Дом зеркал - Мур Улисс (мир книг TXT) 📗
Солнце уже клонилось к закату, когда один из рабочих выбежал из дома и закричал:
– Госпожа Ньютон! Госпожа Ньютон! Идите сюда, посмотрите. Может быть, то самое.
Обливия тотчас поспешила в дом.
Манфред неторопливо последовал за ней.
– Вот эта? – спросил рабочий, показывая Обливии находку в машинном зале.
Под грудой обломков у каменной стены виднелся верхний край старинной двери, которую скрывали ложная стена и деревянная панель с надписью «Улисс Мур».
Увидев это, Обливия процедила сквозь зубы:
– Значит, ты пытался спрятать и эту дверь, да? Но я гораздо хитрее тебя!
– Эту искали? – переспросил рабочий.
– Да, эту! – обрадовалась Обливия Ньютон, проведя рукой по надписи. – Уберите отсюда весь этот мусор, освободите дверь. Быстро!
Рабочие принялись за дело – с помощью отбойных молотков снесли ложную стену и деревянную панель и отошли в сторону, чтобы Обливия могла ближе рассмотреть то, что так сильно интересовало её.
Массивная старинная дверь выглядела крепкой и прочной, её пересекала глубокая царапина – возможно, след от молотка. Внизу слева виднелся замок с точно такой же замочной скважиной, как на дверях в доме Клеопатры Бигглз.
Это, вне всякого сомнения, она – дверь Питера Дедалуса.
Обливия Ньютон невольно тронула ключ с головкой в виде льва, висевший у неё на шее, но вспомнила, что рядом стоят рабочие, повернулась к ним и решительно сказала:
– Всё! Вы свободны.
Рабочие обрадовались и опустили на землю свои инструменты. Спросили, когда могут вернуться, чтобы забрать подъёмный кран.
Обливия Ньютон сделала неопределённый жест, потом сказала:
– Лучше не возвращайтесь. Я куплю у вас этот кран, оставьте его здесь.
– Как хотите, госпожа Ньютон.
Рабочие собрали свои инструменты, сели в грузовик и быстро уехали.
Когда пыль осела, Обливия, по – прежнему в экипировке мотоциклиста, вскинула на плечо рюкзак и подошла к двери, держа ключ с головкой в виде льва.
Она вставила его в замочную скважину, закрыла глаза и, затаив дыхание, повернула.
Раздался щелчок, и дверь открылась.
Обливия улыбнулась и обратилась к Манфреду:
– Пойдёшь со мной?
Тот скривился. Ему не нравились эти двери и всё, что связано с ними. Он предпочитал ничего не знать о них.
![Дом зеркал - i_027.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/4/3/2/4/154324/1361299257/i_027.jpg)
– Нет, – ответил Манфред. – Я лучше останусь, посторожу дом.
– Как хочешь. Но предупреждаю – я не знаю, сколько времени у меня уйдёт на поиски Питера. по ту сторону.
– Неважно. – Манфред вытянул из – за голенища сапога скатанную трубкой спортивную газету и показал Обливии. – Я прихватил с собой кое – что почитать. И.
Обливия уже не слушала его. Она шагнула в тёмный проём двери и закрыла её за собой.
Манфред бросил газету на землю и всё равно закончил фразу:
– приятного путешествия, госпожа!
Потом осмотрелся. Металлические колонны и болты вызывали у него неприятное чувство. Обливия будет отсутствовать довольно долго. Во дворе стоит мотоцикл с полным баком бензина.
– Не сидеть же мне на этих развалинах, – решил Манфред и выбрался из руин в сад. А когда подошёл к мотоциклу, обнаружил, что кто – то проколол оба его колеса.
Манфред огляделся, но не увидел поблизости ни одной живой души. Металлический скелет Дома с зеркалами походил на маленький заброшенный театр марионеток. А на вершине холма всё ещё вращались от ветра лопасти странных мельниц.
От ярости Манфред завопил не своим голосом и принялся пинать ногами всё, что валялось вокруг.
Глава 21
На чердаке
![Дом зеркал - i_028.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/5/4/3/2/4/154324/1361299257/i_028.jpg)
Вслед за Джейсоном по лестнице поднялись Рик и Джулия, а потом и Нестор. На чердаке под крышей виллы «Арго» царил полумрак. В духоте, насыщенной множеством запахов, слышалось потрескивание дерева, будто балки и черепицы переговаривались на языке жучков – точильщиков.
– Вау! – восхитился Джейсон, осматриваясь.
Огромный пыльный чердак с какими – то старыми вещами заполнял золотистый свет заката, лившийся в слуховые окна. А пол походил на днище лодки.
В отличие от брата, Джулия смотрела вокруг с испугом. По обе стороны люка громоздилась старая мебель, накрытая рваными чехлами и простынями, и девочке повсюду чудились страшные тени.
– Идёмте дальше! – решительно приказал Нестор.
Ребята послушались. Двигаясь мимо нагромождённой мебели, прошли в другое, ещё более просторное помещение, тоже озарённое светом из большого слухового окна, выходившего в сад. И на фоне вечернего заката ребята вдруг увидели силуэт человека в фуражке. Джулия даже вскрикнула от испуга.
Рик тоже испугался, но сжал её руку, а Джейсон не поверил своим глазам, поняв, что нашёл наконец тайную комнату Улисса Мура и что прежний владелец стоит перед ним всего в нескольких шагах и ждёт его.
– Господин. Мур? – прошептал мальчик, шагнув навстречу человеку в фуражке.
Тот не ответил.
Рик слегка отступил назад.
Возле окна находился длинный деревянный стол, на котором лежали в беспорядке картины, карандаши и рисунки.
Рядом с ним спокойно стоял человек.
– Господин Мур? – снова обратился к нему Джейсон, шагнув навстречу.
– Он не ответит тебе. – прошептал Нестор. – Не может.
Здесь, на чердаке, садовник казался выше ростом и намного внушительнее.
Он подошёл к Джулии и положил руку ей на плечо:
– Не бойся.
И только после этого Рик, совершенно растерявшийся, отпустил руку Джулии.
Нестор подошёл, хромая, к Джейсону и, взяв его за руку, подвёл к человеку в фуражке. И только тут Джейсон увидел, кто ожидает его у стола для рисования.
Манекен.
– Это мастерская Пенелопы, – объяснил Нестор. – А это её рабочий стол. Тут она рисовала.
За ярким конусом света, падавшим на стол из слухового окна, вдоль стены виднелись картины, прислонённые друг к другу. В помещении стоял терпкий запах красок, темперы и дерева.
– Здесь всё так, как она оставила, – сказал Нестор. – Её акварели, обломанные карандаши. Тут под крышей её царство: угольки, сепия, баночки с водой и, разумеется, манекен, который служил ей моделью для картин.
Тряпичная кукла в человеческий рост выглядела удивительно правдоподобно. Джулия смотрела на манекен с подозрением и наконец потрогала, желая убедиться, что это и в самом деле кукла. На краю стола ребята увидели несколько фигурок с шахматной доски Питера Дедалуса.
Нестор заметил, что Рик обратил на них внимание, и пояснил:
– Они однажды договорились: за каждую фигуру, взятую госпожой Мур, Питер создавал для неё какой – нибудь интересный механизм. Если же фигуру теряла Пенелопа, она рисовала ему картину.
– И потом прикрепляла на её обратной стороне фигуру, как сделала с картиной, что находится у Боуэнов в кухне, – проговорил Рик.
– И когда же они начали так играть? – спросила Джулия.
– Два года назад, – уверенно произнёс Нестор.
– А зачем ты привёл нас сюда? – поинтересовался Джейсон, осмотрев рисунки и картины Пенелопы.
– Потому что нужно, чтобы вы знали, – ответил Нестор.
Он подошёл к окну и посмотрел наружу.
– Что знали? – спросил Рик, который будто почувствовал, что услышит что – то важное.
– Кто вы такие на самом деле, – сказал садовник, оборачиваясь. – И почему находитесь тут.
– Улисс Мур больше не хотел бороться. Он полжизни потратил, создавая свой секрет и всячески холя и оберегая его. А другую половину жизни скрывал его и защищал. Секрет заключён в этом доме, в этом гроте под скалой, где у причала стоит «Метис». Секрет в четырёх ключах, которые сегодня принадлежат вам, и в двери, которую они открывают. Но самый настоящий секрет – это городок Килморская бухта. Городок, откуда можно попасть в другие такие же небольшие, поистине бесценные и чудесные места. Двери, ребята! Двери Килморской бухты ведут к другим дверям, которые Улисс называл. Дверями мечтаний. Места эти очень похожи на виллу «Арго», на Солёный утёс, на наш пляж. Места, где нет и следов суеты и сумятицы всего остального безумного мира и где царят спокойствие и красота. И людям, живущим здесь, не нужно больше ничего. Разве что немного времени, чтобы радоваться жизни, открыть для себя, как прекрасно купаться и загорать на пляже у Солёного утёса, или, растянувшись на траве, смотреть в облака, или сидеть тихим вечером с книгой в руках, или просыпаться на рассвете и радоваться первым лучам солнца и рисовать их, и сочинять стихи и читать их друзьям, и смеяться, и смотреть на звёзды, и зажигать ночью костёр, и дружить со всеми, и волноваться, и ощущать жизнь во всех её самых простых проявлениях, и обнаруживать, что за какой – нибудь дверью может чудесным образом скрываться другой далёкий мир, город, во многом похожий на тот, откуда ты перенёсся туда, но в то же время совершенно другой…