Гончаров и его подзащитная - Петров Михаил (читать онлайн полную книгу TXT) 📗
![Гончаров и его подзащитная - Петров Михаил (читать онлайн полную книгу TXT) 📗](/uploads/posts/books/20508/20508.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Гончаров и его подзащитная - Петров Михаил (читать онлайн полную книгу TXT) 📗 краткое содержание
Частный сыщик Константин Гончаров всегда приходит на помощь к тем, кто потерял последнюю надежду выбраться из тупиковой ситуации. В повести «Гончаров и его подзащитная», вычислив убийцу одинокой пенсионерки, Гончаров едва справился с потрясением: ну кто бы мог подумать?
Повесть так же издавалась под названием «Последняя пенсия».
Гончаров и его подзащитная читать онлайн бесплатно
Михаил Георгиевич Петров
Гончаров и его подзащитная
* * *
По случаю удачно проданного «Запорожца» мой давний товарищ Валерий Степанович Ефремов решил устроить гранд-банкет. В числе почетного и единственного гостя был приглашен я. Ну а поскольку Валерка жил один, то и обмывать его сделку нам предстояло вдвоем. Еще с порога, не раздеваясь, я критическим оком оглядел стол. Я не гурман и привык довольствоваться тем немногим, что ниспошлет Бог, но такого вопиющего убожества ни видал давно. Если не считать немереного количества спиртного — стол был пуст. Капуста, селедка да картошка в мундире составляли все меню. В общем, при всем своем желании обожраться тут было невозможно.
— Ты никак на все вырученные от продажи деньги накрыл стол? — скидывая куртку, кисло заметил я.
— Нет, немного осталось, — скромно ответил он. — А что тебе не нравится? Картошечка в мундире. Капустку тоже купил, а селедка самая дорогая и жирная. Водку я взял фирменную и, оцени, в большом количестве.
— Вот и пей ее сам, алкаш-неудачник, совсем сдурел. Чем прикажешь ее закусывать? Рукавом или твоим старым носком?
— Не понимаю, что тебя не устраивает? Селедочка отличного засола. Но если уж ты такой привередливый, могу тебе поджарить пару яиц.
— Будь любезен, только выбери покрупнее.
— Как скажешь, — обидчиво ответил хозяин, пропуская меня в комнату. — Располагайся. Можешь включить телик.
Включать я ничего не стал. Просто сидел на диване, с интересом разглядывая его холостяцкую квартиру, в которой не был года три. С тех давних пор, как его преподобная выбрала себе другого, более удачливого спутника жизни, в его хоромах мало что изменилось. Разве что появился новый телевизор да рыжий кот Матвей поменял свой окрас. Наверное, и назывался он теперь по-другому.
— Как дела-то? — внося шипящую сковороду, задал он беспредметный вопрос.
— Как сажа бела, — подсаживаясь к столу, ответил я. — А чего ты решил своего мустанга продать?
— А на кой он нужен? Во-первых, мне с моим несуразно длинным ростом и авторитетной лысиной стыдно в него садиться, а во-вторых, я намедни всю рожу ему раздолбал. Там один ремонт на три штуки потянет. А это почти пять моих зарплат.
— А кто ж тебе не велит зарабатывать больше? Плюнул бы на свой театр… Что, свет клином на нем сошелся?
— Не сошелся, — уныло кивнув яйцеобразной головой, согласился Ефремов. — Да только кто меня куда возьмет? Я ведь, кроме кукол, в руках ничего не держал. А ты думаешь, из-за чего Вика от меня ушла? Вот то-то… Бабе что нужно? Сам знаешь… А я ни ловчить, ни крутиться не могу. Ладно, забудем, хватит ныть, не для того собрались. Наливай, Константин Иванович, живы будем — не помрем!
— Не помрем, — согласился я, опрокидывая рюмку. — А только с таким пессимистическим настроением можно и голову в петлю сунуть.
— Уже подумывал, — хрумкая капустой, криво усмехнулся Валерка. — Спасибо соседке, отговорила. Тоже одна живет.
— Вот и прекрасно. Хорошая у тебя соседка. Взял бы да и женился на ней.
— Это ты здорово придумал! — расхохотался кукловод. — Ей самое время замуж выходить. Семьдесят годков стукнуло. Едва ползает. Давненько ее не видел. Куда, старая, запропастилась? Надо ее проведать, водочки отнести. Она как пирожки или блинчики жарит — всегда мне заносит. Ты посиди, а я мигом.
Озадаченный и с гостинцем в руках, он вернулся назад минут через пять.
— Дверь почему-то не открывает, — удивленно сообщил он. — Не случилось ли чего?
— Ну и что с того, что дверь не открывает? — наполняя рюмки, благодушно спросил я. — Погулять бабулька вышла, только и всего.
— Куда там погулять! Она еще летом перестала на улицу выходить.
— А кто же ей за продуктами ходит?
— Надька, сестра патронажная.
— Тогда тем более не вижу оснований для твоего щенячьего скулежа. Если бы бабулька приказала долго жить, то сестричка давно бы об этом сообщила. Наверняка у нее есть дубликат ключей.
— Не знаю, но возможно. Только мне одно не нравится. Доносится из ее квартиры едва слышный сладковатый душок. Неприятный он, неэстетичный какой-то.
— М-да, душок — явление действительно неприятное. Может быть, у нее прокис суп или еще какой продукт.
— Костя, нынче у пенсионеров супы не прокисают, правительство не позволяет.
— Пожалуй, ты прав. Скажи, а что-нибудь ценное у нее в квартире есть?
— По сравнению с ней я Ротшильд.
— Значит, если она и померла, то, считай, своей смертью. Вызывай участкового. У меня такое впечатление, что наша пирушка скоро окончится.
В ожидании участкового мы успели докушать глазунью и опорожнить бутылку, так что к его приходу вид у нас был геройский и самый решительный. С большим энтузиазмом мы откликнулись на его просьбу о содействии. Вооружившись топором и мощной отверткой, мы поднялись на третий этаж и здесь при помощи своих немудрящих инструментов вскрыли подозрительную квартиру. Смрад, ударивший в нос, заставил нас отшатнуться. Теперь я мог подтвердить, что подозрения кукловода не были напрасными.
— В квартиру не заходить! — начальственным тоном приказал коротышка капитан.
— Да ты нас туда и за бутылку не загонишь, — зажимая нос, заверил его Валерка. — Что теперь делать, куда звонить?
— Куда, куда, в морг звонить, — важно вынес свое решение участковый.
— В морг-то оно можно, — задумчиво протянул я, — морг дело хорошее. Куда уж тут, господин пристав, без морга-то денешься. Только смекаю я: а ну как старушка не по своей воле преставилась? Тогда что? Ввалятся санитары, все затопчут, и вы будете виноваты. Я правильно рассуждаю?
— Правильно. Тем более, что за последний месяц по нашему району убито три пенсионера. Откуда мне позвонить?
— От меня, — самоотверженно вызвался Валерка.
Едва только они скрылись из поля моего зрения, как я, не мешкая ни секунды, сунул свой любопытный нос в бабушкину квартиру. Заглянул в комнату и тут же выскочил. Того, что я увидел, а особенно унюхал, хватило вполне. Жирные мухи вольготно и непринужденно ползали по раздувшемуся трупу, который я углядел на диване. Бабуля лежала лицом вниз и, судя по свисающим концам веревки, была удавлена насильно.
На площадку я выскочил вовремя, потому что из соседней квартиры высунулась любопытная женская физиономия и поинтересовалась, какому идиоту вздумалось портить воздух у нее под дверью.
— Только не мне, — сразу отверг я ее гнусные подозрения.
— Господи, как воняет, — брезгливо сморщив курносый нос, сплюнула дама. — Откуда этот запах?
— Мне кажется, он разносится из соседней с вами квартиры.
— Старая грязнуля, что она там делает?
— Лежит, — лаконично ответил я.
— Сейчас я ей выскажу, — гневно пообещала соседка и дернулась к двери.
— Не надо, — перекрывая ей путь, попросил я. — Она все равно вас не услышит.
— Это меня-то не услышит! — взвизгнула баба. — Да меня мертвый услышит.
— Наверное, так оно и есть. Но только она уже начала разлагаться, и мне кажется, что на сей раз ваши крики останутся невостребованными. Впрочем, как знаете…
— Участковый инспектор Оленин, — отдавая честь, представился капитан. — Женщина, почему кричите?
— Она, господин пристав, требует доступа к телу, а я не пускаю, — гаденько улыбнувшись, пояснил я. — Мало ли что приключится! А может, она какие-то улики уничтожить хочет. С этими любопытными ухо держать надо востро. Дело такое…
— Вы совершенно правильно поступили, товарищ, — облагодетельствовал меня Оленин и в знак особого доверия сообщил: — Сейчас сюда приедет медэксперт, а там уже посмотрим, что к чему.
— Замечательно, тогда, с вашего позволения, мы будем находиться в квартире этажом ниже. Когда понадобимся — всегда к вашим услугам. Валерка, только строго между нами, — тщетно пытаясь отмыть с себя ароматы мертвечины, сообщил я, — бабульку-то твою угрохали.