпало и пришлось сверлить новые, а прежние законопатить. Это было уже браком в работе, и мальчик очень расстроился.
– Сверлить ты меня как раз и не научил, – упрекнул Арбузик отца, вернувшись к ужину домой.
– Всему научить невозможно, – с усмешкой ответил отец, садясь за стол. – Если у человека нет желания учиться, его вообще ничему нельзя научить, и всякие подсказки со стороны бесполезны. Когда же велико собственное желание, человек всё схватывает на лету, и даже маленькая подсказка ему на пользу.
– Я думаю, это так, – наморщив лоб, важно сказал Бебешка. – Я многому научился, потому что очень хотел научиться. У меня не было твёрдости в характере, теперь она у меня есть. Всё зависит от характера, все успехи.
Арбузик в сердцах назвал Бебешку бахвалом. Мальчики заспорили и так разгорячились, что в спор вмешались дядя Ваня и тётя Муза, причём тётя Муза заняла сторону Арбузика, – по крайней мере, ей так казалось.
– Постойте, постойте, – остановила она спорщиков, тряся их за плечи. – Надо рассуждать по порядку, логически, иначе говоря, не отступая от правды!.. Малыш делает первые шаги неуверенно, падает, но если он пробует ходить вновь и вновь, несмотря на неудачи, он быстро осваивается. И так – всякое дело. Много раз ошибёшься, но если чего-то очень захочешь, в конце концов добьешься цели. Никто не становится сразу мастером!
– По-моему, ты всё запутала, мама, – сказал Бебешка.
– Не запутала, а распутала! – воскликнула тётя Муза. – И глуп тот, кто думает о себе, что он умнее всех!.. Ты хотел спросить, кто же помогает малышу сделать первый шаг, кто побуждает человека впервые взяться за какое-либо дело? Так я тебе скажу: собственное любопытство! Воспитатель только помогает разбудить его. Непонятного и неизвестного в мире гораздо больше, чем понятного и известного, вот любопытный и начинает искать!
– Так всё же, кто прежде всего учит начинающего, учитель или он сам себя? – усмехнулся Бебешка…
Парикмахер Эпельсинов
В городе появился новый парикмахер по фамилии Эпельсинов. Фамилия очень подходила к внешности парикмахера. Это был среднего роста человек с маленькими чёрными глазками и густыми оранжевыми волосами. Он говорил без передышки и беспрестанно смеялся, размахивая при этом руками.
Нового парикмахера подвергли испытанию прежде всего городские модницы. Поплыли слухи, что Эпельсинов приехал из столицы, где у него была какая-то шумная загадочная история. Якобы ему надоела столичная жизнь, он решил уехать в тихий городок и выбрал, разумеется, наш.
Слухи весьма сильно повлияли на тётю Музу.
– Это не то что мы, провинциалы, это культурный человек! Мне по секрету передали, что Эпельсинов говорит на пяти языках! – восхищенно объявила она за ужином. – Он в курсе всех событий. Ещё бы, он работал в крупнейшей гостинице, где останавливаются только иностранцы. Он и сам выглядит, как настоящий иностранец. И туфли у него не похожи на наши, и костюм какой-то особенный. И даже шепелявит он с каким-то непонятным акцентом.
– По-моему, он выглядит, как самое обыкновенное огородное пугало, – заметил дядя Ваня. – Разве что наглости у него побольше.
– О, вы ничего не смыслите в настоящей культуре! – наморщив лоб, воскликнула тётя Муза. – Это вам не моторы чинить и не телескопы строить! Вы только подумайте, он свободно разговаривает на пяти языках, двух европейских и трёх скандинавских!
– Кажется, Скандинавия тоже относится к Европе, – тихо сказал дядя Ваня.
– Это ровным счётом ничего не значит! – возразила, нимало не смущаясь, тётя Муза. – Европа или не Европа – это требуется ещё доказать. А то, что Эпельсинов работал в парикмахерской, куда приходили одни иностранцы, – доказанный факт. Вы же отлично понимаете, без знания языка невозможно ни постричь, ни побрить!