Никогда не заговаривайте с неизвестными - Малышева Анна Витальевна (книги полностью бесплатно .TXT) 📗
"Нервы ни к черту, — подумал он, пережидая накатившую дурноту. — Ну, она мне за все ответит!
И за сотрясение мозга тоже!"
Он нажал кнопку звонка. Ожидая ответа, рассматривал дверь. Дверь была высокая, двустворчатая, дубовая. Но очень старая, ободранная, почерневшая, разбухшая от сырости, и замки ненадежные… Замки, наверное, стояли здесь со времен Октябрьской революции. Но с другой стороны — если уж такой замок заест, открыть его сложнее, чем какую-нибудь «Мотурру» или отечественный «Бизон». А с той стороны двери точно есть засовы.
Не может их не быть — Иван такие двери знал очень хорошо.
Открывать ему не собирались. Он опять надавил кнопку. Где-то в глубине квартиры должна быть Алия. Она его слышит, знает, кто пришел. Она ни за что не откроет и не пустит открывать хозяйку…. Но тут парень услышал громкое бряцанье открываемого замка, потом резкий лязг засова. Да, он оказался прав — был засов. Дверь открыли. Ее даже не заложили на цепочку. Иван увидел в полутемном коридоре худенькую женщину очень маленького роста. Она бы ему и до плеча не дотянулась, хотя он тоже ростом не вышел…
— Вы Дана? — спросил он.
— Дана, — подтвердила она. — А вы ко мне?
— К вам.
— Заходите, — очень просто пригласила его женщина и отступила в глубь прихожей.
Иван вошел, огляделся. Прихожая была маленькая, в нее выходило две двери. Дальше она переходила в узкий, как кишка, темный коридор.
Дана остановилась возле правой двери и пригласила:
— Сюда.
Иван предпочел бы сперва осмотреть всю квартиру, но ему не хватило смелости попросить об этом хозяйку. Было в этой крохотной женщине что-то, внушающее если не робость, то уважение.
Она держалась очень прямо и смотрела тоже очень прямо. Никаких уклончивых взглядов, никакого смущения. Смущался как раз Иван.
— Заходите же, — вторично пригласила его женщина. Не дожидаясь ответа, она вошла в темную комнату, и там вспыхнул мягкий желтый свет.
Иван последовал за ней. Комната оказалась неожиданно большая, метров двадцать пять, в два окна. Высокие, давно не беленые потолки терялись в сумраке. Посередине комнаты стоял маленький, смешной столик, накрытый русским цветастым платком вместо скатерти. Над столиком свешивался желтый шелковый абажур с кистями. Абажур был по диаметру больше столика. Иван оглядывался и видел вокруг себя какие-то непривычные глазу, нелепые предметы: крохотное, почти детское креслице, обитое розовым шелком, застекленный пузатый шкафчик с детскими игрушками, странную, черную гитару на стене. Гитара была куда меньше обычной и, кроме того, странной формы.
Присмотревшись, Иван понял, что это какой-то неизвестный ему инструмент.
Дана стояла у раскрытого настежь окна и старательно разминала в пальцах сигарету. К Ивану она не оборачивалась, но он почему-то думал, что она его видит. Затылком, что ли? Наконец женщина закурила и пустила дым по ветру. Иван поежился. В комнате, оказывается, было холодно, как на улице. А женщина была одета легкомысленно — красная маечка без рукавов, тонкая черная юбка до колена, красные кожаные туфельки без задников…
— Не холодно вам? — вдруг спросил он.
— Нет. — Дана выбросила сигарету за окно. — Но я все равно закрою. Кажется, дождь пойдет.
У меня сигарета промокла.
Она плотно прикрыла окно, задернула штору.
Повернулась к нему:
— Вы по какому вопросу?
— По личному, — глуповато ответил Иван.
— Я поняла, что не по государственному, — усмехнулась Дана. Глаза у нее были очень темные, Иван все пытался понять — какого же они цвета?
— Вы не насчет квартиры? — спросила женщина.
— Нет, я ищу одну девушку, — сказал он. — Ее зовут Алия. Вы ее знаете?
— Конечно, я ее знала, — отчетливо проговорила женщина.
— Она тут?
Дана немного помолчала, чуть сощурив свои странные темные глаза. Потом она сделала несколько шагов в сторону, бочком присела в розовое креслице. И только тогда ответила:
— Ее тут нет.
— Сегодня она была здесь! — настойчиво повторил Иван.
— Выдумаете?
— Я говорил с ней по телефону!
— Вы с ума сошли, — беззлобно ответила женщина. — Ее тут не было очень давно. Почему вы стоите? Садитесь. В углу стоит стул. Берите и садитесь рядом со мной.
Иван, непонятно почему, подчинился ее приказу. Спорить не хотелось. Она говорила так просто и спокойно, что он неожиданно тоже успокоился.
Парень взял стул, поставил его напротив креслица и сел так, что их колени почти соприкоснулись.
Дана улыбнулась, глядя ему куда-то в переносицу:
— Сколько вам лет?
— Двадцать девять. Но я все же уверен, что она тут была.
— А я вам говорю, что нет. Вы молодой… — Женщина все еще улыбалась.
Иван не мог понять — уродливая она или красивая? Странное лицо — сухое, горбоносое, ярко выраженного восточного типа, скорее кавказского. Губы тонкие, подвижные, яркие. Помады он не заметил. Кожа на лице желтоватая, но гладкая, воскового оттенка. Очень черные пышные волосы, густые прямые брови. А вот глаза у нее оказались вовсе не черные. Синие! Аквамаринового оттенка!
Ивана ввели в заблуждение огромные зрачки Даны — эти зрачки заполняли почти всю радужную оболочку. Только по краям проглядывал яркий аквамарин. Он не мог решить, сколько ей лет, и в конце концов утвердился во мнении, что ей под сорок.
— Вы не гадалка? — внезапно вырвалось у него. Женщина закрыла лицо руками и от всей души расхохоталась. Смех у нее был неожиданно визгливый, и это спустило Ивана с небес на землю. Он упрямо переспросил:
— Она тут была? Я должен осмотреть квартиру. Алия мне очень нужна, вы не представляете как! Я ей ничего плохого не сделаю!
— Молодой человек, — сказала Дана, немного прийдя в себя, — не смешите вы меня! Во-первых, я не гадалка. У меня даже карт в доме нет. Вы почему так решили? Внешность не понравилась?
Мне просто интересно!
— А мне интересно, где Алия!
— Во-вторых, — продолжала Дана, не обращая на него никакого внимания, — могли бы быть повежливее с больным человеком. Хотите осмотреть квартиру? Мне принадлежит только эта комната. Осматривайте!
— А все остальное? — оторопел Иван. Эта женщина умела сбивать с толку!
— А все остальное в количестве четырех комнат принадлежит моим соседям, с которыми я никак не могу расстаться. Хотелось бы разъехаться, но пока у меня ничего не выходит… — ответила.
Дана, явно издеваясь. — Напротив живут молодожены. Но не владельцы, они снимают комнату.
Студенты. Дальше по коридору — старушка. Ей принадлежат две комнаты. И наконец, напротив кухни живет Наташа с сыном. Она ушла от мужа, и он купил ей эту комнату, чтобы оставить себе всю квартиру — где-то в Черкизово. Видите, тут самая настоящая коммуналка. А я — коммунальная сплетница.
— Нет! — вырвалось у него.
— Что — нет? — Дана иронически подняла брови. — Не похожа? А это так. Как вы думаете — могу я спрятать вашу Алию в этой комнате? Да?
Тогда ищите. Ищите тут, ищите у соседей. На кухню загляните. В места общего пользования. Только вы ее не найдете. Ее тут нет. Ее нет нигде.
— Я знаю, — Иван и сам уже понял, что опоздал — если Алия тут и была, то сбежала после его звонков. — Ее тут уже нет. Но вы должны мне сказать, куда она пошла.
— Молодой человек, мне очень жаль, — спокойно ответила женщина. — Она мертва.
Иван вскочил:
— Еще час назад я с ней разговаривал! Не морочьте голову!
— Послушайте, милый мой. — Женщина тоже встала. — Вы же могли не узнать ее голоса! Вы ее с кем-то перепутали!
— Я ее узнал, представьте себе! И она тоже узнала меня!
— Ужасно". — Женщина села. Видно было, что теперь она по-настоящему волнуется. — Алия мертва, говорю вам! Вы меня напугали!
— Вы меня тоже, черт!
— Нет, нет, вы сумасшедший! — Дана вжалась в спинку кресла. — Помолчите секунду. Откройте окно. Дайте мне сигареты. Да, так. Спасибо.
Иван сделал все, что она просила, и даже пепельницу придвинул. Дана нервно закурила, пустила прямо ему в лицо пару коротких толстых струек дыма, ткнула сигаретой в пепельницу и не попала.