Дело беглой медсестры - Гарднер Эрл Стенли (читать книги бесплатно txt) 📗
– Итак, что произошло?
– Они расспрашивали мужа, а он просто рассмеялся им в лицо. Сказал, что о своих финансовых делах ничего не знает, а его счета ведет Глэдис и…
– А что сказала Глэдис Фосс?
– Ничего. Обещала просмотреть счета, а потом оставила их до своего отпуска.
– Как долго она с ним работала?
– Четыре года.
– А сколько лет вы женаты?
– Пять лет.
– Вы не думали, что разделяете с мужем ответственность за некоторые дела?
Она рассмеялась:
– Не будем ходить вокруг да около, мистер Мейсон. Нет, я ни о чем не знала. И если б вы были знакомы с доктором Мальденом, поняли бы почему.
– Так почему?
– Он полагался только на себя. Не думаю, чтобы доверял свои секреты хоть кому-нибудь. Всегда говорил по существу и только то, что хотел сказать. Не более.
– Хорошо, – подытожил Мейсон. – Вы нарисовали предварительную картину, но все ходите вокруг да около того, о чем действительно хотели переговорить со мной. Теперь, надеюсь, перейдете наконец к главному.
Она спросила:
– Что бывает при утверждении завещания на имущество такого рода?
– Ваш муж оставил завещание?
– Да.
– Каковы его условия?
– Все до последнего цента достается мне.
– А страховка?
– Страховка недавно изъята и переписана на меня.
– Сумма страховки?
– Сто тысяч долларов. В случае самоубийства считается недействительной.
– Хорошо, – сказал Мейсон. – После похорон подадим заявление о назначении вас душеприказчицей его последней воли и завещания.
– А как быть с его собственностью? Допустим… Допустим, муж утаил какую-то сумму денег?
– Да, конечно, – сказал Мейсон, – государство принимает это во внимание. Оно не любит терять налог. Имею в виду как государственный департамент по налогам на наследство, так и бюро по годовым доходам. В случае смерти все сейфы опечатываются. Их вскрывают только в присутствии представителей департамента по налогу на наследство.
– Понимаю, – сказала она, снова рассматривая носок левой туфли.
Она быстро взглянула на Деллу Стрит, потом посмотрела второй раз.
– Продолжайте, – напомнил Мейсон.
Она сказала:
– Прямо не знаю… с чего начать, мистер Мейсон.
– Не начинайте, – сказал Мейсон, – а прямо приступайте к делу. В конце концов, мы знакомы недолго. Вам известны жизненные факты, а я адвокат. Давайте начнем о деле. Чего вы хотите?
Она сказала:
– Я постараюсь ничего не упустить.
Мейсон кивнул.
– Я всегда гордилась тем, что была… ну, бдительной.
– Начеку? – уточнил Мейсон, взглянув на Деллу Стрит.
– Начеку, – подтвердила Стефани, – но в чужие дела носа не сую.
– Хорошо. Продолжайте.
Она сказала:
– Моего мужа довольно часто вызывали ночью. Конечно, для практикующих медиков в этом ничего необычного. А я… Ну, я всегда хотела знать, что происходит.
– Вы уже упомянули об этом, – напомнил Мейсон.
– Я следила за тем, что происходит.
Мейсон кивнул.
– Ну вот, – продолжила она, – я обнаружила… Ну, это выглядит так, будто я все-таки сую нос в чужие дела…
– Не беспокойтесь так о себе, – прервал Мейсон. – Пусть вас волнует только результат, которого хотите добиться. Теперь успокойтесь-ка и расскажите все.
– Хорошо, – согласилась она. – У мужа в кармане была связка ключей. Время от времени я их изучала. Смогла определить назначение почти всех. Там был ключ от сейфа с гонорарами, за которым Внутреннее бюро доходов охотится, как коршун; а также ключи от лечебницы, от отделения в сейфе, где он хранил свои наркотики, от дома, от гаража.
– Продолжайте, – сказал Мейсон.
– Но о назначении еще двух ключей догадаться не смогла.
Мейсон кивнул.
– Тогда я, растопив свечу, сделала восковые копии этих ключей. Вы вините меня за это, мистер Мейсон?
– Давно скопировали?
– Примерно год назад.
– Продолжайте, – предложил адвокат.
Она сказала:
– Я сделала дубликаты этих ключей и решила, что обязательно найду двери, к которым они подходят. Как только выдалась возможность, я тайком перепробовала все замки в лечебнице мужа.
– К чему подошли ключи?
– Я уверяю вас, ни к чему в лечебнице.
– Тогда к чему же?
– Я наняла частного детектива следить за мужем. И узнала, что он время от времени бывает в меблированных комнатах в Диксивуде. Были все основания предположить, что эти ключи от квартиры 928-Б. Я узнала, муж за нее платит. Хочу надеяться, что вы еще не совсем меня презираете, мистер Мейсон. Но я терпеть не могу, когда делается что-либо касающееся меня, а я не знаю, что происходит.
Она вынула из сумочки два ключа, мгновение подержала их, сравнивая, и положила на стол Мейсона.
– Продолжайте, – сказал он, осторожно взглянув на Деллу.
– А вот еще. – Стефани передала Мейсону пачку фотостатов. – Я не знаю… То есть не знаю, что они означают. Это фотостатические копии страниц записной книжки, которая была в кармане его куртки. Они разложены по порядку.
Мейсон просмотрел копии.
– Откуда вы их достали?
Она опустила глаза.
– Из кармана его куртки. Я заметила, что эту маленькую тонкую записную книжку он очень бережет. Однажды, когда он менял одежду, я ее вытащила и спрятала.
– И что произошло?
– Он хватился, как только приехал в госпиталь. Позвонил мне и попросил посмотреть в костюме, который оставил для чистки. Я велела не класть трубку, пока поищу, а через несколько минут сказала, что нашла. Он вроде бы успокоился. Попросил привезти ее в лечебницу и отдать непременно в руки Глэдис Фосс, и никому другому.
– Что вы сделали?
– Только то, о чем он попросил. Но задержалась, чтобы снять фотостатические копии. Не стала ждать, пока проявятся. Копии на фотостатической бумаге забрала на следующий день.
Мейсон взял фотостаты.
– Что еще? – спросил он.
– За мной следят.
– Кто и зачем?
Она сказала:
– Может быть, представители Внутреннего бюро доходов. Точно не знаю. Знаю только, что за мной установлено наблюдение.
– Как давно?
– После того, как муж меня покинул.
– Продолжайте, – сказал Мейсон.
– Хорошо, посмотрим правде в глаза, мистер Мейсон. Допустим, что муж вел двойную жизнь, что под вымышленной фамилией жил в меблированных комнатах в Диксивуде, что там его встречала Глэдис Фосс, ну и что там был сейф со значительной суммой денег, допустим, со ста тысячами долларов. Что может с ними случиться?
– На какое имя снята квартира?
– Чарльза Эмбоя, – ответила она.
– Теперь задам очень личный вопрос. Считалось ли, что у Чарльза Эмбоя есть жена?
– Конечно. Для чего бы еще ему нужна была эта квартира?
– Не знаете, с ним кто-то жил?
– Нет, не знаю, если вы это имеете в виду. Знаю, что там жил мистер Чарльз Эмбой и… И этого для меня достаточно.
– Но вы уверены, что квартиру снимал именно ваш муж?
– О да.
– Как узнали?
– Нашла в его кармане чек годовой уплаты. Чек на имя Чарльза Эмбоя за квартиру 928-Б.
– Какова была сумма?
– Пять тысяч долларов.
Мейсон удивленно поднял брови.
– Вряд ли он уплатил за квартиру наличными.
– У мужа был другой банковский счет на имя фиктивных партнеров – Мальдена и Эмбоя. Он выдавал чеки на этот счет, подписываясь либо своим именем, либо «Эмбой».
– И возможно, использовал фиктивного партнера, чтобы тратить заработанное.
– Я не знаю.
– Квартплата составила пять тысяч долларов в год?
– Да, так.
– Ваш муж содержал довольно дорогое гнездышко.
– А почему бы и нет? Он мог себе это позволить. Уверена, ничто так не разрушает любовь, как унылое существование в дешевой квартирке с выцветшими коврами, сосновым туалетным столиком, грошовым зеркалом и расшатанной кроватью. Это делает все фальшью…
Несколько минут Мейсон изучал ее.
– Извините меня, но вы говорите так, будто все это вам знакомо.
Она взглянула на него настороженно. Помолчали.