Тень каравеллы (сборник, с илл.) - Крапивин Владислав Петрович (читаем полную версию книг бесплатно txt) 📗
Нет, это были не модели, а самые настоящие яхты, на которых мальчишки и девчонки из «Каравеллы» гонялись очень лихо.
Откуда взялись яхты? Ну взяли да построили, подумаешь, трудность!
Хотя, если говорить честно, поначалу эта работа вовсе не казалась простой. Ведь яхты строили не в воображении, а руками. А руки-то сначала были крюки и ничего не умели.
Надо было найти чертежи, купить фанеру и доски, а потом – пилить, строгать, шпаклевать, шкурить… А еще надо было шить паруса, а в них вшивать люверсы… Девчонки-то шить умеют, а мальчишки? Пришлось учиться. Не позовешь же маму. В общем, дел было много. Но вот построили, а что дальше?
А дальше надо было учиться ходить под парусом (прошу запомнить: на яхте ходят, а не плавают), потому что ветер не шутит и запросто опрокинет яхту, если рулевой не будет с ним считаться. Поэтому зимой не только строгали, пилили, красили, но еще и изучали морское дело. Серьезно, как в школе, – устройство корабля, мачты, паруса… И, само собой, учились вязать морские узлы – как без них? Потом сдавали зачеты и экзамены на яхтенного рулевого. И мечтали о лете. Потому что лето – это прекрасное «хулиганское» время, именуемое «парусной практикой». Лето – это плавания, морские битвы и, конечно, киляния…
Для тех, кто не знает, что такое «киляние», объясняю: это значит, что рулевой плохо знает свое дело, не учел ветер, неправильно сделал («скрутил») поворот – и яхта перевернулась, вывалив экипаж в воду. Или наоборот: рулевой отлично знает свое дело и ветер учитывает, но очень хочется купаться (а купаться с яхты запрещено), и вот он мастерски закладывает «неправильный» поворот, яхта ложится на воду, экипаж радостно вываливается за борт, и все ну просто совершенно счастливы!
Естественно, что, когда флагманское судно с разгневанным Командором Славиком на борту приближалось к месту кораблекрушения, лицо рулевого выражало искреннее недоумение: мол, как же это вышло-то, а?
Так что с парусами в жизни писателя Крапивина все было в порядке: вычитанные в детстве из книг, они стали реальностью.
Лето – оно большое, его на все хватит. И если на парусную практику надо было ездить на другой конец города, потому что большой воды рядом не было, то зеленый прибой Уктусского леса шумел прямо за окнами.
Можете мне не верить, но в ту пору там еще водились пираты и разбойники – вооруженные до зубов, в черных треуголках и шляпах с перьями. По тропинкам этого леса в одно лето ковылял одноногий и одноглазый Сильвер, а в другое устраивал засады благородный и отважный разбойник Робин Гуд. Да и с тремя мушкетерами там тоже можно было встретиться. Я не шучу. Просто каждое лето в «Каравелле» снималось кино. Во всех ролях – мальчишки и девчонки из флотилии, а сценарист, режиссер и оператор – писатель Крапивин.
В общем, детская любовь к кино тоже не прошла бесследно.
Короче говоря, жизнь ребят из «Каравеллы» была полна содержания и смысла во все времена года, а во главе этого юного братства стоял Командор Славик.
Да, они звали его просто Славик, и такое обращение мальчишек ко взрослому человеку и к тому же известному писателю многих смущало. Учителей, чиновников, родителей. Но не мальчишек. Они-то знали: это где-то там он был писатель Крапивин Владислав Петрович. А с ними он был Славиком. Общим старшим братом, существом главнокомандующим и родным.
Надо сказать, что он никогда не был с ними добреньким сладким дядюшкой. И вообще, характер у писателя Крапивина не сахар. Мягко говоря. Не сомневайся, читатель, в гневе он был ужасен! Когда Славик бушевал (а случалось это довольно часто, и, честно говоря, у него бывали для этого причины), все вокруг замирало.
Верно, и мальчишки его не щадили (к чему эти тонкости меж близкими родственниками). Они с ним ссорились и мирились, обижались и ниспровергали его, навеки уходили в отставку и возвращались… Или не возвращались. Всяко бывало.
Разумеется, капитаны, штурманы и матросы «Каравеллы» люди были разные. Кто-то потому и пришел в «Каравеллу», что мечтал познакомиться с любимым писателем (потом этот возвышенный интерес заслонялся толпой ежедневных дел), а кто-то знать о его книгах не знал и вообще читать не любил (эти, напротив, начинали читать из любопытства: что это там наш Славик пишет?). И все они считали его книги своими.
Во-первых, потому (хоть это и не главное), что они были самыми первыми их читателями. Ведь, в сущности, книги еще не было. Была рукопись – пачка страниц, отпечатанных на машинке, и еще ни одна живая душа в целом свете не знала, про что там. Ни редактор в издательстве, ни художник, которому предстоит нарисовать картинки, ни наборщик в типографии. Только они. Они были доверенные лица Славика, хранители тайны.
А во-вторых, потому, что в его книгах многое было родным, узнаваемым, домашним. Старая карта «Бандерильи» вдруг возникала в «Тени каравеллы», а деревянный дом, который на самом деле был кораблем, сорвавшись с места, улетал на берег океана [1]. Они-то знали, о каком доме это написано. А отважный одинокий летчик Антошка Топольков был им младшим братом [2], потому что он, можно сказать, при них родился. Ну, про «Мальчика со шпагой» и говорить нечего – это совсем родное было. В этой книге был записан главный закон «Каравеллы»: «Я не стану ждать, когда на защиту справедливости встанет кто-то другой, раньше меня». А заодно и рассказывалось, как трудно этому закону следовать. Потому что многие люди, утверждая, что они за справедливость, на самом деле против нее. Только про это в детских книжках писать было не принято.
И вольно же было потом кому-то из критиков утверждать, что гражданин Сионистский из романа В. Крапивина всего лишь карикатура, что таких взрослых не бывает [3]. Еще как бывают! – знали мальчишки из «Каравеллы». Дело в том, что такие граждане жили по соседству с их полуподвалом и каждый день глядели на ребят с недобрым прищуром. Писали жалобы, в которых требовали немедленно разогнать «Каравеллу», потому что это организация вредная и опасная, – мол, чему там детей учат, если на самом видном месте у них висит «портрет черепа с костями»…
А главное, ведь так все и было: черный пиратский флаг хоть и не на самом видном месте, но висел! Дело в том, что в «Каравелле» тогда снимали фильм «Остров сокровищ».
Теперь, читатель, ты знаешь, как жил герой Владик/Славик, когда вырос и стал писателем Крапивиным. Сначала известным. Потом знаменитым. А теперь его называют легендарным. Он написал кучу книг. И вот что кажется загадкой: когда же он умудрялся их писать?
Ну вот, пожалуй, и всё. Ну или почти всё. Осталось только сказать тебе, читатель, о тебе самом. Когда ты будешь читать эту книгу, помни, что детство Владика уже прошло, а твое – еще нет. У Владика все сбылось. Если ты хочешь, чтоб жизнь твоя была интересной и счастливой, чтобы твои собственные мечты сбылись, не жди, пока вырастешь. Начинай сейчас. Смотри вокруг во все глаза. Найди верных друзей. Читай книги. Ищи дело по душе и не отступай, если не получается. Потому что жизнь начинается сейчас, в детстве.
Н. Соломко
Тень каравеллы
Повесть
Моей матери – первому моему читателю, критику и другу
![Тень каравеллы (сборник, с илл.) - _1.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/4/6/8/245468/1428292616/_1.png)
![Тень каравеллы (сборник, с илл.) - _2.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/4/5/4/6/8/245468/1428292616/_2.png)
Один раз, когда я был маленьким, мне очень повезло: у меня прохудились ботинки и пришлось сидеть дома. Не смейтесь. Если бы не этот случай, я не построил бы корабль.
1
Рассказ «Старый дом».
2
Повесть «Летчик для Особых поручений».
3
Роман «Мальчик со шпагой».