Борьба за скорость - Ляпунов Борис Валерианович (читать книги полные TXT) 📗
Прошло всего четырнадцать лет с того времени, как в Париже капиталистический мир устроил смотр своей техники на рубеже двух веков. То, что созревало в недрах секретных лабораторий, в исследовательских институтах и конструкторских бюро, вышло на поля сражений.
Консервированная смерть, что хранилась на военных складах, миллионы тонн стали и взрывчатки вырвались на свободу, унося человеческие жизни. То, что было создано трудом многих людей, на что были затрачены металл, энергия, деньги и главное — напряжение ума, воли человека, то, что воплотило в себе высокое инженерное искусство и успехи не одной, а многих наук, — гибло в считанные минуты. Шли ко дну огромные океанские корабли. Рушились форты и крепости. Снаряды сверхдальнобойной артиллерии уничтожали памятники старины, бесценные произведения искусства.
Авиация и химия, танки и подводные лодки, десятки изощреннейших способов убивать, уничтожать, разрушать были выпущены волей империализма на поля войны.
А между тем, какие огромные возможности могли бы открыть перед человечеством техника и наука для жизни, для творчества, для переделки планеты, для счастья всех людей!
Еще много рек можно было перегородить плотинами, и многие миллионы, нет, миллиарды лошадиных сил заставить служить человеку. Мертвые земли пустынь, занимающие треть поверхности Земли, ждали воды, которая могла бы вернуть их к жизни и превратить в цветущие края. Можно было бы прорыть новые тоннели, построить новые города, поднять в небо эскадры пассажирских воздушных кораблей и взбороздить волны морей пловучими городами…
Смелая мысль человека работала над тем, чтобы радиоволны победили расстояние, а ракетные корабли отправились в далекие миры. Человек стремился изучить неведомые высоты воздушного океана и неизведанные глубины морей, стремился проникнуть взором глубже в недра вещества и в космические дали. И уже открывались первые, еще робкие намеки на возможность обладания энергией, полученной из материи, энергией атома — величайшей силы на. Земле…
Прошло еще около двадцати лет.
Очередная всемирная выставка открылась в Нью-Йорке.
Полосы американских газет кричали, захлебываясь заголовками, прорезавшими их, как глубокие раны:
«Век прогресса!», «Всемирная выставка в Нью-Йорке!», «Мир будущего!», «Чудеса техники Старого и Нового Света!»
Далеко вперед шагнула техника. Многое, что раньше только рисовалось смутно сквозь завесу времени, теперь стало буднями наших дней.
Авиация и радио, кино и телевидение, электричество, проникшее всюду, химия, которая, сверкая яркими многоцветными красками, разрослась пышным деревом со множеством веток. Все это никого не удивляло, ибо это была уже сама жизнь.
Разговор без проводов через всю планету, путешествие на самолете вокруг света за несколько суток, гигантские прыжки по воздуху с одного материка на другой, путешествие в океанские глубины и полеты в стратосферу оказались под силу технике XX века.
Созданы были новые отрасли техники и науки, которых не знал прошлый век.
Такова электроника. Она заставила покоренный электрон служить человеку в «волшебной» радиолампе, в аппаратах для телевидения, в кино, переставшим быть «великим немым», и во множестве приборов, которые должны чувствовать острее и действовать быстрее, чем может человек.
Такова ракетная техника, которая открыла удивительную возможность безграничного роста скорости полета, возможность победы над величайшей силой природы — силой тяготения — и полета в мировое пространство, возможность покорения Вселенной.
Атомная физика смело двинулась на штурм самой неприступной крепости природы — атомного ядра, чтобы проникнуть в него и освободить чудовищную силу, скрытую в недрах атома.
Одно перечисление новых наук и достижений новой техники, рожденных в XX веке, заняло бы немало места. Человек стал неизмеримо сильнее. Он шагнул вперед так далеко, что обогнал самую смелую безудержную фантазию романистов XIX столетия.
Он стал управлять колоссальной энергией, о которой не могла мечтать энергетика начала века. Мощные электростанции дали новые миллионы лошадиных сил, и энергия потекла в отдаленные уголки планеты.
Транспорт, промышленность, города, сельское хозяйство — всюду еще быстрее забился пульс жизни. Еще глубже проник взгляд человека в окружающий мир — на миллионы световых лет, во Вселенную, на стомиллионные доли сантиметра, в атом.
Крайности природы — давления в сотни тысяч атмосфер и в миллионные доли атмосферы, температуры в тысячи градусов и близкие к абсолютному нулю — научились получать в лабораториях. И не только получать, но использовать в науке и в технике.
Высокие давления дали химикам новое оружие для перестройки вещества, расширили власть над молекулами и атомами. Низкие давления понадобились в электронных приборах, чтобы управлять в пустоте потоками электронов, несущихся с космической скоростью.
Еще сильнее раздвинулось окно в мир электромагнитных колебаний: самые длинные и самые короткие волны, от космических лучей до радиоволн, изучаются человеком. Свет, радио, рентгеновские лучи и лучи из недр атома служат человеку.
Металлургия, теплотехника потребовали применения все более высоких температур, чтобы быстрее плавить металлы, сильнее нагревать пар в котлах, строить новые двигатели на новых видах топлива. А холод мирового пространства, полученный на Земле, стал превращать газы в жидкости и твердые тела и открыл физикам новые удивительные свойства вещества.
И на Нью-Йоркской выставке можно было увидеть новейшие достижения техники «века прогресса».
На глазах посетителей рождались автомобили и паровозы — от заготовки сырья для всех их частей до готовых машин. Чудеса электротехники и автоматики могли они видеть в кухне, где сам собой готовился обед и мылась посуда.
Телевидение, радио, кино, телефон, лампы дневного света — интереснейшие технические новинки рекламировались разными фирмами.
![Борьба за скорость - i_004.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/6/3/9/4/9/1/639491/1552470110/i_004.jpg)
Магнитогорский металлургический комбинат.
Люди XX века захотели оставить память о себе для далекого будущего. И «бомбу времени» — стальной футляр, предназначенный для потомков, которые выкопают ее через пятьсот веков, — начинили предметами, олицетворяющими самые выдающиеся достижения человеческого гения по-американски: от электрической бритвы до модной дамской шляпки, от сигарет до роскошно изданной библии…
Назойливо лезла в глаза наглая реклама, безудержное хвастовство во славу американского «технического гения». Но они не могли скрыть страха перед будущим, потому что давно капитализм вступил в последнюю фазу своей жизни, в эпоху великих потрясений.
Мир уже стал другим. Он раскололся на два лагеря. Мраморное здание павильона новой державы, родившейся около четверти века назад, привлекало внимание всех посетителей выставки. Красная звезда высоко вскинулась к небу в руке статуи рабочего. На красном мраморе — герб Советского Союза и гордые слова Сталинской Конституции: «Союз Советских Социалистических Республик есть социалистическое государство рабочих и крестьян».
Американцы гордились тем, что их страна — самая молодая среди других промышленных капиталистических стран — перегнала Европу. Недаром, мол, Америку называют Новым Светом. Он за несколько столетий сделал то, на что Старому понадобились тысячелетия.
А новая держава — Советский Союз — за четверть века совершила то, перед чем бледнеют хваленые американские темпы.
Английский писатель Уэллс, человек, которому нельзя отказать в смелости фантазии, назвал утопией великий ленинский план превращения отсталой России в передовую страну мира. Фантазия отказалась служить фантасту. Уэллс, фантазировавший о будущем, видел в нем лишь прошлое. В XXII век попадает герой одного из его романов, и там, в мире, ушедшем вперед, в мире новых, невиданных машин, городов, залитых электрическим солнцем, — все то же, что и раньше: в мире два мира — богатство и бедность.