Момо (илл. Михаэля Энде) - Энде Михаэль Андреас Гельмут (книги без регистрации TXT) 📗
– Тут что-то не так, господа! Часы! Взгляните на часы! Они стоят! Все стоят. Даже вот эти песочные.
– Это он их остановил, – нерешительно сказал другой.
– Песочные часы остановить невозможно! – крикнул первый. – И все же – посмотрите, господа, – песок остановился прямо в горлышке стеклянной воронки! И часы нельзя сдвинуть с места! Что это значит?..
Он еще продолжал говорить, когда в коридоре раздались шаги и в маленькую дверь протиснулся еще один Серый господин. Он кричал, взволнованно жестикулируя:
– Только что поступило сообщение от городских агентов. Их машины стоят! Все стоит. Мир застыл. Невозможно вырвать ни у кого ни частички времени! Все поставки прекратились! Время больше не существует! Хора остановил время!
Мгновение стояла гробовая тишина. Потом кто-то спросил:
– Что вы сказали? Прекратились поставки? Но что станет с нами, когда мы израсходуем сигары?
– Вы это сами знаете, что с нами станет! – крикнул другой. – Господа, это катастрофа!
Все закричали, перебивая друг друга:
– Хора нас уничтожит! – Снимайте осаду! Снимайте осаду! – Бежим к складам! – Без машин? – Мы не успеем! – Моей сигары хватит всего на двадцать семь минут! – Моей на сорок восемь! – Так давайте ее сюда! – Вы с ума сошли?! – Спасайся, кто может!..
Все кинулись к маленькой двери, пытаясь протиснуться в нее одновременно. Момо наблюдала из укрытия, как Серые господа в панике отталкивали друг друга, тянули, пихали, колотили – разгорелась рукопашная. Каждый дрался за свою серую жизнь, пытаясь поскорей вырваться наружу. Они наносили друг другу сокрушительные удары, сбивали шляпы, выхватывали друг у друга изо рта серые сигары. А без сигар они сразу становились беспомощными. Они стояли, вытянув руки, с гримасой страха на лице, делаясь все прозрачнее, пока не исчезали вовсе. Исчезало все, даже шляпы. Наконец в зале осталось всего трое – им удалось проскользнуть в узенькую дверь и бежать.
Момо – с черепахой под мышкой, с Цветком Времени в руке – устремилась за ними. Теперь надо было не потерять Серых господ из виду.
Выбежав из ворот, Момо увидела, что воры времени уже добежали до конца Переулка-Никогда. Там в облаках дыма стояли еще группы Серых господ, они взволнованно жестикулировали, наступая друг на друга. Увидев бегущих из Дома-Нигде, они тоже пустились наутек – вся армия бежала сломя голову. Бесконечный караван Серых господ мчался по направлению к городу вдоль белоснежных домов сонного квартала, в кутерьме беспорядочно падающих теней. Здесь тоже все изменилось: таинственное превращение скорого в медленное исчезло. Толпа Серых господ промчалась мимо высокого яйца-памятника и дальше – к первым человеческим домам, к тем серым казарменным домам, где обитали люди, жившие на самом краю времени. Но и там все застыло. Момо держалась от беглецов на приличном расстоянии. Так началась эта обратная охота – на этот раз позорно убегала армия Серых господ, а маленькая девочка – с цветком в руке и черепахой под мышкой – их преследовала.
Но как странно теперь выглядел город! Ряд за рядом стояли на улицах автомобили; неподвижно сидели за рулем шоферы – рука на клаксоне или переключателе скоростей, один из них приложил палец ко лбу и свирепо уставился на соседа, велосипедисты, протянувшие в знак поворота руку; а на тротуарах пешеходы – мужчины, женщины, дети – собаки и кошки – всё застыло на месте, даже дым из выхлопных труб. Полицейские – регулировщики движения – застыли на перекрестках, неестественно взмахнув руками, со свистками в зубах. Неподвижно парила над площадью стая голубей. Самолет – как нарисованный – распластался высоко в небо. Вода, бившая из фонтана, застыла, словно превратилась в стекло. Листья, сорвавшиеся с дерева, неподвижно лежали в воздухе. Маленький песик, задравший на фонарный столб заднюю ногу, стоял на месте, будто чучело.
Посреди застывшего, как фотография, города неслись со всех ног Серые господа. Следом за ними, стараясь, чтоб ее не заметили, бежала Момо. Но те все равно ни на что не обращали внимания, их бегство становилось все труднее и напряженнее.
Серые господа не привыкли бегать на такие расстояния. Они задыхались, им не хватало воздуха. При этом им нельзя было выпускать изо рта маленьких серых сигар – ведь без них они тут же погибали. Если у кого-то сигара вдруг догорала, он в отчаянии выхватывал ее изо рта у другого. И так их число медленно, но неумолимо уменьшалось.
Те, у которых еще имелись запасы сигар в портфелях, должны были быть очень осторожными, ибо у них сразу же все отняли бы те, у которых не осталось ничего. Драка в толпе не утихала. В надежде урвать что-нибудь из драгоценных запасов Серые господа гурьбой бросались друг на друга. На асфальте тут и там валялись серые сигары, их растаптывали в давке ногами. Страх перед исчезновением полностью лишил Серых господ самообладания.
В некоторых местах людские толпы были такими густыми, что Серые господа с трудом продирались вперед в этом человеческом лесу. Даже пушинка, повисшая в воздухе, становилась такой твердой, что Серые господа, наталкиваясь на нее, едва не разбивали себе голов. Маленькой и худенькой Момо бежать было легче.
Момо не представляла себе, как долго предстоит им еще бежать. Она озабоченно поглядывала на Цветок Времени. Но он только распустился. «Беспокоиться рано», – подумала Момо.
И тут случилось то, что сразу заставило Момо забыть обо всем: она увидела в боковой улице Беппо-Подметальщика!
– Беппо! – крикнула она, вне себя от радости, подбежав к нему. – Беппо, я тебя повсюду искала! Где ты был все это время? Почему ты ни разу не пришел? Ах, Беппо, милый Беппо!
Она хотела было кинуться ему на шею, но в страхе отпрянула, ударившись как об железо. На глазах у нее выступили слезы. Она смотрела на Беппо, тихо всхлипывая.
Фигурка старика казалась еще более согбенной, чем раньше. Он похудел и побледнел. Вокруг подбородка выросла белая щетина. В руках он держал старую метлу, стершуюся от бесконечного подметания. Так он стоял, неподвижный, как и все вокруг, и пристально смотрел сквозь маленькие очки на уличный мусор.
Вот когда Момо нашла его – сейчас, когда это бесполезно, когда он не мог ее видеть! Может быть, она видит его в последний раз! Кто знает, чем все это кончится. Может быть, он так и останется тут стоять целую вечность...
Черепаха затрепыхалась в руках Момо.
«СКОРЕЕ!» – стояло на панцире.
Момо кинулась назад, на главную улицу, – и испугалась: воров времени нигде не было! Она пробежала еще немного в том направлении, куда они улепетывали, – но напрасно.
Момо потеряла их след!
Она остановилась в растерянности. Что теперь делать? Момо вопросительно взглянула на Кассиопею.
«ТЫ ИХ НАЙДЕШЬ, БЕГИ СКОРЕЕ!» – посоветовала черепаха.
И Момо просто побежала куда глаза глядят – то вправо, то влево, то прямо...
Она была уже на северной окраине большого города – там, где выстроились одинаковые постройки вдоль широких прямых улиц – до самого горизонта. Момо бежала все дальше и дальше, но так как все дома и улицы были совершенно одинаковыми, ей стало казаться, что она не двигается с места.
Момо уже совсем пала духом, как вдруг заметила последнего из Серых господ, заворачивавшего неподалеку за угол. Он хромал, штаны были разорваны, шляпу и портфель он потерял, только в его судорожно сжатых губах еще дымился окурок серой сигары.
Момо побежала следом за ним – до того места, где в бесконечном ряду домов не хватало одного. Вместо дома возле пустыря возвышался высокий строительный забор, сколоченный из грубых досок. В заборе Момо увидела чуть приоткрытые ворота – туда и прошмыгнул последний из Серых господ.
Над воротами – объявление, Момо остановилась, чтобы прочитать его:
ВНИМАНИЕ! ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! ПОСТОРОННИМ ВХОД СТРОГО ВОСПРЕЩЕН!
![Момо (илл. Михаэля Энде) - i_027.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/2/5/7/5/9/3/257593/1437312565/i_027.jpg)
Глава двадцать первая. КОНЕЦ, ОЗНАЧАЮЩИЙ НАЧАЛО НОВОГО
Момо задержалась, расшифровывая надпись. Когда она проскользнула в ворота, последний из Серых господ уже исчез.