Мальчик со шпагой.Звездный час Сережи Каховского (журнальная версия) - Крапивин Владислав Петрович (библиотека книг .TXT) 📗
— Это мысль, — усмехнулся Олег. И повернулся к собеседнице.
— Извините, я отвлекся. Значит, Мите одиннадцать лет?
— Да, двенадцатый. Он только выглядит помладше. Видите, и я маленькая и отец был невысокий… Но дело не в том, что он маленький, а в том, что слишком уж тихий. Знаете, я сама была отчаянной девчонкой, честное слово. А на него смотрю и удивляюсь. Ведь мальчишка же он, а не девочка. Другие матери сладить не могут со своими сыновьями, а я, вот не поверите, мечтаю даже: ну хотя бы подрался с кем-нибудь!
— Обижают его? — негромко спросил Олег.
— Нет… не обижают. Но, знаете, как-то не принимают всерьез, Если во дворе футбольная игра, он в сторонке. Если крепость строят, он дома сидит…
Она улыбнулась, нерешительно посмотрела на Сережу и вполголоса призналась:
— Мужского воспитания, конечно, не хватает.
«Чепуха, — думал Сережа, развинчивая рукоять рапиры. — У Володьки Огонькова тоже нет отца, а он сам кого хочешь воспитает по-мужски. Это уж от характера зависит».
— Меня тревожит одно обстоятельство, — оказал Олег. — Наши ребята занимаются с лета, они многому уже научились. Вашему сыну придется их догонять. Заниматься старательно, больше, чем другим…
— Он будет! Он мечтает с тех пор, как узнал о клубе.
— Да, я понимаю, — осторожно продолжал Олег. — Хорошо, что мечтает. Но… вы знаете, когда мальчишка не ходит ни в кружок, ни в секцию, ни в клуб, а в школе учится так себе, это в общем-то дело привычное. Но стоит ему записаться и в эти же дни, упаси господи, получить двойку, как родители сразу делают вывод: клуб тебя отвлекает от школы.
— Да не будет его клуб отвлекать, — поспешно возразила Митина мама. — Он дома над уроками все равно больше часа не сидит. Или кораблики клеит, или книжки читает… Значит, запишете Митю?
Олег улыбнулся:
— Я сам не записываю, это совет капитанов решает. Но я думаю, совет не будет возражать. Что могут иметь капитаны «Эспады» против пятиклассника Мити Кольцова?.. Но я должен одно сказать, Ольга Васильевна: у нас не спортивная секция, а простой дворовый пионерский клуб. Мы не готовим спортсменов-разрядников, и вряд ли кто-нибудь из наших ребят станет участником олимпийских игр или хотя бы чемпионом города. Мы занимаемся разными делами, и фехтование у нас просто для общего развития.
— Я понимаю. Не в чемпионстве дело…
— Ну и прекрасно. Сергей, позови, пожалуйста, из коридора человека Митю Кольцова,
который, наверно, с трепетом ждет решения своей судьбы.
— Не ждет он с трепетом, — откликнулся Сережа. — Я ему уже сказал, что примут.
Митина мама с благодарностью посмотрела на него. Сережа приоткрыл дверь и кивнул Мите:
— Входи.
Митина мама ушла, и они остались втроем. Ребята еще не начинали собираться. Митя стоял у дверей и, стесняясь, оглядывал разрисованные стены.
— Слушайте, поручик, у меня к вам просьба, — сказал Олег Сереже.
— Да, мой генерал, — в том же тоне откликнулся Сережа.
— С меня райком спрашивает план работы. Если завтра не сдам, повлекут в геенну огненную. Пока у нас тихо, я поработаю в кают-ком-пании, а ты займись с новичком.
— Я? — растерялся Сережа.
— Ну да. А что?
— Но я же… — начал Сережа и наткнулся на требовательный взгляд Олега. Этот взгляд говорил: «Надеюсь, ты не будешь капризничать при новичке?»
— Ну… хорошо, — сказал Сережа. — Ладно. Я займусь.
Олег удалился в кают-компанию. Это была комнатка, где стоял знаменитый диван и хранилось в самодельном шкафу из оргстекла голубое с красными звездами и золотыми клинками знамя «Эспады».
« Начнем, — сказал Сережа, старательно вспоминая, что говорил и как себя вел в таких случаях Олег.
Митя послушно кивнул.
Сережа достал из пирамиды рапиру.
— Возьми… Нет, не так. Ты видел когда-нибудь старинный пистолет с прямой ручкой?
— На картинке, — шепотом сказал Митя.
— Ну, вот. Рапиру держат примерно так же, как этот пистолет. Указательный палец здесь, у щитка. Этот щиток называется гарда. На этом пальце вся тяжесть рукоятки. Ты его согни, будто он на спусковом крючке. А большой палец — сверху, как на курке, вот так. А остальными пальцами слегка придерживай. Нет, ты не стискивай. Пальцы должны играть на рукояти, как на флейте.
Митины пальцы, тонкие, холодные от волнения, послушно сгибались и разгибались. Сережа, совсем как Олег, продолжал:
— Есть такой фильм — «Скарамуш». Из эпохи французской революции. Фильм так себе, но фехтование в нем поставлено отлично. Ну так вот, там учитель фехтования говорит главному герою: «Шпагу надо держать, как птицу. Если сильно сожмешь — задушишь, если слабо станешь держать — улетит». Понимаешь, противник выбьет…
Митя нерешительно сказал:
— Я слышал, что если на соревнованиях шпагу выбьют, то это не считается. Сразу бой останавливают.
![Мальчик со шпагой.Звездный час Сережи Каховского (журнальная версия) - _9.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/1/3/7/2/5/213725/1407264864/_9.jpg)
![Мальчик со шпагой.Звездный час Сережи Каховского (журнальная версия) - _10.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/1/3/7/2/5/213725/1407264865/_10.jpg)
У нас рапиры, это колющее оружие.
— Вообще-то да… Но что хорошего, если у тебя оружие вышибли? И это ведь на соревнованиях. А если по правде, в бою? Там таких правил нет.
Митя взглянул ему в лицо. В синих глазах его было удивление.
— Разве бывают сейчас настоящие бои на шпагах?
— Всякое может быть, — солидно сказал Сережа. — Нам Олег рассказывал про один случай в Ташкенте. Там несколько бандитов с ножами напали на спортсменов. А те с эспадронами шли, c тренировки. Эспадрон — это не рапира и не шпага, а спортивная сабля, тонкая такая. Эти ребята-фехтовальщики взяли эспадроны да как принялись за бандитов! Чуть в капусту не искрошили. Повыбивали ножи, притиснули к забору, потом позвали милицию… В общем, было дело.
— Вот это здорово! — сказал Митя. Он оживился и перестал смущаться. — А мы будем учиться на этих… на саблях?
— У нас их нет пока. У нас рапиры, это колющее оружие. Учти, что рапира — основа фехтования… Ну, давай, я тебе покажу исходное положение и боевую стойку.
Исходное положение Митя усвоил сразу. А боевая стойка сперва не получалась. Клетчатая курточка, такая нарядная на первый взгляд, оказалась старенькой и тесноватой. Узкие рукава, аккуратно заштопанные на локтях, не давали рукам свободно сгибаться.
— Сними ты ее, — посоветовал Сережа. — И свитер скинь. И вообще полагается заниматься в спортивном костюме и кедах.
Митя виновато глянул на свои начищенные полуботинки.
— У меня есть. Я не знал… Ну, не думал, что надо будет так сразу.
— Пойдем. Я тебе отыщу кеды. На время.
В комнате рядом с кают-компанией была раздевалка. В несколько рядов там стояли маленькие шкафчики для одежды. Олег раздобыл их в каком-то детском саду, старые, списанные. Мальчишки сначала хихикали над детсадовской мебелью, но оказалось, что шкафчики — вещь удобная. Можно оставлять обувь, тренировочные костюмы, всякую мелочь. Шкафчики были заново покрашены в стальной цвет. Вместо малышовых картинок с морковками, флажками и котятами на дверцах пестрели рыцарские эмблемы — щиты со звездами, кораблями, лилиями, оружием и львами.
— Это у каждого свой знак? — спросил Митя.
— Да.
— И мне… тоже дадут?
— Ты сам должен придумать эмблему.
— Но мне так ни за что не нарисовать.
— Ты, главное, придумай. Валерик Воронин нарисует… Но эмблема — это не сразу. Это когда совет переведет тебя из кандидатов в члены клуба.
— А-а, — сказал Митя слегка разочарованно.
— Да ты не огорчайся. У нас в кандидатах долго не держат.
— А сколько?
— Ну, это как когда… В общем, соберется совет, все тебе объяснят. И про устав и про наши правила. Ты пока главное правило запомни — про оружие. Оно там на стене написано.
— Я уже запомнил. Наизусть, — сказал Митя. Зажмурился и тихонько зашептал. Сережа расслышал последние слова: