Сёма и Великий Фирс - Коряков Олег Фомич (лучшие книги онлайн .txt) 📗
![Сёма и Великий Фирс - Коряков Олег Фомич (лучшие книги онлайн .txt) 📗](/uploads/posts/books/39654/39654.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Сёма и Великий Фирс - Коряков Олег Фомич (лучшие книги онлайн .txt) 📗 краткое содержание
Сёма и Великий Фирс читать онлайн бесплатно
![Сёма и Великий Фирс - image1.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/9/9/9/9/6/199996/1397304300/image1.jpg)
Девчата называли это разногласиями между двумя «великими державами». «Великими державами» были Валерка Худяков и Виктор Фирсов. «Разногласия» начались со знакомства.
Первого сентября седьмой «б» собрался у входа в школу задолго до звонка. Девчата, сгрудившись, слушали какой-то потешный рассказ Веры Садкиной, легкомысленно хихикали и даже повизгивали. Пареньки стояли чуть в стороне и с солидностью знатоков обсуждали шансы на победу футбольной команды «Спартака». Именно за эту команду болела почти вся школа.
— Выскочат! — уверенно утешил приятелей Валерка Худяков. — Им только обойти динамовцев — и всё.
— Не так-то это легко. — Длинный, сутулый Кеша Строганов грустно покачал головой. — Не так-то…
Сёма Благинин вдруг хлопнул себя по бёдрам и захохотал.
— План! — выкрикнул он. — Гениальный план!
Все заулыбались: сейчас Сёмчик что-нибудь «отмочит».
Это был неисправимый шутник. Его весёлые «теории» ходили по всей школе. Например, по Сёминой теории, головной мозг школьника устроен так. В черепной коробке — бесчисленные коридорчики. А в них от потолка до пола — ящички. По коридорчикам бегает малюсенький человечек со связкой ключей. Если школьник узнал что-нибудь новое, человечек хватает это новое и засовывает в один из ящичков. Когда школьнику надо что-нибудь вспомнить, человечек бежит к ящику и вытаскивает из него требуемое. У одних школьников этот человечек бойкий, проворный, старательный, у других — ленивый и неповоротливый, у третьих — соня, у четвёртых — с ржавыми ключами…
Вообще Сёма был оригинальный, если не сказать, странный человек. Это бросалось в глаза уже при беглом знакомстве с ним. Очень толстый и неуклюжий, он был неудержимо подвижным и совершенно заслуженно имел прозвище «Сёмчик-Живчик». Во всём классе он был самым безобидным — мухи не тронет. Всюду, в каждое дело он совал свой маленький вздёрнутый нос и в то, же время оставался внутренне спокойным, казалось, безучастным. В нем не было равнодушия, но было очень много беззаботности. Когда над ним посмеивались, он смеялся вместе с другими. Ничто не могло вывести его из себя.
Товарищи любили Сёму за его весёлый нрав. Всегда он что-нибудь да выдумает потешное. Сейчас этот толстяк сказал: «Гениальный план!» — и все заулыбались: опять какая-нибудь «теория»…
Сёма напустил на своё круглое румяное лицо нечто вроде серьёзности, похлопал ресницами и провозгласил:
— Электромагнитная атака! Главный исполнитель — Стружка.
Стружкой звали Кешу Строганова. Звали, во-первых, потому, что подходящей была фамилия, во-вторых, потому, что он всегда что-нибудь мастерил, выпиливал, строгал, а в третьих, — и это было, наверное, главным, — сам он очень уж походил на тощую вытянутую стружку.
— Атака, — продолжал Сёма, — проводится тайно. Наш Стружка готовит мощный электромагнит и закапывает его у ворот динамовцев. Перед самым матчем Валерка похищает у судьи мяч…
— И попадает в милицию, — перебил незнакомый голос.
Все оглянулись. Около них стоял какой-то паренёк. Высокий, видать, сильный. Чуть вьющийся чубчик, дерзкие тёмные глаза, блуждающие усмешливые губы. Брюки снизу пообтрепались, на плечах висела свободная спортивная куртка «фасонного» покроя.
С независимым видом паренёк отодвинул Кешу Строганова и, сразу очутившись в кругу ребят, спросил:
— Вы и есть седьмые балбешники?
Все молчали. Кеша вежливо поинтересовался:
— Балбешники — это что?
— Не знаешь? — Паренёк покровительственно усмехнулся. — Балбешники бывают шестые, седьмые и так далее. Означает: шестой «б», седьмой «б» и так далее. Понятно?
Валерка Худяков — первый ученик и не последний драчун — вызывающе прищурил глаз:
— А ты кто такой?
— Ктокалка! — не оборачиваясь к Валерке, ответил паренёк, но тут же смилостивился, пояснил — Виктор Петрович. Фирсов. Понятно?
Сёма хлопнул себя по бёдрам и фыркнул:
— Это ты — Виктор Петрович? Хо!
— Нет, твой папа, — огрызнулся Виктор.
— А ты не очень… — нахохлился Валерка.
— Что «не очень»? Тоже мне, указка!
— А что, и укажу!
— Конечности коротки.
Девчата притихли, насторожились: опять у мальчишек скандал! Вера Садкина тряхнула косами и решительно направилась к спорящим.
— Левый край, правый край, не зевай!.. — пропел Сёма в предвкушении потехи.
Но тут из школы вышел Николай Никифорович, классный руководитель седьмого «б», старичок, из-за фамилии и длинного носа прозванный «скворцом». Бочком протиснувшись поближе к спорщикам, он шутливо взъерошился и воинственно пригнулся:
— А ну, с кем на кулачки?!
Мир был восстановлен.
Впрочем, то была лишь видимость мира. «Разногласия между великими державами» продолжались.
Виктор держался в классе независимо и вызывающе. На вопросы преподавателей он отвечал с ленцой и плохо скрываемой небрежностью, если же не знал материала, заявлял: «Забыл» и молчал, чуть ли не с гордостью подняв голову и усмехаясь поджатыми губами. Виктор был второгодником, и всё ему было трын-трава. Поняв, что Валерка Худяков сила, — за ним идут почти все ребята, — Виктор попытался помириться с классным вожаком, но ничего из этого не получилось. «Не получилось? Наплевать!» — решил Виктор.
Валерка принадлежал к числу «земных отличников». Вы знаете, что отличники делятся на «земных» и «неземных»? «Неземные» заняты только делом, книгами, науками. Вот, например, Кеша Строганов. Оттого он всегда и бледный и немножко грустный, другим с ним скучновато, а ему скучновато с другими. «Земные» — те на уроках старательно сопят над письменной работой, неотрывно слушают преподавателя, любят взахлёб читать, но выдайся свободная минутка — они будут вместе со всеми дурачиться, прыгать, вертеться, как бесенята. Валерка был «земной». Сёма говорил по него:
— У Валерки в голове такой особый циферблат. С надписями: «Веселье» и «Дело». Как уроки — человечек ставит стрелку на «Дело», свободное время — переводит Стрелку на «Веселье».
Веселиться Валерка мог как угодно и с кем угодно. Но только не с Виктором. При Викторе он делался нахохленным и молчаливым, лишь иногда бросая короткие злые фразы.
И весь класс, привыкший видеть в Худякове вожака и запевалу, относился к Фирсову настороженно, неодобрительно.
Только Сёма не поддался общему течению. Он, конечно, объяснил это, поскольку он всегда всё объяснял.
— У меня такой принцип, — сказал Сёма. — Чего я буду ввязываться в их разногласия? Мне с Фирсом даже интересно.
Видимо, и впрямь было интересно: Сёма перебрался к Виктору на последнюю парту у окна.
Это Виктору понравилось, теперь он был не один. Всякому полководцу нужна армия. Виктор хотел быть полководцем.
На первых порах полководец держался со своей «армией» весьма учтиво: он побаивался, как бы «армия» не перешла на сторону противника. Сильные руки толстяка его не смущали. Этими руками Сёмчик умел только жестикулировать.
Постепенно Виктор убедился, что с Сёмчиком можно делать всё что угодно, — насмехаться, понукать, помыкать. Скулы Валерки Худякова бледнели, когда он наблюдал, как безропотно и беззаботно Благинин выполняет команды своего «Великого Фирса». Так Сёма называл Виктора.
У Валерки чесались руки подраться с Фирсовым. Заметив однажды (и не в первый раз), как сверкнули у Валерки глаза в разговоре с Виктором, Вера Садкина отозвала его в сторону. Она была редактором отрядной стенгазеты и считала, что должна всем делать замечания. Валерке она сказала:
— Худяков, ты это брось.
— Что «брось»?
— Ты же знаешь, о чём я говорю. Ты же хочешь подраться с Фирсовым. А ещё отличник!..
— Что ж, отличник, так и стукнуть подлецу нельзя, не имею права?
— Можно обойтись и без драки.
— Ну, это не ваше, девчоночье, дело!
— Не ваше? Да? А ты забыл, о чём тебя предупреждали на совете отряда?
Хм, Валерка действительно порою забывал об этом. А на совете его предупредили, что если будет ещё хоть одна драка, — берегись, товарищ Худяков: рекомендацию в комсомол ты не получишь.